Край собачьих следов - Алёна Рю

– Ладно, мне еще на казнь успеть надо, – сказал он. – Так что прощайте, и спасибо за безделушки.

Антис в растерянности приоткрыла рот, и парень еще на мгновение задержался. Посмотрел на нее как будто даже с сожалением.

Из соседней подворотни появился крупный паренек лет семнадцати с лицом вчерашнего крестьянина.

– Ну что, идем? – спросил он у ее грабителя.

– А ты выяснил, кого вешают-то? Про Рыцаря уже слышал, – разбойник повернулся к ней спиной.

Разум кричал, что пора уходить, скрыться где-нибудь, переждать, а там уже найти дорогу к дому. Но, боясь снова остаться одна, Антис засеменила следом за молодыми людьми.

– Лорда еще какого-то, – ответил паренек с крестьянским лицом. Она не сразу заметила, что в ухе у него тоже золотое кольцо. – Надо поторопиться, а то без нас начнут.

– А девушку? – подала голос Антис.

– Вы еще здесь? – ее грабитель обернулся.

– Кто это? – удивился его напарник, только сейчас обратив на нее внимание.

– Девушку казнят? – повторила вопрос Антис.

– Какую еще девушку? – разбойник повысил голос. – Уходите отсюда, пока живы!

– Эр… Эриал Найт.

Второй парень толкнул ее грабителя плечом, но тот схватил здоровяка за локоть.

– Тише, Денни. Как вас зовут?

– Антис.

– Хорошо, Антис, пойдете с нами, – он криво улыбнулся и протянул ей руку. Не дожидаясь ответа, схватил за запястье и снова увлек за собой.

– Вы сказали – Эриал? – уже по дороге переспросил тот, кого звали Денни.

– Да, да, – быстро проговорила она, уже сама не понимая, кто просил ее открывать рот. Нашла, на кого положиться. Если у эльфийки такие знакомства, то, может, суд был не так уж и несправедлив.

Они остановились посреди переулка. Людей здесь не было.

– Ты знаешь, какой дорогой их повезут? – спросил Денни у ее грабителя.

– Как обычно, наверно. Да брось, Эль, чего мы сделать-то можем? Не мы ее на эшофот привели. Интересно, правда, как она в это вляпалась? Не сама же она…

– Даррен Тигр и лорд Кебард все задумали, но короля убила она, – подала голос Антис.

– Да ладно? – грабитель обернулся, как будто только что вспомнил о ней, но руки между тем не выпускал. – Эта девчонка убила короля?

– Так на суде выявили…

– Они там выявят, – он посмотрел на Денни и покачал головой. – А впрочем, кто знает... Не наше это дело, в любом случае.

На душе Антис стало тяжело. Очевидно уже, что эти ребята с Эриал знакомы не шапочно. И невольно подумалось, что не попроси она Хинта оставить эльфийку во дворце на ночь, сегодня он мог бы быть рядом. И не пришлось бы спасаться от давки, цепляясь за пахнущего тиной вора. Конечно, заговор есть заговор. Нашли бы способ. Но иная попытка могла и провалиться… Все могло сложиться по-другому.

Между тем провожатые спорили, снова забыв о ней.

– Нет, Слэйд, – горячился Денни. – Мы должны спасти Эри. Все это время я думал, что она осталась в том лесу…

– Хочешь сказать, совесть мучила? – усмехнулся грабитель.

– Нельзя ее во второй раз бросать, – он стиснул челюсти.

– А ты, Денниард, романтик, – Слэйд покачал головой.

– Кто?

– Хорошо, глянем, что там. Сколько человек в конвое. Если и получится, то только до моста перехватить. Дальше я бы не рискнул.

– Тогда чего ждем?

Слэйд наконец выпустил руку Антис.

– Простите, леди, дела, – он отсалютовал двумя пальцами и побежал за приятелем.

Антис так и осталась стоять в переулке, не понимая, что это только что было. Ее жизнь разрушена. Даже вещей больше нет. Она в Толлгарде никогда не бродила одна и до дома неясно, как добираться. А если и доберется, то дальше будет не слаще. Замуж приличный человек не возьмет. Разве что отец, может, кому продаст. Зато виновнице всего этого торжества теперь бегут на выручку грабители. С ее украшениями за пазухой.

Молодец, Антис, что еще сказать.

***

Копыта застучали о мостовую. Решетка тюремных ворот поднялась, первой выпуская телегу с мужчинами. Ее клетка тронулась следом.

Солнце поднималось выше и начинало припекать. В воздухе разливался аромат цветущих садов. В такой день было жаль умирать.

Улицы встретили их людскими криками. Кто-то швырнул в лорда Кебарда яйцо. Желтоватая жижа разлилась по рукаву балахона. Эри обернулась и увидела Карину, ту самую служанку из поместья лорда. Сам Кебард и ухом не повел. Даррен тоже казался спокойным, как старое дерево.

Только Эри повторяла про себя, как заклинание: «Все будет хорошо».

Процессия свернула в переулок, а оттуда в арку массивного трехэтажного дома. Зевак здесь уже не было. Кебарда и Даррена повезли дальше прямо. Ее же телега остановилась.

Двое солдат натянули поверх клетки черный брезент. Цокот копыт постепенно удалялся.

«Чего мы ждем?» – недоумевала Эри.

Наконец и ее телега тронулась, но сразу завернула налево.

– Стойте-стойте! – воскликнула она. – Мы же не туда едем! Почему не с ними?

Отвечать никто не собирался.

Эри заметалась по клетке как пойманный зверь. Потрясла деревянные прутья, попыталась процарапать брезент. Балахон пропитался холодным потом. Сердце вторило стуку копыт. Беспомощность протянула цепкие пальцы и начала душить.

***

Королева Леория величественно улыбнулась. Эльфийский посол Бьерн поклонился и сел на приготовленное рядом кресло. Со специально построенной ложи открывался вид на площадь. Словно в море из живых людей высился остров-эшафот, окруженный плотным кольцом стражи.

Краем глаза Леория заметила, что Бьерн без нужды теребил кружевной платочек. Она взмахнула черным веером.

– Вы уже слышали, – спросила она, – что убийце всего шестнадцать?

– О да, – посол состроил скорбную мину, – это так ужасно! Ребенок убил...

– Она не ребенок, – перебила его Леория, – она полуэльф.

Лицо Бьерна вмиг стало белым.

– Тем ужаснее, – проговорил он, сглотнув, – что это может омрачить наши переговоры.

Леория мягко, почти по-женски улыбнулась. Зрелище ерзающего в кресле эльфа доставляло ей удовольствие.

Отношения между Западной и Восточной Лансией всегда были сложными. Ренорд любил разглагольствовать о мире, писал Хинту длинные письма, а ей даже стихи посвящал. Но разведка Лидера докладывала, что в эльфийских пилорамах и кузницах ни на день не останавливается работа. И Леория могла понять, почему.

Остроухие считали весь Снежный полуостров своей исконной территорией, и никакие