У любви на крючке - Тесса Бейли

сосредоточившись на уходившем под колеса белом пунктире дорожной разметки. Фантазии оставили в ее душе налет вины. Хватит запретных мыслей о Фоксе! Вчерашний поцелуй и голодный взгляд ловца крабов привели ее в полное замешательство. Пора взять себя в руки и вернуться в низшую лигу, вспомнить наконец о влюбленности в Сергея. Опять же, не исключено, что она неправильно поняла Фокса.

Взяв в придорожном кафе по огромному стакану латте с карамелью и взбитыми сливками, они снова пустились в путь. Ехали еще минут сорок в южном направлении, пока не добрались до загородного торгового центра, и провели целый день в магазинчиках. Ничего толком не купили – настолько были заняты разговорами. Как ни крути, наверстать нужно было несколько месяцев. Впрочем, Пайпер все же исхитрилась приобрести шикарную розовую сумочку, а Ханна – круглые солнечные очки в черепаховой оправе. Сестры надолго зависли за ланчем в уютном французском бистро, заказывая кофе чашку за чашкой, чтобы их не попросили освободить столик.

В Уэстпорт отправились, когда на улице уже начало темнеть. Ханна подпевала под радио. Слуха у нее не было от слова совсем, но Пайпер и ухом не вела – привыкла.

– Слушай-ка, – сказала она, дождавшись, когда кончится песня. – Брендан сегодня вечером ведет своих родителей в «Кросс и дочери». Может, заглянем к ним?

– Как я могу упустить шанс познакомиться с людьми, воспитавшими Большого Злюку? – Ханна вытащила телефон. – Сейчас напишу Фоксу.

Сестра фыркнула.

– Пайпер, все-таки я пользуюсь его гостеприимством. Невежливо не пригласить. – Она занесла палец над кнопкой, собираясь отправить сообщение, и задумалась. – Или не стоит?

– Субботний вечер… Нет ли у него случайно иных планов? – многозначительно глянула на сестру Пайпер.

– Ты имеешь в виду… хм… – Не нужно думать о плохом, одернула себя она. – Я… э-э… ничего такого не слышала. Вроде он ни о каком свидании не упоминал. В крайнем случае откажется.

И чего она нервничает? Ну, ответит Фокс, что собирается в Сиэтл поразвлечься, что тут необычного? Ей-то какая разница? Ханна еще несколько секунд подержала палец над экраном и наконец решилась.

19:18 Едем в «Кросс и дочери» с Пайпер. Если тебе интересно…

Прошла минута, и прилетел ответ:

19:19 Увидимся в баре, Веснушка.

Ханна медленно выдохнула и откинула голову на спинку сиденья. Удивительно, как ровнее забилось сердце. Удивительно и тревожно. Всего четыре слова – и как будто на бурное море опустился полный штиль. Да что же такое? Неужели она так жаждет провести хотя бы еще немного времени в обществе друга?

Когда они добрались до «Кросс и дочери», народ только-только начал собираться. Ханна переступила через порог и с замиранием вспомнила, как они приводили в порядок старый заброшенный бар и нашли пожелтевшую фотографию отца, валявшуюся под кучей хлама. Отец на снимке бежал к двери с дымящейся сковородой. Торжественный день открытия… Как может такое маленькое помещение хранить столько воспоминаний? Глянув на золотистую рыбацкую сеть, свисавшую с потолка, Ханна ощутила прилив гордости: она лично помогала пристраивать на место главный атрибут зала.

Пайпер села за стойку бара и заговорила с Анитой и Бенни – новыми официанткой и барменом, о которых рассказывала сестре за ланчем. Сестра уверенно тыкала пальцем в какие-то пункты меню, попутно объясняя персоналу, как обращаться с кассовым аппаратом. Всего лишь год назад она в глаза не видела даже чековую книжку, не говоря уж о бухгалтерском балансе, а теперь владела и управляла весьма успешным баром.

Ханна ею гордилась.

– Эй, как дела?

Она обернулась на звук знакомого голоса. Фокс устроился у бара – одна рука лежит на спинке стула, другая сжимает бутылку пива. У Ханны по коже побежали мурашки, спустились с головы на шею и поползли по груди, заставив ее соски съежиться и затвердеть. Все произошло в мгновение ока; она даже не успела подумать о чем-нибудь неприятном типа слизняков или грибка на ногтях, чтобы остановить сладостный озноб.

Фокс окинул ее понимающим взглядом, и его голубые глаза, остановившись на груди Ханны, приобрели более глубокий оттенок. Поднеся бутылку к четко очерченным губам, он сделал длинный глоток.

Возьми себя в руки, Ханна…

Ничего особенного, такой эффект внешность Фокса производила на любую женщину, однако Ханна не желала быть любой, не собиралась позволять ему себя гипнотизировать. Ведь можно признавать привлекательность Фокса и в то же время оставаться объективной, разве не так?

– Привет! А я тут… хм… – Она приказала себе выключить идиотку и опустилась на соседнее место. – Просто вспоминала, сколько труда вложено в это местечко.

– Вы, девушки, вдохнули в эту развалину новую жизнь, – кивнул Фокс.

Ханна легонько пихнула его локтем в бок и вздохнула, наткнувшись на непробиваемую мускулатуру.

– Ты ведь тоже помогал.

– Я что, так, составлял компанию, – невозмутимо бросил Фокс, не отводя от нее взгляда, и сердце Ханны ухнуло, словно на американских горках.

Наконец Фокс будто переключился и слегка щелкнул ее по носу.

– Что будешь пить?

– Хм. Только не крепкий алкоголь. Свою норму я выбрала вчера. Может, пива?

– Пиво? Отлично.

Он подозвал Бенни и заказал нечто с длинным немецким названием. Заказ был выполнен моментально, и Ханна сделала глоток из холодного высокого бокала, наполненного золотистым напитком. На ободке висела долька апельсина.

– Хорошая штука. Это точно пиво?

– Ага, – ухмыльнулся Фокс. – Наверное, сегодня кое-кто выполнит годовую норму по пенному напитку.

– О, нет! Только не я! Мне с утра на съемочную площадку.

– Ладно, посмотрим. – Он вальяжно скрестил руки на груди. – А ты давненько здесь не была.

– И что? – спросила Ханна, оторвавшись от бокала.

Ответить Фокс не успел – подошла Пайпер и, тронув сестру за плечо, торжественно представила ей родителей Брендана.

– Ханна, это мистер и миссис Таггарт. Майкл, Луиза, познакомьтесь с моей сестрой Ханной.

Ошибиться было сложно: сын здорово походил на маму с папой – серьезных и несколько напряженных. Оба чуть растерянно улыбались – видимо, в баре чувствовали себя не совсем в своей тарелке и все же старались выглядеть непринужденно. Даже не глядя на Пайпер, Ханна чувствовала, как та нервничает, и взяла дело в свои руки, без всякого усилия войдя в роль девушки на подпевках.

Широко улыбнувшись, она спрыгнула с табурета и завладела вниманием стариков: чмокнула их в щеки, пожала руки.

– Приятно познакомиться! Как вам Уэстпорт?

Луиза слегка расслабилась.

– О, отлично. Город почти не меняется, здесь чувствуешь себя спокойно.

Угу. Яблочко от яблони недалеко падает.

– Пайпер мне целый день рассказывала, как ей приятно, что вы решились приехать. Вы уж, наверное, беспокоились, что она запрет вас в доме?

Луиза, зарумянившись, тихонько фыркнула:

– Ну почему, у них очень мило.

– Кстати, она