Когда взойдёт солнце - Юля Горшкина

встал с кресла, с громким стуком поставив стакан на столешницу.

— Егор, что с Антоном? — голос Наташи был твердым. Она так устала бояться.

— А ты будет зависеть от тебя, солнце, — Егор хищно приближался к Наташе. Наташа пятилась назад. Меньше всего она хотела его сейчас его прикосновений. Они отравляли, забирая волю.

— И что ты хочешь?

— Сначала ты разденешься и сделаешь приятное своему мужу. Я очень зол, что ты стала такой непокорной, оставила наш дом. Сбежала с любовником. Даже кольцо сняла, — он посмотрел на безымянный палец ее правой руки.

— Нет, — спокойно ответила Наташа. Для себя девушка решила, что лучше умрет, чем вновь позволит прикоснуться к своему телу ненормальному садисту.

— Нет? — Егор был крайне удивлен ее силой. Зашуганная девочка превратилась в сильную женщину. Когда?

Он расстегнул пряжку ремня на джинсах, готовый проучить беглянку. Показать кто здесь хозяин.

— Где мой сын? — Наташу интересовал только Антон, ее жизнь для нее уже ничто, если не будет ее сына.

— Очень далеко, и от твоего благоразумия зависит его жизнь. Звони Костику и умоляй, чтобы он освободил моих парней из тюрьмы. Все очень просто, малыш, — он звонко ударил Наташу по щеке, так что конго серьга вылетела из мочки уха, с тихим звоном приземлившись на глянцевую поверхность ламината.

Она смотрела на сережку невидящим взглядом. И в ее душе просыпался гнев.

Она схватила открытую бутылку виски с комода, стоящего за ее спиной. С грохотом разбив ее об угол. Спиртовые пары резко ударили в нос, коричневая жижа оросила ее ноги.

— Ты что удумала? — Егор растеряно смотрел на жену, не узнавая.

Она приставила острие к горлу, понимая, что Егор никогда не насытится своей игрушкой. Будет вновь вновь придумывать различные манипуляции, но не оставит их с сыном в покое. Он был слишком силен по сравнению с ней. Но и без боя она больше не сдастся.

Она провела осколком бутылки по венам, кровь водопадом заструилась по правой руке, падая красными густыми каплями на пол.

— Ты больше не получишь меня, — улыбаясь ответила Наташа. — Никогда...- продолжая резать себя.

Егор шокировано уставился на лужу крови, в которой он стоял босыми ногами.

— Гадина, зачем ты так? — он видел ее дикие пустые глаза. Он искренне испугался. Резким движением схватил ее за руки, и она полоснула осколком ему по щеке. Он взвыл от боли.

— Верни мне сына, ничтожество, — закричала Наташа, пытаясь еще раз полоснуть своего обидчика осколком бутылки. Она истекала кровью. Она ревела, и щеки Наташи окрашивались в бледно-траурный цвет. Она закрыла свои зеленые глаза, вспоминая черные ласковый взгляд своего сына. И глаза Кости, ставшего таким родным и любимым за эти недели. Она кричала им мысленно: Господи, прости меня, благодарю тебя за все, я так люблю…

Егор видел, как из его трофея вытекает жизнь… — Сука, ДЫШИ!

Она видела свою бабушку в саду, цветы давали щедрые плоды, и запах мимозы приятно щекотал ноздри. «Щекотно, — посмеялась маленькая Натуся.

— Ната, не спиши, вдыхай осторожно, все впереди. Бабушка скрылась в белых зарослях черемухи, Наташа рыдала, оплакивая свою пустоту и беспомощность.

— Дыши, зайка, — кричал Егор, смотря ярко-зелеными глазами на Наташу. — Спасите ее суки! — кричал он, его глаза расширились от ужаса. — Костя, гандон, расчленю тебя по кускам.

Слезы чуждые ему, текли по щекам, капая на ее грудь. Он ненавидел ее и одновременно страстно желал. Она его карма. Его миссия, его божество. Он кричал, выдыхая весь воздух.

— Наташа!!!

Она молчала.

— Закричи, — ревел он, чувствуя свою беспомощность. Ее вдох показался самым желанным.

— Где мой сын? — все, что спросила она.

— На небесах, — растерянно ответил он. Ее глаза заблестели жемчужной росой.

— Будь же ты проклят, Егор, — молвили ее губы, голова откинулась в неестественной позе. Рыжие волосы блестели в полумраке комнаты.

Егор трусливо попятился назад. Сюда могла нагрянуть полиция. Он кинул последний взгляд на лежащую Наташу в луже крови, надеясь, что она умрет, и его одержимость на ней оборвется, так же как и ее жизнь. И он снова научиться дышать… Если сможет.

Эпилог

Наташа с трудом открыла глаза. Яркий луч проникал в палату сквозь плотно закрытые жалюзи на окнах. Белые, потрескавшиеся стены, облупившаяся от времени краска. Голова болела, а горло сушило. Рядом сидел Костя, держа ее за руку. Умиротворенно спал, на его лице отражались непростые события вчерашнего вечера, тонкие лучики морщинок образовались в уголках глаз и на лбу.

Наташа улыбнулась. Такой родной и любимый.

— Костя, — прошептала она, дернув его за руку. Костя мгновенно распахнул глаза, улыбнувшись любимой.

— Как ты родная? — он нежно прикоснулся к ее щеке губами.

— Где Антон? С ним все хорошо? — Наташины глаза блестели беспокойством. Костя побледнел, долго собирая слова, рассыпавшиеся в его голове манной крупой.

— Мы ищем его… и Егора… Наташино лицо исказилось гримасой боли и отчаяния.

— Это все ты, — зашептала она, заплакав.

— Наташ, я обещаю, что мы найдем его… — Наташа резко подскочила на кровати, выдернув капельницу из вены.

— Если бы не наша связь, Антон бы был сейчас здесь! — кричала она, обвиняя Костю. Ее сердце разрывала боль такой силы, что она готова обжечь словами всех вокруг.

В палату вбежала растерянная медсестра, что услышала громкие крики из палаты.

— Наташ, я рядом, я люблю тебя, — убеждал ее Костя, пытаясь обнять несчастную женщину. Она царапалась как дикая кошка, размазывая слезы по щекам. Острая боль накрывала с головой, она тонула в ней.

— Выйдите, — твердо попросила медсестра Костю, пытаясь успокоить разбушевавшуюся пациентку.

Наташа кричала, пока ей делали успокоительный укол.

Костя вышел из здания больницы, закурив сигарету. Все в его жизни пошло наперекосяк. Ребенок от нелюбимой женщины, сломленная потерей сына Наташа, затерявшийся главарь банды Егор. Он брел по знакомым дворам, шатаясь, будто был пьян. Он подошел к песчаному пляжу реки Ветки, где началась и закончилась их юношеская история с Наташей. Он вновь достал сигарету, смотря, как пляж покидают припозднившиеся влюблённые парочки, с наслаждением затянулся. Его пальцы дрожали. Он знал одно, что безумно любит Наташу, и будет с ней, чтобы она не сказала.

Вибрация звонка отвлекла его от созерцания волн.

— Костя, напали на след Шмелева, возможно, скоро узнаем, где мальчик. На связи, — сказал майор Борисов.

Костя выдохнул колечко густого дыма, подхватываемого речным ветром с запахом тины. Он горько улыбнулся. Надежда зацветала в его сердце. Чайки громко плакали, кружа в потемневшем небе, грустили, когда же воскреснет солнце?