Фаворитка двух магов - Шерри Рун

— Надо было найти кого-то из нас, — мягко сказал Джейкоб.

— Я нашла вашего секретаря. И она отправила меня куда подальше. Что я должна была думать? — выдохнула я, передергиваясь от воспоминаний: такое чувство беспомощности и унижения забыть трудно.

— Мне… мне жаль, — ответил Джейкоб, а на его лице и впрямь было сожаление. — Я все исправлю.

— И как же? — спросила я, отворачиваясь и смотря в сторону.

Вся эта ситуация обижала меня до чертиков. Да и в то, что принц, с учетом его характера и положения, действительно будет стараться, верилось слабо.

— Легко. Начну с того, что объяснюсь с твоими родителями. А после — уволю своего секретаря ко всем чертям. Вместе с конюшим.

— Конюшего не трогай, — попросила я. — Если бы не он, то я бы добиралась домой пешком, и точно превратилась в главную звезду всех сплетен. А с родителями, конечно, поговори. Только желательно так, чтобы мой отец не вызвал тебя на дуэль.

Об этом стоило предупредить заранее, потому что папа… папа и впрямь мог сотворить какую-то глупость.

Принц рассмеялся:

— Хорошая шутка.

— Это не шутка, — мотнула я головой. — Мой папа меня очень любит. Сильнее, чем боится короля и всю его армию вместе взятую. Поэтому, если он узнает, что произошло на самом деле, боюсь, он и впрямь вызовет тебя на дуэль.

— Твой брат выглядит разумным, он же его остановит? — спросил Джейкоб, с недоверием качая головой.

— Он присоединится, — мстительно сказала я.

— Они совсем не боятся лишиться жизни за нападение на принца крови?

— Если речь идет о том, что принц меня сильно обидел, то не побоятся, — вздохнула я.

— А я тебя сильно обидел? — спросил Джейкоб. — Сильно. Прости меня. И Даррен тоже, так что прости нас.

Нельзя сказать, что извинения от Джейкоба не льстили. Ходили слухи, что он никогда и ни перед кем не извиняется, а передо мной уже дважды.

— Тогда… если мой отец и мой брат вызовут тебя на дуэль, не убей их случайно.

— Ты не шутила?!

— Ничуть. Они и впрямь на это способны. Мой брат однажды просидел под домашним арестом три месяца за то, что избил моего обидчика.

— А последствия? Ведь если твой отец погибнет…

— Все наше не слишком большое имущество записано на меня и маму. Отец заботится о нас.

И в бедственном финансовом положении мы вовсе не из-за него, а из-за дедушки, который влез в авантюру, взяв деньги из общего семейного бюджета.

— А теперь о тебе позабочусь я, — улыбнулся Джейкоб. — Что ж, подожди меня тут, я сейчас поболтаю с твоим отцом по-мужски. Обещаю, никаких дуэлей и лишних переживаний.

Джейкоб свое обещание выполнил в лучшем виде. Уж не знаю, что он сказал моему отцу, о чем беседовал с братом, что нашептал матушке и какие комплементы сделал моей сестре, но вся семья смотрела на Джейкоба с восторгом.

И после, под одобрительные кивки моей семьи, утащил меня в свою карету. Слишком быстро, все события протекали слишком быстро для моей спокойной размеренной жизни! Я даже правильно реагировать не успевала! Волноваться? Обижаться? Удивляться?

Что мне делать?

В вот Джейкоб, который сидел рядом со мной в роскошной карете, прекрасно знал, что делать. Он обнимал меня, поглаживая пальцем мою шею. Казалось бы — ничего сверх того, что он со мной делал, но…

Будоражило не меньше, чем самые стыдные моменты.

Я покраснела.

Джейкоб улыбался.

— Что ты пытаешься сделать?

— Пытаюсь не сорваться, пока мы не приедем на место. Осталось пять минут. — Горячее дыхание обдало шею и ухо.

— До дворца еще далеко… — удивилась я.

— Зато до моей резиденции близко.

До резиденции принца Джейкоба оказалось очень близко. Слишком близко. Настолько, что я даже не успела спросить, почему мы едем в резиденцию, а не во дворец. И смогла задать интересующий меня вопрос лишь после того, как вышла из кареты.

— Затем, что в королевском дворце будет немного шумно. — Джейкоб галантно предложил мне локоть, и я не стала отказываться — из-за суеты я даже не подумала переодеть более удобную обувь и одежду, так и ходила в подаренном мне с утра платье и туфлях, в которых была на балу.

— Шумно? Что-то случилось? — спросила я, оглядывая резиденцию.

Резиденция принца — очень загадочное место. Оно досталось ему в наследство от матери. И в этой резиденции не было никого из знати, лишь король мог приезжать сюда. Слуг было мало, да и извне никого не принимали: смена поколений. Отец учил сына своему ремеслу, после чего наступала очередь внука. Не рабство и ограниченность, а высшая честь: престижно, платили много, а работы не то чтобы непочатый край. Главное — абсолютная преданность и ни одного слова о хозяевах за пределами поместья.

И принц привел меня сюда.

— Случилось то, что некоторые люди перепутали снисходительность, присущую сильным мира сего, с мягкостью.

Он мог не говорить загадками?! Я возмущенно глянула на довольного принца.

— А подробнее?

— А подробнее ты и сама все видела, Лив. Мой секретарь не пустил тебя ко мне, хотя я четко сказал, что сообщить мне о твоем прибытии тут же. Горничная вместо объяснений несла какую-то несуразицу. Конюший… Мы его не уволим, он тут ни при чем. Но всех остальных. Все, кто посмел сказать хоть одно нелестное слово о нашей фаворитке, кто забыл свое место… — Принц Джейкоб замолчал, а его глаза внезапно вспыхнули.

— Вы же… их не убьете? — сглотнула я.

— Нет, зачем? Уволим с волчьим билетом. Их после такого лишь конюшни и свинарни чистить возьмут.

— Стой, а откуда ты… Мне показалось, что когда ты прибыл к моим родителям, то еще не знал об этом, так…

— Телепатия. Даррен владеет ей в совершенстве, я же… могу общаться исключительно с ним. Видишь ли, мы с братом близнецы, если говорить языком наших уважаемых ученых — однояйцевые. Из-за чего можем общаться мысленно, когда оба стабильны. Вчера вечером ни о какой телепатии речи не шло, но сегодня уже все отлично. Я смог быстро передать информацию брату о тех, кто перешел границы. А он уже разберется.

Еще бы Даррен не разобрался, если он телепат! Они все мысли — даже самые потаенные и глубокие — способны вытащить наружу при желании. Вопреки всем слухам, которые ходят про телепатов (и из-за которых король никогда не афишировал этот дар — я не знала, что Даррен телепат, пока Джейкоб не сказал), они не могут незаметно подслушать мысли. Это всегда вмешательство и всегда не