Непризнанная в Академии оборотней - Тина Шеху

это предложение с удовольствием. Видимо, она тоже ещё не успела здесь как следует обжиться и завести знакомства.

Так я и обрела свою вторую подругу среди студентов Академии Оборотней.

За занятием историей мира следовала ещё одна история. Но уже ближе к теме. «История оборотничества». Вот на этом курсе точно должны дать ответы на мои бесконечные вопросы.

Отправилась искать кабинет я в одиночку. Перед занятием захотелось зайти в туалет. Анна порывалась пройтись со мной, но её увлёк беседой какой-то парень из медведей, чему моя новая подруга, кажется, была очень рада. Я заверила её, что найду кабинет сама, и мы скоро встретимся на уроке.

За очередным поворотом скрылась серая куртка. Я почувствовала нарастающую неловкость. Вчера же наговорила Идену плохих вещей. Его и так не любят, а я поддалась чужим разговорам и высказала грубости ему в лицо.

Было стыдно. Сильно стыдно. Так, что возникла мысль догнать парня и извиниться, но…

Щёки защипало. Наверняка на них проявился яркий румянец, как бывало, стоило мне заговорить с мужчинами!

И пока я пыталась успокоить нервно зашедшее в скачке сердце, серой куртки и след простыл. Затерялся в одном из бесчисленных коридоров этого замка с лабиринтами. И зачем было строить настолько сложное и запутанное здание? Как сам архитектор смог додуматься до подобного решения? И кто его поддержал?

Я брела вдоль одной из стен. Говорят, чтобы не потеряться, следует придерживаться одной и той же стороны коридора. Я выбрала левую. По дороге разглядывала старинные настенные подсвечники с незатухающими свечами. В каждом медном канделябре находилось ровно по три одинаковые свечи. И горели они слишком ровным и похожим друг на друга пламенем, чтобы быть реальным. Выходит, кто-то поддерживает во всей Академии освещение магией? Я всерьёз задумалась, повстречалась ли мне хоть одна потухшая свеча? Ммм… наверное, нет.

Тихонько отыскала дверь в туалет. Чисто, светло и пахло травами. Видимо, окуривают чем-то приятным, чтобы не раздражать чувствительное обоняние любого оборотня.

Обошла длинный стол для вещей и упёрлась руками в бортики умывальника. Над ним располагалось зеркало.

— Какой же у меня усталый и болезненный вид, — я провела указательным пальцем под глазом, надавливая на проявившийся отёк.

— И как бы я предстала в таком виде перед Иденом?

Палец резко спустился по щеке к губам, которые я резко захлопнула и прикрыла ладонью. Что я только что сказала? Ещё и вслух?

Я не могла признаться себе, что постоянно думала об этом несносном оборотне. Но только о том, что мне было стыдно за свои слова перед ним!

Я продолжала глядеть на своё отражение с распахнутыми в изумлении глазами и ругала себя. Дура! В столовую и на занятия ты, значит, не стесняешься ходить в таком виде. Чем же этот Иден был более особенным, нежели остальные студенты?

Ответ был одновременно так близко, и так далеко, чтобы поймать его и осмыслить.

Мы с волком уже не раз сталкивались за эти три дня в Академии, чтобы считать это случайностью. Хотя это случайность и есть!

Я мотала головой, всё ещё давя ладонью на губы. Не хватало ещё чего вякнуть лишнего, ведь из одной кабинки туалета донеслось шуршание.

Надо уходить отсюда побыстрее, пока я не опозорилась. Вдруг эта девушка слышала мою необдуманную фразу и потом расскажет кому-то, что я влюблена в волка. А это просто недопустимо. Что подумают обо мне остальные? Вивьен? Иден? Его девушка?

Проклятье, у него же есть девушка!

Я оторвала от раковины вторую руку и шлёпнула себя по щеке ладонью. Лёгкая боль отрезвила разум, и я успела выбежать из туалета, пока меня не заметили.

Фух, нашла себе беду на голову.

Отбежав на приличное расстояние, чтобы не быть пойманной, позволила себе отдышаться и раствориться в толпе снующих вокруг оборотней.

Отправившись на поиски нужного кабинета, я запретила себе думать о странном оборотне и о его не менее странном поведении. Я была уверена, что не влюбилась. Такого быть не могло. Скорее меня влёк к нему интерес другого плана.

Мало того, что Иден был непомерно силён, о чём заявлял его статус лидера волков, но и отчего-то мне казалось, что с ним была связана некая тайна. Возможно, мрачная. Возможно, сложная и запутанная.

Все эти неприятные разговоры и шёпот, извечно следующие за парнем по пятам — вот, что меня привлекало по-настоящему. Что мог такого натворить Иден, чем не оставлял ни одного студента равнодушным?

И это мне предстояло выяснить. Ведь Лея не будет Леей, если не придумает себе авантюру и не влезет в неё с головой. И пусть на этот раз дело было настолько деликатным.

Моё дико бившееся сердце не верило, что Иден мог кого-то там убить, как шептались студенты. Будь это правдой, его бы исключили? Верно?

Что-то в этой истории было не так.

Но его «нападение» на меня не давало покоя. Что это означало? Очевидно, парень не желал меня покалечить, а то бы никто не успел сдержать взбесившегося волка. Он позволил себя остановить.

Отыскав верный кабинет, я облизнула губы и прикрыла густыми волосами опухшее лицо. Сейчас я узнаю про оборотней, кем сама и являлась, а загадочных студентов оставим на потом.

Лекция началась довольно бодро.

— Профессор, скажите, — и вновь, моя рука устремилась вверх.

Молодая женщина кивнула, разрешая говорить.

— Какие звери, на самом деле, могут покровительствовать нам? Кроме волков, медведей и орлов?

Готовая к этому вопросу профессор сначала пыталась уговорить меня дождаться, когда она сама дойдёт до этой темы во время лекции. Но я упросила её рассказать сразу.

— Я не устану повторять, что человек может обратиться лишь в одного из четырёх животных. И это: волки, медведи, орлы и кошки.

— Но, профессор, я слышала, что мальчик из одной деревни обернулся крысой и проник на морское судно, чтобы… — какая-то девчонка оказалась столь же любопытна, что и я.

Однако преподаватель прервала её.

— Это легенда. Если вы будете внимательно меня слушать и не пропускать занятия, то ни одну такую услышите, — строго объявила женщина. — Обыкновенные смертные боятся и нас, и любой магии, поэтому принимают всякую нелепость и случайность за волшебство и козни колдунов. А теперь прошу вас успокоиться и слушать лекцию дальше, а то мы уже не успеваем.

Учебный день выдался долгим. Третью историю я выдержала с трудом. «История письменности и языков»… повеситься можно. Казалось, сейчас нас быстро обучат древнейшим магическим проклятьям, но нет.

— … так называлось слоговое письмо, изобретение которого происходило на протяжении…

И тогда я позволила себе задремать.