Девушка из его прошлого - Трейси Гарвис Грейвс

На занятии он подсунул мне записку и попросил прийти вечером к нему. Я с трудом сдерживала волнение, потому что давно ждала, когда он найдет время, чтобы мы могли побыть наедине. Остаток дня я не обращала внимания на занятия. Я мечтала о нашем первом поцелуе и о том, как он, вероятно, пригласит меня на какую-нибудь вечеринку братства или на танцы. Вернувшись в свою комнату после последнего урока, я нацарапала записку Дженис и оставила ее под магнитом на холодильнике в общежитии, чтобы она обязательно увидела ее и не волновалась, когда придет домой и обнаружит, что меня нет. «С Джейком. В его комнате», – говорилось в записке, а ниже я нарисовала маленькое сердечко.

Я постучала в дверь студенческого общежития и сказала парню, который ее открыл, что пришла повидаться с Джейком.

– Господи, да у нас целых семь Джейков. С каким именно?

– С Уэллером, – гордо сказала я и ждала, что он скажет: «О, ты, наверное, Анника» – потому что Джейк, вероятно, все время говорил обо мне.

– Последний этаж. Третья дверь налево.

Джейк ответил на мой стук, и я улыбнулась, когда он быстро поцеловал меня в губы. Он никогда не делал этого раньше, и это заставило меня почувствовать тепло во всем теле.

– Привет, детка.

Он закрыл дверь и подвел меня к кровати. В комнате было еще трое парней, но Джейк, конечно же, попросит их уйти теперь, когда я пришла. В воздухе витал едкий запах дыма, но никто не держал в руках сигареты.

– Ты был прав, – сказал тот, что сидел за столом. Двое других сидели на кровати напротив нас. – Она горячая. А как насчет ее тела?

– Пока не знаю, – ответил Джейк. – Под этой мешковатой одеждой ничего не видно.

Все засмеялись. И я тоже, хотя и не знала почему. Если Джейку не нравилась моя одежда, Дженис ухватится за возможность помочь мне выбрать наряд, который ему понравится больше. Я сделала себе мысленную заметку попросить ее об этом.

– Я подумал, мы могли бы немного потусоваться, – сказал Джейк. – Чуток расслабиться.

Он держал в руке зажигалку «Бик», и я никогда не забуду скрежещущий звук, который она издала, когда он чиркнул колесиком и взметнулось пламя. Один из парней протянул ему стеклянную трубочку с маленькой чашечкой на конце, и Джейк направил в нее пламя и втянул дым в рот. Он передавал трубочку по кругу, и один за другим парни по очереди затягивались. Маленькая комната наполнилась дымом, и я закашлялась.

Кровать Джейка была придвинута к стене, и, когда они начали курить, он обнял меня, что было приятно.

– А теперь попробуй ты, – сказал Джейк, поднося трубочку к моему рту.

Я отрицательно покачала головой:

– Нет. Я не хочу.

Он пожал плечами и поднес трубочку к губам, но после того, как втянул дым, он сделал вид, что собирается поцеловать меня, но вместо этого выпустил дым мне в рот. Вкус у дыма был ужасный, и я закашлялась и начала отплевываться, а они смеялись. Но потом Джейк поцеловал меня снова, и это был тот поцелуй, которого я ждала всю свою жизнь, мягкий, нежный и сладкий. Каким-то образом во время поцелуя мы оказались почти горизонтально на кровати, а трубочка тем временем сделала еще один круг. Я должна была быть счастлива, но что-то шло не так, хотя я не могла точно понять, что именно. Я хотела, чтобы Джейк поцеловал меня снова, но только после того, как он скажет своим друзьям уйти. Несправедливо, что они не дают нам остаться наедине. Потом Джейк снова затянулся из трубочки, и когда он снова выпустил дым мне в рот, мне стало труднее сопротивляться, хотя я все еще не хотела этого.

Кто-то постучал в дверь, и один из друзей Джейка открыл ее. Я чувствовала себя странно, словно я парила и не могла понять, почему на пороге стоит Дженис.

– Да? – спросил Джейк.

Последовала долгая пауза, в течение которой никто ничего не говорил, а затем Дженис сказала:

– Мне нужно, чтобы Анника сейчас же пошла со мной.

– Она не хочет идти с тобой.

Он был прав. Я не хотела с ней идти. Или, может быть, хотела? Мне было так трудно упорядочить свои мысли.

Поцелуй был таким приятным, а вот травка и друзья Джейка – совсем наоборот.

– В ветеринарной клинике чрезвычайная ситуация. Им нужно, чтобы Анника пришла прямо сейчас. У нее дежурство.

Но нет! У меня же нет дежурства. Я бы никогда не согласилась пойти к Джейку, если бы у меня было дежурство, но, возможно, я забыла. На прошлой неделе привезли ястреба с поврежденным крылом, и я с пылом взялась за ним ухаживать, делая все возможное, чтобы вернуть птицу к жизни. Я была одной из немногих людей, которым он доверял. Когда я не ухаживала за Чарли, раненым опоссумом, то старалась кормить ястреба и обрабатывать его рану. Я села, что было нелегко, потому что мое тело внезапно стало очень тяжелым.

– Это ястреб?

– Да. Да, это ястреб, и ты должна пойти со мной прямо сейчас, потому что все тебя ждут.

Джейк положил руку мне на локоть.

– Ну же, ты уверена, что тебе нужно идти?

– Я должна. Это же ястреб.

Дженис пересекла комнату и схватила меня за руку, что было хорошо, потому что я никак не могла встать с кровати и держаться на ногах самостоятельно. У меня подкашивались ноги, и Дженис буквально выволокла меня из комнаты и вниз по лестнице.

Выйдя на улицу, она снова потянула меня за руку.

– Пошли. Мне пришлось припарковаться в конце улицы. Тут недалеко.

Казалось, мы прошли много миль, прежде чем она открыла дверь со стороны пассажирского сиденья и затолкала меня внутрь. Дженис обошла машину и села сама, но вместо того чтобы завести мотор, опустила голову на руль.

– Нам пора, – сказала я. – Меня ждут в клинике.

Но как я могу помочь ястребу, когда едва могу ходить?

– Тебя там не ждут. Мне просто нужно было вытащить тебя оттуда. Неужели ты не понимаешь, что там происходило?

Я думаю, можно было с уверенностью сказать, что я вообще ничего в происходящем не понимала.

– А что, по-твоему, там происходило? – спросила я.

– Точно не знаю. Я лишь знаю, на что это было похоже, – сказала она.

– На что?! – воскликнула я.

Дженис повернулась ко мне, и я поняла, что означает выражение ее лица, потому что видела его раньше. Один раз, когда она ждала результатов важного теста на первом курсе, и второй раз, когда узнала, что ее бабушке делают открытую операцию на сердце и врачи сказали, что шанс выжить у нее всего двадцать процентов.

– Похоже, он сказал своим друзьям, что они могут посмотреть.

– Смотреть, как мы целуемся?

– Анника, я думаю, он собирался сделать больше, чем просто поцеловать тебя.

Страх и стыд, которые нахлынули на меня, когда я наконец поняла, к чему она клонит и как ужасно я ошибалась относительной всей ситуации, буквально меня уничтожили. Я дрожала и плакала, а Дженис перегнулась через рычаг переключения передач и обнимала меня, пока я не успокоилась. Когда мы вернулись в общежитие, она уложила меня в постель.