Убогая жена. Доктор-попаданка разберётся... - Анна Кривенко

воспоминания детства, как соседские дети забросали меня палками и песком, когда я вышла к ним поиграть со следами ветрянки на лице. Я тогда не понимала, что эта болезнь заразна, и такое отношение глубоко травмировало детскую психику. Конечно, я уже давно взрослый человек, и травмы детства не имеют значения, но, как оказалось, боль все равно до сих пор живет в душе, где-то очень глубоко. И слова напыщенного индюка — злые и жестокие — неожиданным образом разбудили эту боль.

«Заразная? Противно рядом находиться? Александр, ты умудряешься бить в самое сердце так, словно тренировался в этом всю жизнь…»

Мне стало тошно. Тошно находиться в этой комнате с подобными людьми…

Лиза, заметив мой ступор, улыбнулась так широко, что её идеально ровные зубы сверкнули в утреннем свете.

— Кстати, Александр, мне кажется, что стоит заменить обивку в гостиной, — начала она весело, намеренно переводя разговор в другое русло. Этим она, похоже, хотела показать, что я не стою их внимания. — Эти старые кресла выглядят отвратительно. И ковры… они совсем не соответствуют стилю дома. Надо бы заняться ремонтом.

Александр кивнул, словно не замечая меня больше. Будто я стала пустым местом за столом.

Я доела свою кашу молча, ощущая, как каждая ложка становится пыткой. То, что муж бросил мне в лицо, стало последней каплей в чаше моего терпения…

«Если бы на моём месте была прежняя Варвара, она бы, вероятно, разрыдалась и сбежала из комнаты. Но я не она. Я не позволю этим двоим получить удовлетворение…»

Наконец, душа успокоилась, и я пришла в норму. Даже удивилась, что так расчувствовалась вдруг, и поругала себя за слабость. Нет уж, больше такого не повторится…

Молча отодвинув стул, я встала и направилась к выходу.

Муж и его сестра даже не удосужились поднять на меня глаза.

Выйдя за дверь, я остановилась в коридоре и опёрлась рукой об холодную стену.

— Ты перешёл черту, Александр. И я тебе это припомню… — прошептала мстительно.

Сжав губы, я направилась в сторону кладовой. Сегодня мне предстоит кое-что найти.

Это будет мой подарок на Новогодие… ха!

Глава 10 Маленькая месть...

От автора: не все медицинские средства, упомянутые в романе, могут производить описываемый эффект. Не забываем, что эта книга - фэнтези, и на абсолютную реалистичность я не претендую! Читаем, как приключения)))

___________________

Кладовая встретила меня полумраком, холодом и запахом засохших трав, муки и чего-то прогорклого. Узкие полки вдоль стен были уставлены мешками, банками и деревянными ящиками. В углу стоял старый, немного шатающийся стол, на котором лежала связка сушёных трав.

Кстати, слуги рядом отсутствовали. Наверное потому, что нынче было время завтрака, и все набивали животы перед тяжелым рабочим днем.

Я провела рукой по шершавой поверхности стола, снимая слой пыли.

«Кладовая — царство практичности. Здесь нет места пафосу и ненужным словам. Всё по делу, всё полезно. Жаль, что такое нельзя сказать о здешних обитателях.»

Порывшись на первой полке, я нашла несколько небольших мешочков, каждый из которых был перевязан бечёвкой. Развязав первый, я поднесла его к лицу и осторожно вдохнула.

— Череда… — пробормотала я. — Прекрасное средство при экземе и воспалениях. Но для моего дела не подойдёт.

Я аккуратно завязала мешочек и отложила его в сторону. Взяла следующий — запах был пряным и слегка горьковатым.

— Полынь. Горькая, но полезная. Отлично помогает при лихорадке и улучшает аппетит. Однако не то.

Ещё один мешочек — запах мяты наполнил лёгкие прохладой.

— Мята. Хороша для успокоения нервов. Ох, Александру и Лизе бы она не помешала… чрезмерно «нервные нервы» полечить! Но сперва найдем средство позабористей!

Мой взгляд скользнул по дальней полке, на которой стояли корзины, полные непонятных травяных переплетений.

— А здесь что? — пробормотала я, двигаясь дальше.

В первой корзине оказалась сушёная ромашка — лёгкий медовый аромат был очень знаком.

— Прекрасное противовоспалительное средство, но, увы, не для моих целей. Жаль, не лечит воспаление гордости…

Следующая корзина пахла чем-то кислым и терпким — зверобой.

— При депрессии и нервных расстройствах… Думаю, он понадобится им обоим чуть попозже… последствия моего воспитательного процесса лечить.

Но ничего путного не попадалось.

Почти потеряв надежду, я добралась к последней полке в углу, где на самом краю стоял небольшой мешочек, будто забытый и никому не нужный. Я поднесла его к лицу и вдохнула.

— Ага! — губы растянулись в улыбке. — Крапива двудомная.

Запах был терпким, с лёгкой ноткой земли и влажной листвы. Я развязала мешочек и убедилась, что передо мной именно то, что я искала. Шершавые листья крапивы приятно хрустели под пальцами.

«Вот она. Моя маленькая зелёная помощница. Безопасная, но ужасно неприятная, если с ней неосторожно обращаться.»

Я села на старый стул у стены и аккуратно растёрла листья пальцами, превращая их в мелкий порошок. Они осыпались на ладонь, словно зелёная пыльца.

— Ах, как удобно! — прошептала я, едва заметно улыбнувшись. — Природа сама даёт мне инструменты для справедливости.

Запах крапивы забивал ноздри, оставляя терпкий привкус на языке. Я пересыпала порошок в небольшой мешочек, который завязала тугим узлом и спрятала в складках платья.

«Безопасно, но эффективно. Александр, Лиза, приятного вам ужина…»

Я ещё раз оглядела кладовую, убедилась, что всё осталось на своих местах, и быстро направилась к выходу.

Стараясь не шуметь, я выскользнула из кладовой, чувствуя, как на губах играет едва заметная улыбка. В животе теплилось чувство удовлетворения.

«Месть — блюдо, которое лучше подавать холодным… и с крапивой…»

* * *

Вечер опускался на поместье, заливая длинные коридоры мягким золотистым светом от свечей. Домочадцы ужинали каждый у себя, и это было мне только на руку.

Я заметила, как молоденькая служанка, чуть пригибаясь под тяжестью серебряного подноса, вышла из кухни и направилась к кабинету Александра. В углу её подноса дымился горшочек с горячей кашей.

Я перехватила её у лестницы.

— Эй, ты, подожди-ка, — сказала я тихо, но твёрдо. — Ты что, хлеб забыла? Господин любит свежий хлеб к ужину, не так ли?

Служанка сморщила нос, явно недовольная тем, что её остановили, но кивнула.

— Сейчас принесу, госпожа…

— Давай, иди. Я подержу.

Я взяла поднос из её рук, и как только она скрылась за углом, быстро сняла крышку с горшочка. Пар ударил в лицо, пахло чем-то мясным и слегка пряным.

«Ну что ж, Александр, готовься к ужину, который ты запомнишь надолго.»

Порошок крапивы осыпался на поверхность каши тонким слоем, как первый снежок на землю. Я аккуратно размешала его ложкой, вернула крышку и проверила, чтобы всё выглядело безупречно.