Непризнанная в Академии оборотней - Тина Шеху

Глава 3. Пропажа

Сон выдался беспокойным, а пробуждение неожиданно резким. Утро началось с того, что в дверь без стука влетел один из преподавателей и криком принялся выяснять, не видели ли мы одного из студентов. Якобы тот пропал.

Не добившись от нас с соседкой ничего внятного, учитель предостерёг от глупостей и направился будить остальных.

Шум и гам не стихали несколько долгих минут. Кто-то вопил, плакал и стучал о стену.

— Что это было? — сипло произнесла я и прочистила горло.

— Я вообще ничего не поняла, — глухо пробурчала в ответ Вивьен.

Я потёрла глаза и повернулась в сторону соседней кровати. На ней, уткнувшись носом в подушку, засопела Вивьен. Золотые локоны распределились по светлому постельному белью, прикрывая едва задетое золотистым загаром лицо. Рассмотреть девушку внимательней было сложно. Глаза слипались, а онемевшая рука требовала перевернуться на другой бок.

Не в силах спорить с организмов, я быстро отыскала удобную позу и накрылась одеялом с головой, подумав о том, зачем же Вивьен каждый день высветляет свою кожу косметикой. Она же и без того очень эффектная девушка.

Под мысли о макияже удалось незаметно для себя уснуть. Но ненадолго. Сознание будто само переварило недавние события и вытянуло меня из грёз о качественной косметике и необычной одежде в реальный мир.

— Проклятие! — вскрикнула, вскакивая с кровати.

С другого конца комнаты раздался недовольный женский стон.

— Вив, вставай! — я наспех начала заправлять постель и случайно завернула в одеяло спящую ящерицу.

Винсент издал неопределённый свист и попытался выпутаться из тканевой ловушки.

Пока я его освобождала, тихо причитая себе под нос, Вивьен вновь засопела, иногда прерываясь на храп. Вот он, единственный изъян белокурой красавицы. Храпела она, словно пузатый дед. А как храпят пузатые деды я знала не понаслышке.

— Вивьен!

Оставив зверька досыпать на мягкой подушке, я принялась тормошить соседку. Ну, какая же она соня!

Одной рукой я поддела занавеску и мельком глянула в окно. Темнотища. Такая бывает перед рассветом.

Невольная дрожь от несуществующего холода пробежалась по всему телу. Босые стопы прилипли к полу, и я начала двигать онемевшими пальцами на ногах.

Какое-то непонятное сомнение поселилось в душе. Сонливость полностью улетучилась, а на её место пришёл липкий разрастающийся страх.

— Вив? — протянула я имя подруги.

Паника волной переместилась к горлу и сковала рот, мешая чётко говорить.

— Да что тебе?

Стоило прозвучать знакомому голосу, как волна будто бы схлыстнула. Отпустила. Ох, на мгновение я ведь подумала, что Вивьен мне больше никогда не ответит.

И откуда, волк меня дери, появились подобные мысли? Но ругать себя времени не было.

— Вив, преподаватель приходил… — я начала бессвязно бормотать, путаясь в словах от жуткого волнения. — Пропал. Он. Или она. Вивьен!

Надо было вспомнить, что говорил тот незнакомый преподаватель, но я не могла. Паника пульсировала в висках, заставляя теряться в мыслях и даже действиях. Я перетаптывалась на месте, пытаясь скинуть с себя дрожь, но та лишь усиливалась, переходя в нервную тряску.

— Успокойся, — вновь прозвучал заспанный голос. — Спи.

Вивьен никак не хотела внимать моим словам и намеренно продолжала засыпать с последующим храпом.

Спустя пару минут я плюнула на попытки её растолкать. Ладно. Сама разберусь, что происходит.

И быстро нацепив на себя лёгкое цветастое пальто, выскользнула из комнаты, оставив этих сонь в комнате вдвоём.

Ночной коридор встретил небывалым простором и воздушностью. Должно быть, сейчас хорошее время для прогулок, однако настроения наслаждаться одиночеством и тишиной у меня не было.

Я оббежала весь этаж, но не повстречала ни единой живой души. Постучалась в пару случайных комнат, но студенты либо спали, либо прогоняли, едва заслышав, что мне нужно.

В этот момент я пожалела, что не владею никакой магией, которая могла бы помочь с затеей. Да и способности оборотней у непризнанных проявлялись в очень малой степени.

Лишь редкие портреты известных личностей, которые оказались оборотнями, горделиво глядели мне в след. Академия будто вымерла. И не скажешь, что через часа полтора половина дверей распахнётся, и из них выползут недовольные очередным ранним подъёмом студенты.

И разойдутся они по душевым. Все, кроме кого-то одного… пропавшего…

— Ты чего бегаешь? Подойди-ка сюда!

От звонкого женского голоса я подпрыгнула на месте. Сердце пропустило удар и притихло. Не успела я обернуться, как заговорил кто-то ещё.

— Ректор Елена! Вот вы где! Нам необходимо ваше присутствие. Скорее, идёмте!

Я мгновенно сжалась от страха, но затихающие шаги слегка успокоили. Попыталась притвориться маленькой мышкой, слившейся с тенями, которую никто не заметит.

Ректор и мужчина, чей голос мне показался знакомым, ушли. Я могла продолжать искать… сама не зная что. Однако почему-то в голову закралась мысль, что мне несказанно повезло, ведь ректор не стала заострять на мне внимание. Отправила бы обратно в комнату спать и заперла бы на ключ. На всякий случай, чтобы не мешалась. Но какое спать, когда меня трясло, будто в начинавшемся приступе лихорадки?

Голыми стопами прошлёпала на первый этаж и остановилась посреди главного холла перед массивной входной дверью. Глубокие царапины от когтей на толстенном деревянном полотне не вызывали доверия, но они уже много лет украшали несколько дверей. Надо будет спросить у Вивьен, кто исполосовал половину Академии.

В холле оказалось пусто и темно. Я прошла вдоль широкой колонны, где взору открылся неприметный выступ с небольшим окошком. От любопытных глаз он был прикрыт не только колонной, но и тяжелой шторой, которая сейчас оказалась небрежно отодвинута. Один из уголков занавеса застрял в оконной раме. Удобное место, чтобы спрятаться прямо в центре главного холла! Наверняка, студенты скрываются здесь от преподавателей, чтобы потом тайно выскочить на улицу!

Подошла к окну и аккуратно выглянула во двор, где меня привлекло какое-то движение среди высаженных в ровный ряд невысоких деревьев вдоль забора.

Чтобы разглядеть хоть что-то пришлось хорошенько напрячь зрение. Две фигуры, в предрассветном сумраке облачены в белые форменные одежды. Примерно одинакового роста, но с расстояния невозможно определить их пол. Они наклонились друг к другу так близко, словно шептали на ухо различные тайны, боясь, что те попадут в стены школы.

Один из них неожиданно повернулся в сторону Академии, и я, испугавшись оказаться замеченной, отскочила от оконной рамы в сторону.

— Ой! — тихо прошипела, когда почувствовала резкую боль в области макушки.

Зубы плотно сжались.

Пошевелиться я не могла. Всё тело сковало едким страхом. И если бы не продолжающаяся режущая боль в голове, я так и осталась бы на месте. Задержалась бы здесь на несколько лишних сердечных