Капли магии - Бронислава Антоновна Вонсович

На пропускном пункте из автобуса нас высадили, потому что уже сразу за ним было марево перехода.

— Телефоны, другую электронику сдаём, — скомандовал один из экскурсоводов. — Ничего не забываем — то, что окажется на той стороне, гарантированно выйдет из строя. Инструктаж проведён, документ вы подписали, обвинить получится только себя.

На разум школьников полагаться не стали, проверили всех ещё какой-то приблудой, выявившей у Султановой трекер шагов. Остальные, как ни странно, все свои устройства в подписанные ящики выложили. Даже Кравчук, чьи мыслительные способности я оценивала ещё ниже султановских. И если учесть, что на это накладывалась влюблённость в Лидку, то в классе нынче он был самым… ограниченно умным.

Выдачей артефактов дело не закончилось, нас заставили полностью переодеться в один из вариантов формы для походов в разрывы. Лидка не преминула отметить, что комплект кто-то уже носил до неё, и она не будет надевать на себя ношеные шмотки. На что ей ответили, что она может купить себе неношеные и забрать их с собой после экскурсии. После озвучивания стоимости энтузиазм единокровной сестры приутих, и она неохотно напялила поношенную защитную одежду. В утешение ей сообщили, что после каждого использования всё стирается и дезинфицируется. А обувь — только дезинфицируется. Ботинки нам выдали тяжёленькие — такое впечатление, что и носок, и пятка там укреплены металлическими пластинками. Незаметно отправила сканирующий конструкт — и действительно обнаружила именно пластинки. Металл усиленный, но чем — проверять было долго, да и не нужно — главное, чтобы он справился с возможным нападением.

На выходе наша группа напоминала отряд охотников за тварями. Ещё бы в руки мечи и арбалеты — вообще было бы не отличить. Но на такое проводящие экскурсию не расщедрились, полагая, что от всех неприятностей нас способна защитить группа охранников.

Строго говоря, магу, владеющему Umbra, в разрыве первого уровня оружие и не нужно: твари слабые, а восполнение магии этого раздела идёт с той же скоростью, с которой она тратится. Другие стихии, правда, восполняются медленнее, но я знала достаточно конструктов на одной Umbra пусть и не такие убойные, как комплексные, и могла бы отбиваться только ими, пока восстанавливались капли остальных стихий.

Пока мы стояли перед мембраной, я пыталась понять, что в ней не так, почему она не пропускает тварей в этот мир, но отличий в структуре не нашла. Это так и осталось для меня загадкой.

Шагнув в разрыв, мы словно попали в другой мир. Из холодной зимы — в жаркое лето. Душное, влажное и отвратительно воняющее разложением. Пока я осматривалась, кого-то из одноклассников стошнило. Охранники любезно предложили фильтры за дополнительную плату.

— Вообще-то, фильтры должны входить в оплату экскурсии, — не удержалась Лидка.

— Экскурсия проходит с максимальным погружением, — невозмутимо ответил старший группы охранников, молодой симпатичный парень. Похоже, он принадлежал к роду — собственнику разрыва, потому что вёл себя уверенно среди родовых детишек, постоянно пытавшихся продавить сопровождающих то тем, то другим способом.

Косолапов фильтр купил, подав пример и другим. Я же на это тратиться не стала, и не потому, что дорого, — глупо терять возможность улавливать запахи в разрыве. Но белой вороной не стала, поскольку не купивших хватало. Кравчук внезапно заявил:

— Впечатление будет неполным, если от запахов закрываться.

— Обойдусь без полного впечатления, — парировал Емельянцев, активируя только что купленный фильтр. — Хорошо бы увериться, что это полное впечатление не останется с нами и на той стороне.

— Волнуешься за реноме? — хихикнула Султанова. — Не хочешь становиться вонючим красавчиком?

— Запахи останутся здесь, — вмешался в разговор Косолапов. — Емельянцев, уж это вы должны были усвоить из школьного курса.

— Да помню я, Андрей Осипович, — широко улыбнулся Емельянцев. — Почти всё, вынесенное из разрывов, в нашем мире разрушается сразу же, если не помещено в специальные контейнеры.

Это я тоже помнила, поэтому контейнеры у меня были, самые мелкие и дешевые, практически одноразовые. В разрывах первого уровня можно было набрать ингредиентов для основных татуировок. Вещь полезная, никакими конструктами не определяется, обнаруживается только визуально.

Замаскировать можно будет без проблем. В этом мире татуировки не редкость, причём немагические. По магическим мне информация не встречалась. В моей памяти сейчас знания двух семейств, так что я уже подобрала себе оптимальный вариант, осталось собрать нужное, приготовить раствор и нанести.

— Не разрушаются только минералы и высушенное здесь же растительное сырьё, — продолжал тем временем Емельянцев, поскольку Косолапов с него глаз не сводил и одобрительно кивал. — Сушить можно заклинаниями, на качестве это не сказывается. Всё животное сырьё разрушается в течение пятнадцати-двадцати минут.

— Молодец, Емельянцев. Напомни мне поставить тебе пятёрку за ответ. Остальные, надеюсь, тоже запомнили, что можно взять отсюда в качестве сувенира?

— Камни, камни и только камни, Андрей Осипович, — нетерпеливо бросила Лидка. — Обойдёмся как-нибудь без этой фигни. Мы куда-нибудь пойдём или так и простоим всё время экскурсии около входа в разрыв?

Вариант простоять здесь всё время был не так уж и плох — за то время, что остальные болтали, моё вместилище увеличилось на две капли Umbra. Необходимости в маскировке не было, поэтому я все капли разделила по стихиям и была готова создать заклинание практически мгновенно. Осталось получить возможность побродить здесь без присмотра остальных, и сдаётся мне, Лидкина компания такой возможностью меня обеспечит.

Глава 8

За первые полчаса на нас напали лишь единожды. Огромная птица с лысыми головой и шеей, гриф-весельчак. Мне бы не помешала его печень как один из компонентов чернил. Но увы, наши экскурсоводы не только сбили птичку на самом подлёте так, чтобы она раскинула крылья перед группой, но и сноровисто разделали с комментариями, что где используется. В качестве сувениров нам разрешили набрать только перья — абсолютно бесполезные штуковины, разве что выглядящие эффектно. На последнее купились многие, тем более что гриф падал красиво, раскрыв клюв в оглушающем крике, заставившем завизжать женскую часть группы. Возможно, и мужскую, но в общем хоре отдельные голоса не выделялись. Весельчаком эта тварь называлась не потому, что умела и любила шутить, а потому что, когда поедала жертв, издавала звуки, похожие на хохот.

Приложил старший группы экскурсоводов её хорошо: не только целых перьев было маловато, но и часть возможных ингредиентов оказалась перемолота в труху. Сердце точно уничтожили, а что касалось остального — не знаю, особо не всматривалась, но что-то из