Скандал в день свадьбы - Пола Грейвс

— Тебя прямо не узнать, — улыбнулась Тара, когда он поставил на капот внедорожника большую сумку из магазина электроники.

— Аналогично. — Он погладил ее по голове:

— Цвет баклажан? Мне нравится.

Тара застенчиво провела пальцами по своим коротким волосам. В дешевой парикмахерской в торговом центре Эбингдона работали неплохие мастера. Ее постригли под мальчика и покрасили волосы.

— Нам пора ехать, но у меня появилась еще одна идея. — Оуэн достал из кармана толстовки пакет, в котором лежала целая стопка наклеек с призывами к социальной справедливости. — Наклей их на задний бампер внедорожника.

— Такие наклейки смотрелись бы уместнее, будь у нас «фольксваген‑жук».

— Придется обходиться тем, что есть. — Оуэн пожал плечами. — Главное, теперь наше средство передвижения совсем не похоже на тот внедорожник, который сегодня утром выехал из Кентукки.

Она машинально поправила прическу:

— И мы не похожи на тех людей, которые утром покинули Кентукки.

— Вот именно. Может, тебе сделать пирсинг в носу?

— Нет! — Она шлепнула его по груди.

— А в пупке?

— Садись в машину.

Из Эбингдона они повернули на север по дороге I‑81, направляясь к следующей зоне отдыха. Увидев на съезде с шоссе указатель к закусочной, Оуэн заехал туда, и они купили сэндвичей к ужину.

Когда они наконец добрались до площадки для отдыха, уже сгустились сумерки. Оуэн нарочно припарковался подальше от других машин.

— Давай сделаем перерыв на туалет, — предложила Тара. — Дай мне пару долларов, и я куплю нам чего‑нибудь попить.

Народу в зоне отдыха было достаточно — Оуэну и Таре удалось без труда смешаться с толпой. Она купила газировку и прихватила рекламный буклет о кемпингах и достопримечательностях Виргинии.

За ужином она показала буклет Оуэну.

— Часах в двух отсюда имеется кемпинг. Платить придется совсем немного. Зато там есть не только туалет, но и душ, а также место, где можно зарядить электронику. Они даже обещают бесплатный вай‑фай.

Оуэн полистал буклет и сдвинул брови:

— В багажнике внедорожника есть палатка…

— Сегодня переночуем здесь, а завтра можно перебраться туда. Может быть, ты сумеешь применить купленный компьютер.

— Как лососина? — поинтересовалась Бекки Кэмерон.

— Очень вкусная. — Куинн старался не выдавать эмоций, неожиданная общительность коллеги начинала действовать ему на нервы.

— Ты когда‑нибудь расскажешь об утреннем приключении? — спросила Бекки, изящно разделывая запеченную рыбу.

— Рассказывать почти нечего.

Она ткнула длинным холеным пальцем в сторону синяка у него на скуле:

— Оуэн Стайлс неплохо тебя приложил.

— Мы хорошо его обучили.

— Ты, кажется, не очень злишься из‑за того, что твой подчиненный угнал твой же внедорожник.

— Жизнь полна неожиданностей.

Бекки улыбнулась, показав ряд ровных белых зубов:

— Ты уклоняешься от темы.

— Так лучше, — заметил Куинн, озираясь в переполненном ресторане. — По крайней мере, здесь и сейчас не стоит обсуждать такие темы.

— Ты, наверное, гадаешь, зачем я пригласила тебя сюда, ведь мне, так же как и тебе, известно: есть определенные темы, которые мы не можем обсуждать на публике.

— Да, я задавался таким вопросом.

— Я вовсе не собиралась быть таинственной. Таинственность — это по твоей части.

Куинн невольно улыбнулся:

— Но ты ведь не просто так пригласила меня сюда.

— Я хотела поговорить с тобой кое о чем, не имеющем отношения к работе. Думала, если обращусь к тебе на работе, мне не хватит духу.

— Бекки, мне трудно представить, чтобы тебе не хватало на что‑то духу.

— Речь пойдет о Митче.

Куинн отложил вилку и отпил воды, скрывая внезапное смущение.

— Что‑то изменилось?

— Возможно. — Она наморщила лоб. — Кое‑что указывает на то, что он, возможно, не погиб при крушении вертолета в Таблисе.

— Вертолет упал у меня на глазах! Мы больше недели прочесывали всю округу. Несколько моих подчиненных погибли, пытаясь вынести все тела. Не забывай, тогда шел сезон дождей, а в реке, куда они упали, было очень сильное течение. Несколько тел унесло водой; их так и не нашли.

— Я видела фильм о катастрофе. И сама понимаю, насколько маловероятно, что он выжил.

Куинн наклонился к ней и накрыл ее руку своей:

— Знаю, тебе хочется верить, что он уцелел.

— Куинн, не знаю, во что мне хочется верить. С тех пор прошло почти десять лет. Понимаю, что хватаюсь за соломинку. Просто… что, если он где‑то там? Может, он не помнит, что с ним случилось и кто он.

— По‑моему, так не бывает. Но если хочешь, я свяжусь со своими старыми знакомыми в Казиристане…

— Буду тебе очень благодарна, — с улыбкой ответила она, отодвигая тарелку. — Не знаю, как ты, а у меня что‑то пропал аппетит.

— Хочешь уйти? Может, нам вернуться на работу и обсудить то, о чем мы не можем говорить здесь?

Она кивнула.

— Езжай вперед. А я расплачусь и догоню тебя.

— Я подожду, — сказал он. Внезапно ему захотелось ее защитить. Он никогда не думал, что Бекки нужен кто‑то… или что‑то. Даже ее отношения с Митчем Талботом, полковником морской пехоты, с которым она познакомилась, когда служила в посольстве США в казиристанском Таблисе, были какими‑то… неравными. Бекки — сотрудница дипломатической службы, культурная, образованная женщина, обладавшая властью, а Митч — типичный солдафон, который лучше всего чувствовал себя на поле боя, когда вел своих парней в атаку.

Но она, видимо, любила Митча, если готова рискнуть своим добрым именем и связями, но разыскать его через десять лет после его предполагаемой гибели.

Судя по всему, Бекки твердо намерена найти Митча. И он обязан помочь ей в этом. В конце концов, именно он послал Митча Талбота на смерть.

Заря только начала розоветь на горизонте, когда Оуэн проснулся после беспокойного сна. Ночь была холодной, и они решили соединить два мешка в один. Лежа спина к спине, они заснули если и не с удобством, то, по крайней мере, в относительном тепле.

Однако во сне оба повернулись и очутились лицом к лицу; их руки и ноги переплелись.

Оуэн осторожно высвободился из сонных объятий Тары. Стараясь не разбудить ее, расстегнул молнию со своей стороны и поежился от холода. Он надел куртку, взяв ее с переднего сиденья, затем открыл дверцу и вышел в промозглое утро.