Китай в XX веке. От рисовых полей до атомной бомбы - Алекс Каплан

которых ни одна сторона не могла добиться решающего успеха. В те дни Шанхай действительно напоминал Сталинград. Тем временем основное сражение развернулось на окраинах и в пригородах, где японская армия постепенно теснила войска националистов. К середине сентября в битве за Шанхай принимали участие почти 200 тысяч человек с японской стороны и более 450 тысяч с китайской. Несмотря на более чем двойное численное превосходство китайской армии, японцы постепенно брали верх над противником – сказывалось их преимущество в вооружении и технике. Гоминьдановские части, невзирая на усилия генералиссимуса Чан Кайши и его правительства, представляли собой довольно жалкое зрелище. Основным оружием была винтовка, но их в частях имелось столько разных модификаций и систем, что подобрать патроны сразу для всех было делом абсолютно невозможным. А потому многие солдаты шли в бой, имея при себе всего несколько патронов, некоторые вообще ничего не могли подобрать к своей винтовке и использовали ее в качестве палки со штыком в случае рукопашной. Ситуация в артиллерии была несколько лучше, но и там хронически не хватало нужных боеприпасов. Все это оружие феодальные командиры на протяжении многих лет приобретали то у одних своих иностранных союзников, то у других. Центральное правительство в Нанкине очень неумело и с большим опозданием занялось централизованными и потому унифицированными закупками вооружений и созданием оборонной промышленности. Военно-морских сил, авиации и бронетанковой техники режиму Чан Кайши не хватило даже на две недели боев. К началу сентября все они оказались полностью разгромлены, а их жалкие остатки стали тщательно укрывать и беречь. В любом случае потеря была небольшая, так как вся имевшаяся в строю техника представляла собой невообразимую рухлядь. Жалко было лишь с большим трудом подготовленных военспецов. По большому счету китайская армия представляла собой огромную толпу еще вчерашних крестьян с винтовками без патронов, при наличии некоторого количества ручных гранат и совсем ограниченного количества пулеметов и минометов. Даже продовольствия не хватало хронически и катастрофически, не говоря уже о боеприпасах. Общее положение дел осложнялось еще и проблемой с транспортными средствами, которых в армии Чан Кайши практически не было, а потому и своевременная доставка тех же боеприпасов на передовую зачастую происходила либо не вовремя, либо уже слишком поздно. При этом основной костяк военного транспорта составляли вьючные мулы и солдаты, которых часто нагружали даже больше, чем животных. Они парами на бамбуковом шесте несли груз весом под сто килограммов, причем бегом и на расстояние в тридцать-сорок километров. Таких носильщиков часто использовали вместо мулов, потому как они не роптали, если двое-трое суток не получали пропитания или были слишком загружены, ведь они понимали, что на фронте срочно нужны патроны. Мулы же этого не понимали, и сцена, когда взбешенный погонщик бьет палкой упрямо вставшую скотину, преградив при этом путь всей колонне, стала для китайской армии типичной. Рядовые солдаты были плохо одеты и, главное, разуты. Основной обувью являлись соломенные сандалии, от которых все же имелась некоторая польза: войско продвигалось абсолютно бесшумно. По мере же приближения холодов они сами искали теплую одежду – какую могли и как могли. Офицеры же часто воровали и солдатское жалованье, и продовольствие, но в условиях войны поделать с ними ничего не могли. Умелые на практические пакости японцы быстро нашли способ защитить свои траншеи от такого воинства – они разбрасывали вокруг острые шипы, предварительно вымазанные в человеческих экскрементах. Наступивший на ловушку обутый в солому китайский солдат не только прокалывал ногу и уже не мог ступить и шага, но и надолго выбывал из строя, потому как рана плохо поддавалась лечению, а у многих начиналось заражение крови с последующим летальным исходом. Касок в китайской армии также недоставало, их и зимой, и летом заменяли шапки-ушанки. Ограниченное количество немецких касок имелось в элитных войсках, а рядовые солдаты могли подбирать лишь трофейные японские, однако делали это крайне редко. Попасть в плен к японцам с такой каской означало верную смерть. Между тем Императорская армия Японии являла собой полную противоположность китайской. Она имела великолепное вооружение, снабжение и обмундирование. Никакого импортного оружия или снаряжения в ней не использовали – все было отечественного производства и поставлялось вовремя и в достаточном количестве. Все ее подразделения были хорошо моторизованы и имели отлично налаженную связь. На то время Императорская армия считалась одной из самых боеспособных в мире.

Китайский рядовой надевает «пояс самоубийцы», начиненный взрывчаткой, чтобы броситься на японский танк из-за отсутствия противотанковых орудий в армии, 1938 год

На протяжении всего сентября в северных пригородах Шанхая шли ожесточенные бои. Японские войска теснили части националистов, которые отчаянно цеплялись то за один ключевой населенный пункт, то за другой, пытаясь там закрепиться и не дать противнику возможности продвинуться к городу. Боевые действия походили на сражения времен Первой мировой войны – настоящую мясорубку. И хотя китайские войска несли несоизмеримо большие потери, для японцев такая война также стала крайне неприятным сюрпризом, ведь им впервые за весь период оккупации пришлось нести существенные потери. Императорская армия максимально использовала свое превосходство в орудиях, танках и авиации, при этом активно прибегая к огневой поддержке флотской артиллерии. Пехотные войска шли в атаку только после мощного артобстрела, при сильнейшей огневой поддержке с воздуха и под прикрытием дымовой завесы. Между тем китайские солдаты уже на практике довольно быстро научились бороться с опытным противником. Активные боевые действия они предпочитали вести ночью, тем самым лишая врага его главного преимущества – подавляющей огневой мощи. Китайцы устраивали ночные контратаки, стараясь довести дело до рукопашного боя, в котором у них имелся шанс использовать свое численное превосходство. Днем же они отводили большую часть личного состава подальше от передовой линии траншей, чтобы избежать потерь от артиллерийских обстрелов. На первой линии оставался лишь небольшой заслон. Когда же японские солдаты устремлялись в атаку, часто успевая захватить передовые позиции противника, китайские войска тут же их контратаковали, опять же доводя дело до рукопашного боя. В этом случае и артиллерия, и авиация были бесполезны, так как в общем смешении человеческих тел отличить своих от чужих не представлялось возможным. Китайской армии удалось найти относительно симметричный ответ и в артиллерийском вопросе – они приступили к тотальному минированию территории, в особенности дорог, быстро совершенствуясь в подрывном деле. Чан Кайши бросал в бой все новые и новые силы, стремясь любой ценой удерживать позиции вокруг Шанхая как можно дольше. Он все еще надеялся привлечь к происходящему внимание мировой общественности и втянуть в конфликт иностранные