Потерять Кайлера - Шивон Дэвис

Я вся сжалась от смущения.

– Э… это Ленни, мой новый телохранитель.

– Он не может здесь находиться. Он распугает мне всех посетителей! – Судя по тону, Дэвид был почти на грани нервного срыва.

– Дай мне пару минут, и я все улажу, – сказала я, направляясь к выходу.

Спустя десять минут нудных уговоров Ленни отправился на пассажирское сиденье «Мерседеса», с яростью захлопнув за собой дверь и бросив на меня насупленный взгляд. Я кое-как пересилила непреодолимое желание показать ему язык, но в последний момент удержалась от настолько легкомысленного поведения.

Дэвид доступно пояснил мне, что Ленни – нежеланный гость в закусочной, и мне пришлось пообещать, что он больше никогда и на пару метров не приблизится к ее дверям. Надеюсь, через несколько смен Джеймс поймет, что нужда в охране отсутствует, и позволит мне ходить на работу без сопровождения в виде жуткого Халка.

Уже через пару часов после начала смены я валилась с ног, но продолжала работать. Не обращать внимания на полные неодобрения взгляды и постоянные перешептывания оказалось труднее, чем я думала, но я держалась изо всех сил. Спустя некоторое время Роуз сжалилась надо мной.

– Я займу твое место, а ты до конца смены вставай за кассу, договорились?

– Ты просто ангел. Спасибо тебе. – Я благодарно приняла ее предложение и с облегчением удалилась за стойку закусочной – подальше от сплетен.

– Да у вас сегодня многолюдно, – услышала я мягкий мужской голос.

Выглянув из-за кассы, я встретилась взглядом с голубоглазым мужчиной с доброжелательной улыбкой на лице. Я не знала, как давно он сидел за стойкой, но, судя по меню в руках и тому, что его заказ еще никто не принял, не более пяти минут. По моим скромным догадкам, мужчине было больше тридцати, даже ближе к сорока. Для своего возраста он выглядел вполне себе ничего. Пробежавшись рукой по коротким темным волосам, посетитель устремил на меня взгляд своих голубых глаз.

– Здесь всегда оживленно, – настороженно ответила я, стараясь держать вежливый тон. С недавних пор я ко всем относилась с подозрением. – Что будете заказывать?

– А что вы посоветуете?

– Если сильно голодны, попробуйте наш фирменный бургер. Вторые блюда у нас отменные, но мое любимое – рыба с картошкой фри. Напоминает о доме.

Не знаю, почему я это сказала. Наверное, теплая улыбка незнакомца пробила брешь в моей обороне. Протерев стойку, я разложила перед ним чистую салфетку и столовые приборы.

– А дом у вас, конечно же, в Ирландии?

Я уперла руки в бока.

– Что меня выдало?

– Ирландский акцент я всегда узнаю. – Его улыбка расползлась еще шире, несмотря на то что выражение глаз осталось прежним.

– Ну, чем дольше я здесь, тем меньше остается от моего акцента, – задумчиво отозвалась я, представив гнусаво-корявый наполовину ирландский, наполовину американский говор Джеймса.

Надеюсь, меня не ждет то же самое. Почему-то мне казалось чертовски важным сохранить в себе частичку дома. Я спохватилась, прежде чем окончательно окунуться в воспоминания, и поняла, что момент выбран не совсем удачно. Я никогда не видела этого парня, к чему перед ним распинаться?

– Теперь я лепечу как младенец, – засмеялась я, чтобы скрыть свою подозрительность, хотя в своем эффектном дизайнерском костюме и дорогих часах он был похож, скорее, на бизнесмена, чем на ушлого репортера. Тем не менее предупреждения Джеймса все еще звенели в моей голове. Тот буквально запугал меня пронырами-журналистами, рыщущими по городу в поисках наживы. Кто-кто, а уж я точно не стану облегчать им задачу.

– Будете делать заказ или подумаете еще? – спросила я, переводя разговор на деловой лад.

Он закрыл меню и с грустным взглядом передал его мне.

– Я буду рыбу с картошкой. Спасибо.

Остаток вечера прошел как в тумане, и я сама не понимала, как продержалась на ногах. Когда Дэвид отпустил меня пораньше, я чуть не заплакала от облегчения. Этим вечером я должна была работать до закрытия, но, увидев, насколько я измотана, босс решил сжалиться надо мной.

Несмотря на то что засыпала на ходу, добравшись до дома, я тут же переоделась и отправилась в комнату к Кэлу. Я легонько постучала в дверь, заранее готовясь к неудаче, как и вчера вечером, но была приятно удивлена, когда тот ответил на стук.

– Кто там?

– Это Фэй. Можно войти?

Спустя минуту молчания дверь отворилась. За ней стоял Кэлвин в одних спортивных штанах. Было приятно видеть его в привычной одежде. Темные круги выделялись на бледной коже под глазами. Он сделал шаг в сторону, молча приглашая меня войти. Перепрыгнув через кучу грязной одежды на полу, я опустилась в кресло у кровати, в то время как сам Кэл нырнул обратно под одеяло.

– По шкале от одного до десяти насколько все дерьмово? – спросила я.

Его губы изогнулись в слабой улыбке.

– Насколько только можно себе представить, – ответил он низким и серьезным голосом без намека на шутку.

Кай просил меня не говорить Кэлвину о разговоре с Зои, и я могла понять, почему, но до настоящего времени секреты лишь разрушали эту семью, поэтому я намеренно не давала Кайлеру никаких обещаний.

– Сегодня я разговаривала с Зои. – Пустые глаза Кэла обратились ко мне, но Кэл лишь молча продолжил слушать. – Она знает, что секс между тобой и Ланой был по взаимной договоренности. И готова дать показания.

Он подпер одной рукой подбородок, уставившись в пустое пространство.

– Она слышала что-то о Лане?

Я отрицательно покачала головой.

– Зои знает, где она?

– Нет. Она как будто испарилась.

Кэлвин лег на спину, прикрыв рукой уставшее лицо.

– Что сказала Лана, когда ты разговаривала с ней?

– Не так уж много. Я надеялась выбить из нее правду, но Грета схватила меня и вытолкала за дверь прежде, чем я успела с ней нормально поговорить.

Он убрал руку с лица, сверля меня мученическим взглядом.

– Ей очень плохо?

– Ей точно не хорошо, Кэл. Она выглядела жутко расстроенной, плакала навзрыд.

– Я сильно облажался в этот раз, Фэй, – прошептал он.

Кэлвин был так убит горем, что мне захотелось забрать у него всю эту боль. Не колеблясь, я встала из кресла и легла рядом с ним, прислонив голову к его плечу.

– Часть меня считает, что это карма и я заслужил такое наказание. Неужели это и вправду наказание за то, как я обращался с девушками? За то, как обращался с Ланой?

– Ты ведь не насиловал ее, правда?

Он приподнялся на одном локте.

– Нет! Ты же знаешь!

– В таком случае ты не заслужил этого. Все мы делаем неправильный выбор, но никто не заслуживает такого несправедливого наказания. Я не могу поверить, что Лана так поступила, как будто это не тот человек, которого я знала. Я одновременно сочувствую ей и вне себя от бешенства. Она не имела права лгать о настолько серьезных вещах. Именно из-за таких девушек, как Лана, настоящие жертвы насилия не решаются заявлять о себе.