Проклятие Дерика - Мэри Дженис Дэвидсон

– Ага, но я никогда еще не встречал человека, который выиграл бы в лотерее, не говоря уже о двух выигрышах.

– Четырех, – пробормотала она.

– Ни фига себе! И вы вкручиваете мне мозги, что я – псих?

– Это ничего не значит, – упиралась она.

– Ладно, Моргана…

– Бросьте вы это!

– …может, вы объясните, как именно в тот момент, когда вам нужно было убрать меня с дороги, я получил эту клятую аневризму? Как насчет этого?

– Счастливое совпадение? – предположила она.

– Я вас умоляю.

– Действительно, – она откашлялась, – два года назад у нас в округе орудовал серийный насильник. И он… э-э-э… как-то проник в дом, пока я была в колледже, но когда я пришла домой, я нашла его мертвым у себя на кухне.

– Жестоко заколот?

– Нет… э-э-э… вскрытие показало, что он страдал врожденной сердечной недостаточностью – легкой, не вызывавшей никаких особых осложнений, но по какой-то причине, пока он ждал здесь, чтобы… чтобы… в общем, у него случился ИМ, и он умер.

– А что такое ИМ?

– Инфаркт миокарда. Сердечный приступ, – нетерпеливо пояснила она.

У Дерека отвисла челюсть.

– Вот блин, мне еще повезло, что я жив!

– Ну, в общем, типа того. – Она сунула ему в рот еще кусок. – Обследование карта покажет, но я все же полагаю, что вы сумасшедший. И еще. Один раз, когда я проспала и опоздала на автобус, он сломался, и половина пассажиров погибли.

– Господи Иисусе! – только и смог выдохнуть он. Дело было хуже и круче, чем он предполагал. – Это она – ваша магия. Вам феноменально, зверски везет. Все время.

– Магии не существует. – Но на лице у нее снова отразилось сомнение. – Везет всем.

– Сара, ради бога! Прислушайтесь к себе.

– Та команда в больнице…

– Не рассказывайте, позвольте мне поделиться своими предположениями. Они выглядели как Три Марионетки – или сколько там их было. Расшибают головы, падают, получают сердечный приступ прямо на месте… а вы выходите из переделки без единой царапины.

– Это, похоже, правда…

– Как-нибудь ночью нам нужно пойти поколобродить.

Она невольно рассмеялась.

– Ну конечно. Уверена, полиция выпустит вас сию же минуту.

– А, вот оно что! Вы все еще собираетесь вызвать копов? Нам нужно уходить отсюда!

– Но вы ведь на самом деле пытались меня убить, – напомнила она.

Как будто ему нужно было об этом напоминать! Ему вовек не видать прощения. Дерик Гарднер – дерьмо, а не оборотень, совершенно неспособный убить какую-то медсестру. Пусть даже медсестру с докторской степенью, все равно.

– И у меня есть только ваше слово, что вы больше не попытаетесь это сделать.

– Ну, я свое слово держу, – обиделся он. Конечно, она этого знать не может – в отличие от других членов Стаи. Конечно, это все усложняет, зато весело. – И как я сказал, в этом деле есть много всякого, больше, чем мы и состоянии учуять. Я думаю…

– Как учуять?

– Не важно. Знаете что, давайте проведем кой-какие раскопки. Идет?

– Идет! – сказала она с напускным энтузиазмом. – Вы хотите быть Нэнси Дру или Храбрым Парнем?

Он не обратил внимания на сарказм – помогла многолетняя практика общения с Мойрой.

– Давайте точно выясним, что именно вы собираетесь делать. То есть я хочу знать: вы ведь не хотите погубить мир, верно?

– В жизни не вела таких ужасно сюрреалистических бесед, – усмехнулась она. – Нет. Еще чего.

– Так как же получилось, что всякий, кто способен предвидеть будущее, – я допускаю, что те плохие парни вышли на вас именно так, – говорит, что именно это вы собираетесь сделать? А? Вам не кажется, что это странно? А?

– Мне многое кажется странным.

– Тогда держись за свою шляпу, радость моя.

Она настороженно посмотрела на него.

– Что еще? Я в общем не готова к новым сюрреалистическим откровениям…

– Я оборотень.

– Мать! А я что говорила!

– Я оборотень! – повторил красавчик-психопат.

Поерзал на стуле и скривился. Наверное, рана саднит… Конечно, на лбу у него много засохшей крови, и рубашка вся в крови. Саре стало жаль его, но она наступила на горло своему чувству.

– Охотно стал бы безволосым, но тут уж ничего не поделаешь.

– Не нойте! Попробуйте воспользоваться хорошим эпилятором.

– Я оборотень, я перекладываюсь.

– Давайте не все сразу, ладно? – Сара старалась не показать, насколько она ошарашена.

Такое впечатление, что она ведет сражение, в котором проигрывает. Как будто ей мало сегодня неприятностей, так нет же, она еще и тащится, кормя с руки этого Амбала-из-дурдома. Засовывая ему в рот ломтики яблока, она ощущает щетину на его подбородке, тепло его лица, чувствует сладость яблока в его дыхании, может…

(Я могу сделать с ним все, все, что угодно)

…почувствовать его… его…

(И он не сможет меня остановить. Он связан. Я могла бы сесть ему на колени и, сделать что угодно…)

Ах, чушь собачья! Губы у него шевелятся. Опять какая-то ерунда насчет…

(вот именно)

…феи Морганы, разумеется.

– Что? – переспросила она.

– Я говорю, один из членов нашей Стаи сказал мне, что вы собираетесь сделать, и мой… мой босс, так, наверное, вы назвали бы его, прислал меня сюда присмотреть за вами. И к вашему сведению – не в лучшем смысле этого слова.

– Похоже на речь настоящего принца, – пробормотала она, стараясь не смотреть на его губы.

Дерик пожал плечами:

– На самом деле скорее на речь короля, и он классный парень. Он мой лучший друг, так что мне пришлось уехать, прежде чем я убил его.

– Вот как?

– Да. Трудно представить себе нечто худшее, чем убийство лучшего друга.

– Уж чего хорошего, – согласилась она, стараясь вспомнить, не оставила ли свой рассудок в прихожей. А этот разговор – самый сюрреалистический из всех, какие она помнит за… за всю жизнь, это уж точно. – Наверное, было бы неплохо, если бы вы уехали отсюда, вместо того чтобы убить меня.

– Попытаться убить вас, – поправил он. Потом усмехнулся, продемонстрировав слишком много зубов. Страшно! Белая вспышка, и, черт возьми, эти клыки действительно казались острыми! Она чуть не отступила назад. – И кстати, вы мне понравились, – добавил он, что не имело смысла, ну да ладно. – Вы – если вам этого никто не говорил – необычайно хорошенькая. Вы от природы рыжая? Ведь так, да?