Притворяясь придурками - Мугуа Хуан

Пойте сами, — Хэ Чао положил микрофон на стол. — Чья очередь дальше?

Следующей была песня Лю Цуньхао, но Ло Вэньцян во что бы то ни стало хотел петь вместе с ним. Староста бросился спасать микрофон:

— Держите Ло Вэньцяна! Физорг, если ты не будешь петь со мной, мы останемся друзьями!

Ребята со смехом прижали Ло Вэньцяна к дивану, и тот обиженно закричал:

— Эй! Ну это уже слишком!

Хэ Чао посидел ещё немного, чувствуя нарастающее беспокойство. Он коснулся руки Се Юя, собираясь предложить выйти проветриться, но в этот момент его телефон в кармане завибрировал.

В кабинете было очень шумно, поэтому услышать звонок было нереально. Когда он достал телефон, вызов уже прекратился. На экране светился незнакомый номер.

Пропущенный звонок.

Хэ Чао посмотрел на цифры, не припоминая такого номера. Он уже собирался убрать телефон, как пришло сообщение:«Чао-гэ, это я, Сяо Лэй».

Хэ Чао поднялся с дивана, набрал номер и вышел в коридор караоке-клуба.

Он прошел вглубь коридора, слушая длинные гудки в трубке, и прислонился спиной к стене, глядя на красный ковер под ногами.

На том конце быстро ответили.

Сяо Лэй говорил всё тем же простоватым голосом. Вокруг него было шумно, динамики вокзала объявляли о прибытии поездов:

— Чао-гэ! Ты ещё в городе А? Давно не виделись. Я сегодня только приехал по делам... У тебя есть время на днях? Может, встретимся, посидим где-нибудь?

Хэ Чао машинально полез в карман за сигаретами, но тут же вспомнил, что давно бросил курить и даже конфеты перестал носить с собой.

Он что-то отвечал Сяо Лэю, но его мысли были путаными, и он сам плохо понимал, что говорит. Кажется, спросил, как у того дела. Сяо Лэй рассказал, что последние годы работает вместе с двоюродным братом, занимается торговлей, а в город А приехал по работе.

Сяо Лэй катил чемодан, поднимаясь по эскалатору. Он огляделся по сторонам, понимая, что город А за время его отсутствия сильно изменился:

— Я тут пробуду недели две. Цзюнь-гэ тоже...

Он не успел договорить, как Хэ Чао тихо перебил его:

— Прости меня.

А затем повторил ещё раз:

— ...Прости.

Глава 87

Фан Сяолэй поднялся по эскалатору, остановился у выхода из здания вокзала и на мгновение растерялся, не зная, в какую сторону идти.

На самом деле за прошедшие годы то, за что он когда-то так отчаянно цеплялся и что лежало тяжелым камнем на сердце, уже почти стёрлось из памяти.

Когда родители и классный руководитель уговаривали его бросить учебу, он испытывал не столько гнев, сколько глубокую растерянность. Но когда эмоциональная буря улеглась, наступила тишина, и он вдруг осознал, что потерял жизненные ориентиры.

И хотя в школе его оценки были плохими, да и интереса к предметам он никогда не испытывал, по крайней мере, у них всех тогда была одна общая цель.

А когда он внезапно покинул эту привычную среду, то почувствовал себя совершенно беспомощным.

У входа на вокзал бурлила огромная людская толпа.

Фан Сяолэй стоял в этом человеческом потоке и неожиданно вспомнил свою самую первую встречу с Хэ Чао. В то время они были едва знакомы: с начала учебного года не прошло и недели, они даже не помнили имен друг друга.

Это было в самом начале девятого класса. Хэ Чао, будучи старостой, пришел в их кабинет сдать какие-то бланки. Он был высоким и симпатичным парнем, поэтому Фан Сяолэй, стоявший у стены в наказание, невольно засмотрелся на него.

В то время они с Лэй Цзюнем были самыми проблемными учениками, от которых у учителей постоянно болела голова. Особенно диким нравом отличался Лэй Цзюнь: у него была куча знакомых в других школах, и при любых разборках ребята сразу обращались к нему.

— Учитель, это правда не я его побил, — хмуро повторял Лэй Цзюнь уже в третий раз, теряя терпение. — Зачем мне его трогать? Если бы это сделал я, то скрывать бы не стал. В то время мы с Сяо Лэем вообще сидели в интернет-кафе...

Но классный руководитель в ярости хлопал ладонью по столу:

— А кто ещё, если не ты!

В этот момент в разговор вмешался Хэ Чао:

— Учитель, вы не правы. В прошлую пятницу я тоже был там — в том самом кафе в переулке напротив школы.

Классный руководитель опешил, пытаясь найти оправдание для отличника:

— И что же ты делал в интернет-кафе? Искал учебные материалы?

Хэ Чао честно ответил:

— В игры играл.

— ...

Вспомнив этот случай, Фан Сяолэй покатил свой чемодан вперед. Ему безумно хотелось рассказать Хэ Чао о многом, но в итоге он смог лишь написать в сообщении: «Чао-гэ, давай выберем время и встретимся. Мне нужно кое-что тебе сказать».

*Вернувшись после звонка в кабинет караоке, Хэ Чао без остановки пил пиво. Когда он потянулся за третьей банкой, Се Юй перехватил его руку:

— Попробуй только выпить ещё.

Хэ Чао послушно отпустил банку.

Сюй Цинцин и остальные девочки заказывали нежные лирические песни. Под тихую музыку они спели две или три композиции подряд.

Спустя некоторое время Хэ Чао немного успокоился и негромко произнес:

— Эр Лэй вернулся в город.

Се Юй понимал, что у парня что-то стряслось, но не ожидал, что дело в этом старом друге. Он кивнул, показывая, что внимательно слушает.

— Только что звонил мне, просил о встрече, — Хэ Чао устало взъерошил волосы. — Я...

Он по-прежнему не знал, как вести себя с ним.

И хотя всё это время он пытался жить дальше и забыть прошлое, страх никуда не делся.

Когда он спрашивал Эр Лэя о его делах, то больше всего на свете боялся услышать в ответ слово «плохо».

На экране как раз сменялась песня, и в караоке-кабинете на пару секунд воцарилась относительная тишина.

И в этой тишине Се Юй тихо, но твердо произнес:

— Гэ, не трусь.

*К вечеру небо за окном окончательно потемнело.

Ребята пели в караоке три часа подряд. К счастью, пиво было некрепким, поэтому никто не опьянел и прошлогодний погром не повторился. Собрав вещи, одноклассники тепло попрощались у входа в развлекательный центр и разошлись по домам.

Когда Се Юй вернулся домой, Чжун Цзе и его отец уже закончили ужинать.

Гу Сюэлань принесла из кухни тарелку с нарезанными фруктами и ласково позвала сына к дивану:

— Вернулся?