Некромантия - не моё - Диана Курамшина

ржавых доспехах, скелетированные кони, солдаты с остатками копий и щитов. Некоторые были в таком виде, что гремели целым оркестром: рёбра падали на землю, шлема катились, копыта цокали. Публика визжала. Кто-то от страха, кто-то от восторга. А кто-то вообще призывал Пресветлого.

Князь, как всегда, решил добавить своё: боднул одного из скелетов, и тот, спотыкаясь, упал обратно в образовавшуюся яму, зацепив двоих товарищей. Толпа взорвалась смехом.

– Продолжай! – рявкнул Гратур. – Сделай из этого хореографию!

Махнула руками, речитативом произнося нужные заклинания, и мёртвые солдаты синхронно вытянулись в шеренгу. Несколько начали маршировать, отбивая шаг костями. Другие размахивали щитами, словно цирковыми тарелками. Один умудрился прокрутиться на месте, как балерина.

– А теперь финал! – выкрикнула я в истерике, накинув побольше Тьмы.

Воины подняли копья и образовали арку. Козёл гордо вышагивал под ней, как прима-балерина. Под конец я щёлкнула пальцами – и все скелеты разом рассыпались, уходя обратно в землю с грохотом и клубами пыли и дыма.

Мгновение тишины. А потом толпа взорвалась рёвом восторга.

– ВЕДЬМА! – скандировали они. – ВЕДЬМА! ЕЩЁ!

Тяжело дышала, пытаясь прийти в себя. Я едва держала контроль последние минуты, но внутри… внутри ощущала восторг от собственной силы.

– Ну что, – сказал Гратур с довольным видом, – теперь ты официально «любимая некромантка публики».

Козёл громким «ме-е-е» подтвердил его слова, и публика приняла это за часть шоу.

Толпа ещё долго не расходилась, выкрикивая: «Ведьма! Ведьма!» – и кидая в сторону выхода монеты, цветы и даже какой-то пирог. Князь, естественно, тут же его стащил.

Переодевшись и смыв тяжёлый грим, сидела на бочке, уставившись в землю. Руки дрожали.

– Я ведь… я ведь не звала их… – шептала еле слышно. – Они сами полезли. Там их тысячи.

Гратур, как всегда, выглядел почти довольным.

– Разумеется. Поле боя – это всегда сладкий пир для Тьмы. Они слышат тебя, как колокол в тумане. Но тебе удалось их не только поднять, а заставить танцевать! Это было искусство.

– Искусство? – посмотрела на него так, будто он сошёл с ума. – Я едва не устроила массовую истерию! Зачем нам ненужное внимание?!

К этому моменту из своих гримёрок стали появляться и другие циркачи. Шут с размалёванным лицом восторженно размахивал руками.

– Дорогуша, это было шикарно! Никогда не видел, чтобы мёртвые маршировали так стройно! Тебя нужно записывать последним номером программы, как гвоздь вечера!

Жонглёр добавил, балансируя тремя шарами в руке:

– А этот скелет, который крутился волчком, – браво! Ты его специально натренировала?

– Да я его еле удержала, чтоб он мне в лицо копьём не зарядил! – огрызнулась, но «коллеги», похоже, услышали только «да».

– Вот это мастерство! – восхищённо хором выдохнули они.

Тем временем козёл деловито рылся в сумках с реквизитом и вытащил барабан. Встал на задние копыта и бодро забарабанил, как будто играл на бис. Теперь и коллеги взорвались аплодисментами.

– Всё, конец. – Я закрыла лицо руками. – Теперь даже спать спокойно не смогу – вдруг ночью кости опять полезут.

– Зато у тебя теперь алиби, – хмыкнул Гратур. – Все уверены, что это цирковой номер.

Он наклонился ближе и почти шёпотом добавил:

– Но запомни: ты почувствовала силу. И эта сила тоже тебя почувствовала.

Я вздрогнула, но промолчала. В шуме оваций вдруг послышался глухой шёпот земли, будто невидимые солдаты всё ещё ждали приказа.

Наутро цирковой лагерь заполонили люди. Не стража, нет: глава магистрата явился собственной персоной – пузатый господин в красном камзоле, с суровым видом и толстой папкой под мышкой. За ним семенили два писаря и дюжина солдат.

– Мы тут по распоряжению городской управы! – важно объявил он, глядя на артистов, собравшихся в кучу. – Вчера во время представления произошло… м-м… массовое нарушение естественного порядка! Земля вскрылась, из-под неё полезли… эти… ну, сами знаете что.

Жонглёр тут же вытянулся и заулыбался:

– Это был фокус… иллюзия, уважаемый! Всё под контролем. Репетиция, отточенная годами!

– Фокус? – чиновник насупился. – Значит, вот так, по щелчку пальцев, мёртвые солдаты маршируют, а женщины на трибунах падают в обморок?

Шут театрально упал на колени, хлопнув себя по груди.

– Господин, ну это же цирк! Люди любят, когда им страшно!

Все взгляды незаметно скользнули ко мне. Я стояла чуть в стороне, лицо густо измазано белилами, тени на глазах почти скрывали взгляд. Постаралась выдавить из себя нервную улыбку:

– Дорогой бургомистр, это… иллюзия. Тень, дым, зеркала. Вы же видели – ничего не осталось.

И правда, в конце представления все кости ушли обратно в землю, будто их никогда и не было.

Но чиновник всё же прищурился:

– Иллюзия, говорите? Странная иллюзия. Наши маги утверждают, что почувствовали всплеск некротической энергии. Мы вынуждены были сообщить стражам Башни.

Циркачи переглянулись. Кто-то икнул. В этот момент козёл, будто нарочно, выскочил из-за палатки с огромной торбой на спине. Он шлёпнул её к ногам бургомистра, крышка приоткрылась, и наружу выкатилась челюсть – самая настоящая, костяная.

Толпа ахнула. Мужчина побледнел.

Я рванулась вперёд, схватила челюсть и засмеялась так звонко, что у самой внутри всё похолодело:

– Ха-ха! Видите? Реквизит! Обычный театральный реквизит. Из воска и дерева. Хотите потрогать?

Сунула челюсть прямо в руки чиновнику. Тот дрожа постучал зубами о зубы – и, к счастью, они не заскрипели, а тихо «тукнули», как деревянные.

– Хм… – бургомистр внимательно рассмотрел мою метку на руке и отступил. – В таком случае… предупреждаю: в следующий раз, если подобные «фокусы» повторятся, цирк будет изгнан из города. А вас, мэррита, – он ткнул пухлым пальцем в меня, – лично доставим в Башню для допроса.

– Конечно, господин бургомистр. – Я сладко улыбнулась, хотя руки дрожали.

Когда чиновники ушли, циркачи разом вздохнули с облегчением. Шут хлопнул меня по плечу:

– Ну, ведьма, ты не только мёртвых танцующими делаешь, но и живых чиновников!

Князь в ответ громко мекнул, явно гордясь собой.

Я же почувствовала: земля под моими ногами всё ещё хранит зов. И если в этот раз удалось отбрехаться, то в следующий…

Глава 37

Глава 37

Следующее представление прошло под бдительным надзором. На первых рядах сидели люди в чёрных плащах, с холодными глазами, на груди у каждого красовался серебряный знак Башни. Их взгляды – острее любых кинжалов. Я всей кожей ощущала магическое давление, сама же арена словно