Человеческие сети. Как социальное положение влияет на наши возможности, взгляды и поведение - Мэтью О. Джексон

Подобные исследования проводились для разных биологических видов{90}, включая и человека. Николас Кристакис и Джеймс Фаулер{91}задались вопросом: кто из студентов Гарвардского университета раньше всех заболеет гриппом? Они наблюдали за двумя группами: одну составляли несколько сотен студентов, выбранных среди прочих случайным образом, а вторую — несколько сотен тех студентов, которых другие называли в числе своих друзей. Как мы уже знаем благодаря парадоксу дружбы, те студенты, которых другие называли своими друзьями, должны были обладать более высокой степенью, чем выбранные наобум из студенческой массы. И в самом деле, как выяснили Кристакис и Фаулер, те, кого другие называли друзьями, в среднем заболевали гриппом на две недели раньше, чем студенты из произвольно набранной группы. У популярности есть своя оборотная сторона{92}.

В 2009 году по миру распространился необычайно опасный и смертельный штамм гриппа — вирус H1N1, близкий родственник вируса «испанки», сильно сократившего численность населения Земли в 1918 году.

В то лето вместе со всеми остальными пассажирами, прилетевшими в Пекин, я прошел мимо аппарата, измерявшего температуру. Китай не был единственной страной, которая проверяла таким образом пассажиров. Десятки стран подвергали пассажиров подобным проверкам, а еще просили их заполнить анкеты и сообщить о любых симптомах недомогания. Тех людей, в которых можно было заподозрить носителей инфекции, не впускали в страну или отправляли на карантин. Сеть менялась в ответ на распространение болезни.

В некоторых случаях ограничения на поездки и предупреждения оказывались чрезвычайно разорительными. Поскольку в 2009 году часть случаев заражения гриппом H1N1 были зафиксированы в Мексике, то во многих уведомлениях для путешественников, появлявшихся той весной, среди представлявших угрозу стран упоминалась Мексика. Это привело к тому, что в концу весны 2009 года количество поездок как в Мексику, так и из нее упало на 40 %. Для страны, где туризм является крупнейшей отраслью экономики, столь резкий и огромный спад турпотока оказался болезненным ударом.

Задним числом, тщательно проанализировав сети перемещений, а также характер эпидемий (место и время, где наблюдалось больше всего случаев заболевания), мы видим, что изменения в сети поездок почти не помогли обуздать распространение гриппа. Точнее, они помогли отсрочить его распространение всего на несколько дней{93}. Даже в тех странах, где на границах предпринимались самые строгие меры проверки путешественников, грипп удалось сдержать всего на 7–12 дней, но в итоге и они не избежали заразы{94}.

Путешествия по миру в наши дни настолько широкомасштабны, что даже если от этой сети отсечь довольно большие участки и отловить столько носителей заразы, сколько возможно, на распространение гриппа это почти никак не повлияет. Прибегая к подобным стратегиям, мы рассчитываем перерезать если не все, то хотя бы некоторые из тех связей, которые протягиваются на большие расстояния по мировой сети. В действительности же они не помогают даже ненамного снизить показатели воспроизводства подобного гриппа. Конечно, это не значит, что отдельно взятому человеку вовсе не удастся остаться здоровым, если в разгар пандемии гриппа он откажется от поездки. Если вы хотите пересидеть сезон гриппа в хижине где-нибудь в горной глуши, вы наверняка сведете почти к нулю ваши личные шансы подхватить грипп. Однако отрезать от возможности путешествовать целые людские потоки — задача неосуществимая, потому что экономически невыгодная.

Порой попытки устраивать карантины даже приводили к катастрофическим последствиям, особенно когда люди еще не очень хорошо понимали, как передается зараза. Именно так происходило во время первых эпидемий полиомиелита. Сам полиомиелит был известен еще в Древнем Египте, а среди болевших им людей было немало знаменитостей, — от римского императора Клавдия до сэра Вальтера Скотта, но часто эта болезнь поражала людей довольно стихийно. В 1910 году ее крупные эпидемии вспыхнули в Европе, а летом 1916 года эпидемия полиомиелита обрушилась на Нью-Йорк и оказалась масштабной и жестокой. В те времена полиомиелит был еще плохо изучен: порой дети ложились спать здоровыми, а утром уже не могли встать с кровати.

Эпидемии вселяли в людей ужас и, что неудивительно, приводили к панике. Полиомиелит передается вместе с человеческими испражнениями другим людям, попадая через рот внутрь организма, поэтому открытые сточные канавы вблизи мест, где играют дети, — смертельное соседство. Однако из-за множества разных гипотез заражения полиомиелитом было перебито восемьдесят тысяч ни в чем не повинных кошек и собак, а еще люди винили во всем комаров, ртуть, клопов и так далее. Большинство среди первых заразившихся в Нью-Йорке оказались итальянцами, поэтому в некоторых итальянских кварталах устроили карантин. Однако из-за карантина санитарные условия только ухудшились, и заразилось еще больше детей. В придачу тех детей, у которых температура поднималась по другим причинам, запирали вместе с теми, у кого был полиомиелит, — с летальными последствиями{95}.

Это не означает, что изменение характера и частоты контактов в сети никогда не бывает эффективной стратегией. Например, в случае Эболы, у которой основной показатель воспроизводства намного ниже обычного, локализация вспышек на ранней стадии и ограничение поездок в то место и оттуда, где они произошли, оказались довольно эффективным методом. Успеху способствовало еще и то, что вспышки этой лихорадки часто происходили в тех местах, где перемещения людей оставались на низком уровне. Одно дело — ограничивать перемещения вокруг какой-нибудь деревни в Сьерра-Леоне, и совсем другое — пытаться перекрыть въезд и выезд для пассажиров, скажем, в Пекине, Лондоне, Нью-Йорке или Мехико. В целом ряде работ{96}высказывались предположения, что единственные способы эффективно справиться с мощными пандемиями гриппа — это вакцинация, карантин для заразившихся (чтобы они оставались дома или в клинике до тех пор, пока не перестанут быть носителями заразы) и в некоторых случаях — применение противовирусных средств, которые сокращают течение инфекции и уменьшают шансы на ее передачу. Все эти методы способны существенно снизить показатели воспроизводства гриппа и имеют заметное влияние на ход пандемий.