Практики для работы с комплексной травмой. Клинический подход в терапии негативного детского опыта и травмы развития - Брэд Каммер

[Здесь она отмечает внутреннее ощущение спокойствия, и я хочу поддержать ее, чтобы она оставалась в нем, насколько это возможно.]

Психотерапевт: Да, и я предлагаю вам отметить, что вы чувствуете эмоционально и в теле, позволив себе это ощущение.

Клиентка: Это ощущается круто! Честное слово, круто. Я чувствую, словно… Да!

Психотерапевт: Приятно видеть, как вы снова это испытываете. Предлагаю вам провести некоторое время с этим ощущением.

[Обратите внимание на простое самораскрытие психотерапевта и на предложение замедлиться, чтобы дать себе время на интеграцию.]

Клиентка: Да, круто!

Психотерапевт: И то, что мы видели ранее, что мы узнали. Когда вы чувствуете себя круто, ощущаете свою силу, просыпается другая ваша часть, которая начинает саботаж.

[И снова обратите внимание, как я предупреждаю ее об обрыве связи, вызванном ее ощущением собственной силы и спокойствия. Это помогает ей лучше осознать свои старые стратегии, которые удерживают ее на месте, в контексте новых ресурсов, которые она начинает ощущать.]

Клиентка: Да.

Психотерапевт: Хорошо. Как вам мысль просто немного побыть в этом крутом состоянии и посмотреть, что случится?

[Для интеграции важно дать клиенту пространство и время. Зачастую клиенты хотят перейти к другой теме, но тогда им нужно напрямую предложить немного побыть с этим ощущением. Мы не навязываем им какое-то конкретное чувство, но даем возможность оставаться с тем, что они ощущают здесь и сейчас.]

Клиентка: Я горжусь собой. Я так сильно горжусь собой. Чувствую себя полной сил и горжусь!

Психотерапевт: Я очень тронут тем, что вижу, как вы разрешили себе гордиться. И опять я замечаю, как вы светлеете, когда позволяете себе это.

[Еще одно простое самораскрытие, а затем – прямое наблюдение.]

Клиентка: Да, это правда очень важно. Я так далеко продвинулась. И я знаю, что смогу на это опираться, двигаясь по жизни дальше.

Особенно мы хотим отметить, что интервенции четвертого основания описывают, а не интерпретируют то, что мы видим. Психотерапевт сохраняет интерес и поддерживает клиентку, которая сама осмысливает свой опыт. Он отслеживает ее реакции и лишь отражает замеченные сдвиги. Обратите внимание, как в этом примере психотерапевт отслеживает паттерны связи и ее обрыва. Он осознает, что клиентка может использовать стратегии обрыва связи, поэтому не только поддерживает ее в процессе интеграции этих глубинных ресурсов связи, но и отражает их в контексте старых стратегий обрыва связи. И наконец, когда психотерапевт раскрывает, как на него самого влияет опыт клиентки, он не подбадривает ее и тем более не вмешивается в ее процесс. Он искренне тронут наблюдением, как клиентка устанавливает такую глубокую и значительную связь. В рамках их отношений, воплощая интерсубъективную природу этого процесса, он сознательно решает искренне поделиться с клиенткой своей реакцией.

Герой второго примера – двадцатисемилетний мужчина, который хотел бы быть более открытым к отношениям и глубокой связи. Он испытывает трудности в отношениях на работе, в семье, с друзьями и романтическими партнерами. Его семья иммигрировала в США, и все они пережили культурную и межпоколенческую травму. Приведенный ниже диалог состоялся ближе к концу сессии.

Психотерапевт: Как вы сейчас себя чувствуете?

Клиент: Мне лучше удается поддерживать связь. Меньше ее обрываю.

[Здесь он сам заметил сдвиг. Мы исследовали паттерны обрыва связи в отношениях, так что я хочу отразить ему ощущение связи.]

Психотерапевт: И каково это – отмечать, что связь дается вам чаще, а ее обрывы происходят реже?

Клиент: Нормально.

Психотерапевт: Могу я поделиться изменениями, которые я заметил в вашей внешности?

[Обратите внимание, что я спрашиваю у клиента разрешения. Стоит уточнять, открыты ли клиенты к обратной связи. Это помогает поддержать связь в отношениях и сохранить доверие.]

Клиент: Да, конечно.

Психотерапевт: Ваши глаза и лицо стали мягче. Не знаю, какое чувство связано с этим для вас, но я вижу смягчение.

[Я описываю лишь свои наблюдения, и выбираю слова с осторожностью, чтобы он знал, что я не описываю за него его внутренний опыт.]

Клиент: Ну, наверное, да. Кажется, мое лицо чуть более расслабленно. После того как я плакал.

Психотерапевт: Да, как вы сказали, вы держали в себе много боли. А еще я услышал, что вы говорили, как осуждали себя за это. Но, как мы убедились, вы держали эту боль не просто так. Вы говорили, что этому вас учила мама и что эти паттерны глубоко укоренились в вашей культуре.

Клиент: А ее учила ее мама. А мама моего отца научила этому отца. Нас всех воспитывали одинаково.

Психотерапевт: Воспитывали одинаково, да. Со своей стороны, хочу сказать, что важно не отбрасывать стратегии обрыва связи, которые помогли вам защититься от этой боли. Потому что иногда люди могут вас осуждать, а иногда это может перерастать в угрозу. И в такие моменты нам нужны подобные стратегии, чтобы защититься. Каково вам это слышать?

[Это пример психообразования и отслеживания отношений между связью и ее обрывом. Я нормализую стратегии обрыва связи, которые он осуждал и ненавидел в себе и на которые реагировал. Кроме того, я отражаю важный контекст, который мы обсуждали раньше: будучи выходцем из семьи иммигрантов в США, он сталкивается с реальными угрозами. До этого он говорил, что его волнует осуждение людей и ему надо продолжать учиться отличать воспринимаемое осуждение от реальных угроз. Когда он столкнется с реальными угрозами, ему надо будет использовать стратегии, чтобы защититься. Но когда он пытается выстроить отношения с другим человеком, эти стратегии мешают.]

Клиент: Звучит очень логично.

Психотерапевт: Мы просто не хотим, чтобы эти стратегии управляли нами, особенно в ситуации, в которой нам нужно выстроить связь, и мы чувствуем, что это можно сделать безопасно.

[И снова психообразование.]

Клиент: Нужно их отпустить.

Психотерапевт: Да, и вы учитесь определять, когда они вам нужны, а когда нет.

Клиент: Да, точно.

Психотерапевт: Я уверен, что ваши родители старались изо всех сил, но, возможно, им самим не хватало поддержки, чтобы научиться регулировать эти стратегии в себе.

[Сложность состоит в том, чтобы оставлять открытой возможность связи – это основная тема сессии. Здесь нужно было учитывать важные межпоколенческие вопросы, и я чувствовал, как серьезны для него эти слова. Казалось, что сейчас он устанавливает очень глубокие связи внутри себя.]

Клиент: Да, разумеется, они с трудом могли открыться другим. Я вижу, как они прятались от них. Но я хочу устанавливать связи и подпускать людей к себе. Я не знал, что какая-то часть меня защищается от этой потребности. Я не хочу, чтобы мои стратегии мешали этому. Я хочу быть открытым для отношений.

Психотерапевт: