Моя любимая Дылда - Ника Громова

class="p1">Раздражение разлилось по моим венам, но я заставила себя сдержаться и не высказать ему все, что думаю.

— Мне нужен именно ты, — произнесла я твердо. — В этой поездке. Именно твоя помощь.

Гордей вздохнул и привычно потер медную щетину.

— Разве?

— Не заставляй меня повторять. Я понимаю. Я вчера наговорила лишнего, но между мной и Русланом ничего нет и никогда не было. А ты тоже хорош, потащил меня смотреть квартиру. Так что у тебя тоже рыльце в пушку!

Гордей не выдержал сочетания моего серьёзного лица и пламенной речи и рассмеялся.

— Что, рыльце? И где же оно у меня? Не припомню у себя такой части тела.

В его глазах снова разгорались искорки. Ничего, эти искорки у меня ещё запляшут хороводами!

— Гор!

— М-м?

— Ты не собираешься делать для меня это проще, да? — я скрестила руки на груди.

— Определенно, нет.

Он произнёс это с самым довольным выражением лица.

Я вздохнула и потерла пальцами переносицу. Мой отчаянный вид, кажется, повлиял на него. Либо он, как всегда, просто забавлялся, издеваясь надо мной.

— Ладно. Если ты так просишь.

— Спасибо!

— Но это не просто так! Ты будешь мне должна.

— Заметано. Любой долг, — глядя в его лукавые карие глаза, я поспешила трусливо добавить: — В разумных пределах.

Ох и хитрое же было выражение его лица, когда он наконец ответил:

— Поздно. Ты уже согласилась.

Глава 19

Майское солнце вовсю пригревало. В воздухе обманчиво веяло тёплым летом. Поляны кругом были покрыты свежей травой. Чуть поодаль в низине текла река — быстрая, с холодной, ключевой водой. Но именно в этом месте образовалась излучина с небольшой тихой заводью и пологим спуском. Здесь же на плато, у края смешанного леса, располагался кемпинг. Из удобств там был санузел, отдельно стоящий домик с душем, уличная раковина с подведенным водопроводом и крытая беседка.

Все, кто записался в поездку, как куча муравьёв, выгружались из автомобилей со своими ношами и обустраивали палаточный лагерь.

Я чувствовала себя покорителем дикой природы. Ведь у меня с собой была двухместная палатка, которую я позаимствовала у Надиного мужа, спальник, рюкзак со всем необходимым и пакет с провизией. А главное — у меня был план и вера в его успех.

— Ты взяла средство от клещей? — спросила меня Марина, щурясь от яркого солнца и оглядывая территорию.

Воздух благодаря растущим неподалёку соснам был просто непередаваемым.

— Кажется, да. Я тебе одолжу. Но похоже, нужно было еще взять крем от загара, потому что плавит нас, как на сковороде.

Мы с Мариной договорились поселиться вместе в одной палатке. Ната по понятным причинам решила не ехать, сославшись на заболевших погодок. Я смотрела на длинный свёрток плотной ткани у ног и совершенно не представляла, как из него получить наше временное жилище. Надеялась и ждала, что нам на помощь с установкой палатки придет кто-нибудь. Желательно, Гордей.

— Что?!

Резкий недовольный возглас Марины заставил меня обернуться. Тёмно-серый внедорожник прибыл на место, как и договаривались. Все четко по плану.

— Он же не собирался ехать!

— Ну, насколько я знаю, ребята забыли в офисе запасы питьевой воды, Антон решил вернуться и привезти.

Я старалась звучать беззаботно и скрестила пальцы, чтобы Марина купилась на эту легенду.

— А откуда ты узнала?

— Прочитала в общем чате поездки.

— Пусть оставляет воду и уезжает.

Марина нервно закусила губу, хотя взгляд её был прикован к внедорожнику. Как только Гриневский выпрыгнул из него в своей спортивной футболке, не скрывающей рельефную спину, взгляд Марины полыхнул, и она резко отвернулась.

— Такой далёкий путь. Зачем ему возвращаться? Да и нам еще одни крепкие мужские руки не помешают. Здесь столько пространства, что вы ни разу и не столкнетесь за весь день.

Марина страдальчески хмурила брови, на её лице отразилась внутренняя борьба. Конечно, ведь они были в ссоре уже неделю, и продолжать показывать себя спокойной и холодной перед Антоном было все сложнее. Она однозначно очень скучала.

И я её хорошо понимала. Потому что постоянно пыталась незаметно следить взглядом за местонахождением Гордея. Его каштановая шевелюра полыхала на солнце медным отливом то там, то тут. Он руководил разгрузкой и размещением. А еще сегодня на Гордее были джинсовые шорты и спортивная майка с символикой какой-то баскетбольной команды, открывающая крепкие руки и плечи, покрытые милыми веснушками. Я умирала от желания провести по ним пальцами и обнять его. Уткнуться носом в ямку у шеи. Но нужно было прежде поговорить, а значит, дождаться тёмного времени суток, когда уже завершатся все мероприятия. Таков был план.

— Пока все не закончат со своими палатками и вещами — нам некому будет помочь.

Марина воинственно уперла руки в бока.

— Мы и сами справимся.

Я, конечно, не питала иллюзий по поводу своих способностей. Но вдруг у Марины были скрытые таланты.

— Давай сделаем это.

Я дала ей пять и мы азартно улыбнулись друг другу.

— Кажется, это не должно так выглядеть…

Я со всех сторон рассматривала получившееся недоразумение. Полчаса трудов, пыхтения в поте лица и мы получили какой-то грустно свисающий парус вместо круглого домика.

— Ты уверена, что больше нет дуг?

— Нет, я все посмотрела. Может, одна осталась дома? У Артёма в кладовке лежало все упакованное, и я просто взяла свёрток в чехле. Даже не подумала проверить содержимое…

Вместо двух направляющих дуг, идущих крест-накрест, чтобы образовать купол, у нас оказалась лишь одна. Поэтому ткань грустно висела треугольником по сторонам этой единственной опоры.

За это время все уже разместились в кемпинге и осваивали беседку, откуда до нас доносились разговоры и смех. И уже долетал запах дыма с мангала. Желудок сжимался и жалобно урчал.

— Девчонки, помощь нужна?

Сбоку к нам подошёл Саша.

— Вот… — с укором показала Марина на наш недострой.

— Ясно.

Пока Саша осматривал палатку и её части. Я оглянулась по сторонам.

Марков разговаривал с Аней, стоя у новенькой палатки из ярко-зелёной ткани. Маринкин Антон таскал дрова и пакеты с провизией в беседку.

О, нет! Будто таран прилетел мне прямо в грудь. Гордей расправлял ткань на двускатной палатке. Рядом, мило улыбаясь, стояла Лена, поправляя длинную русую косу. То есть ей он решил помочь, а мне — нет?!

Горечь разлилась внутри, словно дымом заполняя каждую клеточку лёгких. Черт! Когда я хотела вытащить Гора в эту поездку, я и не думала, что выгода от такого совместного отдыха может достаться другой. Я отвернулась. Смотреть, как они воркуют, было выше моих сил.

— Ты чего, Свет? Побледнела так.