После предательства - Мэри Ройс

своего же вопроса, поэтому спешу его успокоить, медленно покачав головой:

— Я не хрустальная, Серов.

Его грудь дергается от удушливого смешка.

— Ты определенно не такая. Но все же мне стоило себя больше контролировать.

Я прикусываю кончик языка, жаль, что это не помогает остановить мое любопытство.

— Ты всегда так просыпаешься? Ну… я имею ввиду… все это безумие…

— Нет, — звучит быстрый сухой ответ. — Обычно я просыпаюсь один.

Мои брови приподнимаются от удивления. Это не то, что я ожидала услышать. А учитывая его сексуальную энергетику и внешность, сомнения срываются с губ скептическим смешком.

— Только не говори, что у тебя никого не было все это время.

— Не буду. Но я ни с кем не засыпал и не просыпался. Только физическое…

— Ладно, ладно, я поняла, можешь не продолжать, — я похлопываю его по груди, чувствуя жгучую неловкость, и собираюсь подняться, но Демид берет меня за подбородок и заставляет посмотреть на него.

— Ты бы предпочла ложь? — его голос звучит более твердо.

— Нет, — уверенно отвечаю, глядя Серову прямо в его магнетические глаза цвета благородного виски. Но все же я первая отвожу взгляд. — Прости, мне не стоило начинать эту тему. Меня это не касается.

Демид надавливает сильнее на мой подбородок и возвращает внимание обратно к своим жгучим глазам.

— Выкинь всю ненужную чушь из своей головы. У нас у обоих эти годы была своя жизнь. Это нормально, Ясь. Но сейчас, когда я снова с тобой, я не хочу заниматься ерундой и думать о том, что было у меня или у тебя. Повлиять на это мы уже никак не сможем, но что касается нашего будущего, — Демид проводит большим пальцем по моей щеке, смягчая голос, — я бы хотел, чтобы оно у нас было одно.

Я открываю рот, но тут же закрываю его, потому что достойного ответа на его красивые слова у меня нет.

Поглаживая мою щеку, он продолжает:

— Я не буду торопить тебя с решением, но скрывать свои намерения тоже не собираюсь. Я хочу, чтобы ты впустила меня в вашу жизнь.

Глаза резко начинает печь, и я прикрываю их, испуская трепетный вздох.

Поэтому я не вижу, как наклоняется Демид, но чувствую мягкий поцелуй в уголке рта.

— Позволь мне позаботиться о вас, — еще один поцелуй, — доверься мне, — и еще, — и я сделаю все, чтобы ты не пожалела об этом.

Ответить он не позволяет, потому что в этот момент раздвигает языком мои губы и утягивает нас в медленный чувственный поцелуй, который доводит и без того зашкалившее сердцебиение до предела.

Но я, отстранившись, прошу дистанцию, сажусь в кровати и запускаю подрагивающие пальцы в волосы.

Мое дыхание прерывистое, сердце пульсирует в горле, а мурашки от поцелуя болезненно бегают по коже. Я знаю, что это волшебство исчезнет, как только я начну тему, которая все испортит. Но я должна.

Глава 23.1

— Только не думай обо мне плохо. Я не хотела заглядывать в твой телефон и тем более вторгаться в твою личную жизнь, — начинаю, сидя спиной к Демиду. Так проще. — Но звонки были довольно настойчивы, и я решила отнести мобильный тебе, а потом случайно увидела сообщение. Я думаю, я все правильно поняла, поэтому задам лишь один вопрос. Что между тобой и твоей бывшей?

Я слышу, как Демид вздыхает и поднимается следом, но остается позади меня.

— Я тебе уже говорил. Ничего. Она мать моего сына, не более.

Я тяжело сглатываю, и мой голос срывается на тихий шепот:

— Тогда почему она ждет тебя дома?

Затаив дыхание, я прислушиваюсь к своему учащенному сердцебиению в попытке унять его, пока Демид не нарушает тишину ответом:

— Потому что несколько дней назад она появилась у меня на пороге из-за проблемы с жильем и я не мог выставить ее за порог с ребенком.

Я подтягиваю колени к груди и обхватываю их, словно пытаясь защититься.

Это достойный поступок, но это не значит, что он не трогает меня больше, чем мне бы хотелось.

Все сложно, и пока что у меня нет никакого понимания: готова ли я к тому, что она — его бывшая — будет всегда перетягивать внимание Демида на себя и ребенка?

Безусловно, Юля имеет полное право обращаться за помощью к отцу своего сына, возможно, мне стоило бы взять с нее пример, но сейчас не об этом.

Я знаю, что это станет дополнительной проблемой в моей жизни, по крайней мере, поначалу точно, потому что это перемена для всех, и нужно время, чтобы достойно с ней справиться.

А я не уверена, что хочу впускать в свою жизнь дополнительный стресс. Хотя он теперь у меня будет в любом случае, потому что как раньше уже не получится. Не после того, как я позволила Демиду зайти на свою личную территорию… И речь тут не только о квартире.

Моего позвоночника касается его рука, и я резко выпрямляюсь.

— Ты мне не доверяешь, — голос Демида звучит расстроенно. — И я понимаю тебя. И не буду давить. Я… просто не закрывайся от меня и не исчезай больше, — он ласково гладит мою спину грубыми костяшками пальцев. — Я решу проблему с жильем для моего сына, а дальше мы подумаем, как быть, ладно?

Ладно.

Думаю, нам обоим нужно дать немного времени.

С чего то мы же должны начать?

К тому же я зашла слишком далеко, чтобы отказаться от этого мужчины даже не попробовав.

Повернув голову, я упираю подбородок себе в плечо, встречаясь с напряженным лицом Серова.

— У меня никого не было.

Демид непонимающе хмурит брови от внезапной смены темы.

Но его непонимание длится недолго, потому что в следующую секунду его глаза вспыхивают опасным блеском.

— Мы можем начать с малого, — пожимаю плечом, — хотя бы быть честными друг с другом, — заканчиваю шепотом, взволнованная своим принятым решением.

Желваки на его челюсти выступают, и я вижу, как Демид сглатывает.

Вообще, сейчас все в нем кричит, что мне следует занять более безопасную дистанцию, поэтому я соскакиваю с кровати, прежде чем он пытается этого не допустить.

Ему удается ухватиться за халат и завалить меня обратно.

Демид возвышается надо мной, тяжело дыша. Его глаза переполнены эмоциями, а голос падает до сексуальной хрипотцы:

— Думаю, это отличное начало.

Его ладонь проскальзывает на мой живот, и гребаные гормоны верещат хором, запуская все самые необходимые процессы, чтобы мое тело вспыхнуло там, где нужно, но командую здесь я. По крайней мере, сегодня.

Поэтому я уворачиваюсь от горячих