Шанс переписать прошлое - Кэролли Эриксон

Вскоре к ним присоединился Ангер и сообщил, что ничего подозрительного на камерах не обнаружено.

Грегори протянул ей ключ-карту.

— Повторяю, мисс Сент-Реджис, больше это не повторится.

— Вот уж точно — не повторится! — с мрачным видом пообещал Дюк.

Грегори слегка забеспокоился:

— Мисс Сент-Реджис, я буду держать вас в курсе.

— Спасибо, — ответила она и зевнула. — Очень спать хочется!

Дюк нажал кнопку третьего этажа, Бет закрыла глаза. Ей очень хотелось лечь в постель, в которой ее не ждут сюрпризы, хотя против одного сюрприза — принца вместо лягушки — она бы не возражала.

Кабина дернулась и остановилась, Бет открыла глаза.

— Что случилось? — Она встревоженно посмотрела на Дюка. Тот смотрел на нее непроницаемым взглядом, стиснув челюсти.

— Лифт остановил я.

— Что? С ума сошел? Зачем ты это сделал?

— Пока ты мне не расскажешь, чем на самом деле занимаешься в Тимберлайне, лифт не двинется с места.

— Не знаю, о чем ты… я приехала, чтобы снять сюжет о «Тимберлайнском трио» — любой ценой.

— Бет, брось! Такой сюжет совсем не в формате вашей передачи. Ты что-то задумала. Два года назад ты меня одурачила, но теперь не пытайся.

Она отвела взгляд и провела по губам кончиком языка.

— Это личное дело.

— Так и знал, что все не просто. Говори!

— Если я тебе расскажу, ты мне поможешь?

— Для начала я хочу знать правду. Тебе не кажется, что ты моя должница?

В ее глазах заблестели слезы, кончик носа покраснел.

— Перестань, Бет. Говори, зачем ты сюда приехала?

Судорожно вздохнув, она закрыла глаза ладонью. — Ты прав. Сюда меня привело не только дело «Тимберлайнского трио», хотя в некотором смысле именно оно.

— Мы что, будем играть в загадки?

— Нет. — Она шмыгнула носом. — Да, я в самом деле твоя должница, но неужели обязательно разговаривать здесь?

Он нажал на кнопку.

— Прости. У тебя ведь не…

— Клаустрофобия? — Губы ее дрогнули, и она улыбнулась. — В некотором смысле.

Дверцы открылись на третьем этаже, и он пропустил ее вперед, а потом покатил ее чемодан по коридору, не сводя взгляда с ее ягодиц под мягкой тканью. Наверное, Бет — единственная женщина в мире, которая ухитряется выглядеть сексуально даже во фланелевой пижаме.

Она остановилась перед дверью соседнего с ним номера и сунула в щель ключ-карту.

— Хочешь, я проверю, нет ли лягушек в кровати?

— Мой мучитель не знает, в какой номер я переехала, но все равно — проверь.

Он подошел к широкой кровати и откинул покрывало.

— Лягушек нет.

Она села на постель и скрестила ноги.

— Готов?

Он выдвинул стул из-за стола в углу и сел на него верхом.

— К правде я всегда готов.

— Ты ведь знаешь, что меня удочерили.

— И тебе крупно повезло: ты попала в богатую семью. Знаю, они были не лучшими родителями. Но по крайней мере, дали тебе все земные блага, которые не могла тебе предоставить твоя несовершеннолетняя биологическая мать.

— Моя мать не была несовершеннолетней.

— Но ты говорила, что твоя мать была незамужней девчонкой, которая отдала тебя в богатую семью, чтобы тебе хорошо жилось, а сама исчезла.

— Я солгала.

— Ладно. Кто твоя мать и при чем здесь Тимберлайн?

— Дюк, я не знаю, кто мои биологические родители. Мои приемные родители так мне и не сказали.

— Наверное, не хотели, чтобы ты разыскивала своих биологических родителей и разочаровалась.

— Сомневаюсь, — фыркнула Бет.

— Они не сообщили тебе никаких сведений? Не дали адрес агентства по усыновлению? Не показали свидетельства о рождении?

— По-моему… мне кажется, меня удочерили нелегально. Мое свидетельство о рождении поддельное. Моими биологическими родителями значатся Кинги. Я узнала о том, что меня удочерили, подслушав их разговор. Когда я сказала им об этом, они признались, что удочерили меня, но больше ничего не сообщили.

— Странно, но при чем здесь Тимбер… — Вдруг его озарило, словно ударило по затылку. Нет, не может быть!

— Вот именно. — Она положила на колени подушку и обняла ее. — Мне кажется, что я — одна из «Тимберлайнского трио», Хизер Брайс.

— И как же ты пришла к такому выводу? — Он встал и принялся расхаживать по комнате.

Она рассказала ему о лягушках, всплывающих воспоминаниях о лесе и новостях из Тимберлайна.

— Погоди. — Он присел на край кровати. — На основании игрушечной лягушки, которая была у тебя в детстве и которая, оказывается, талисман Тимберлайна, ты считаешь, что тебя похитили… а что потом? Продали на черном рынке?

— Не притворяйся, будто тебя это удивляет. Мы оба прекрасно понимаем, что всякое случается, а Кинги были как раз из тех, что способны на такие поступки. Законы были писаны не для них. Богатство наделяло их дополнительными правами.

— Судя по тому, что ты рассказывала о своих приемных родителях — да, наверное. Бет, но, может, лягушка оказалась у тебя просто потому, что твои родители побывали в этих краях и купили тебе игрушку.

— Да, возможно, правда, я с трудом представляю их в отпуске в Тимберлайне. А как насчет гипноза? — Она обвела руками большой круг. — Я ходила к гипнотизеру в Лос‑Анджелесе, на сеансе увидела это место — густой лес, зелень… и мне стало очень страшно.

— На свете много мест, похожих на Тимберлайн.

— Но не в сочетании с лягушкой.

— Может быть, здесь случилась какая‑то драма, когда твои родители проезжали мимо. Да, может, произошла авария, или ты ушла и заблудилась.

— Кинги никогда ни о чем таком не упоминали.

— Ну и что? Ты сама говорила, что они были холодными и необщительными.

— Дюк, я просто чувствую, и все. — Она ударила себя кулаком в грудь. — С того момента, когда я увидела по телевизору сюжет про Уайата Карсона и Тимберлайн, я сердцем почувствовала: здесь кроется тайна, связанная со мной!

— Ты писала Брайсам?

— Нет. Не хочу давать им надежду. Они могут решить, что это чья‑то жестокая шутка. Сначала мне нужно кое‑что выяснить.

— С помощью теста ДНК все довольно просто.

— Я не могу подвергать бедных Брайсов такому испытанию, пока не буду до конца уверена.