Солнце в зените - Шэрон Кей Пенман

Брей начал смеяться, уменьшительно называя Гарри 'нашим вспыльчивым хозяином'. Но потом он внезапно остановился, словно чья-то ладонь шлепнула его по губам. Воцарилась неожиданная тишина, после чего я услышала, как он произнес: 'Святая Матерь Божья!' Но и тогда я не поняла...даже тогда. Я недоумевала, пока Брей не сказал: 'Значит, вы утверждаете, что это дело рук Бекингема!' И Мортон ответил...он ответил: 'Вы как раз вовремя сделали над собой усилие, мой юный друг. Я уже начал опасаться, как бы не пришлось чертить для вас схему!'

Многого из сказанного ими далее я не помню. Брей очень оживился, и они договорились, что ему следует извиниться перед Гарри и, если потребуется, проглотить обиду. 'Пригладьте взъерошенные перья нашего голубя', - как обрисовал положение Мортон. На этом они удалились искать Гарри, а я...я осталась лежать на кровати. Я просто лежала там'.

Ее глаза вновь наполнили слезы, словно плавящееся золото искрящиеся в отраженном отблеске свечей. Ричард нащупал носовой платок и молча протянул его Кэтрин.

'Вы сказали...сказали, что увидели правду на лице Гарри?'

Кэтрин кивнула. 'Той ночью в постели, он пожелал быть со мной, и я...я не сумела вынести, чтобы он ко мне прикоснулся. Я отказала Гарри, он...ну, он рассвирепел, и мы чудовищно поругались. Одно злое слово тянуло за собой другое, пока я не осознала, что кричу на него, говоря, как услышала разговор Мортона и Брея, и настаивая на ответе, правда ли это'.

Она скомкала носовой платок Ричарда, принявшись смущенно разглаживать его на коленях. 'Гарри, конечно, это отрицал, и я сделала вид, что поверила ему. Но в первый заставший его врасплох миг я увидела выражение лица мужа и поняла'.

Они посмотрели друг на друга, и в комнате повисла тишина, в которой течение времени перестало иметь значение. Огонь погас, и в камине остались лишь дымящиеся огоньки да обугливающаяся зола. Ричард поднял голову и прислушался. Он смог уловить только далекий звон, отзывающийся в холодном ночном воздухе звук колокола Габриэля. Оглянувшись на Кэтрин, король тихо произнес: 'Я бы никогда не причинил вреда этим детям'.

Кэтрин внимательно окинула взором его лицо. 'Я верю вам', - ответила она просто.

Когда ее пребыванию в убежище пошел уже девятый месяц, Елизавета совершила нерешительную попытку стряхнуть с себя поглотившую душу с крахом восстания Бекингема гробовую подавленность. Тому удалось сбежать, и сейчас он в целости и невредимости находился в Бретани. Как и братья королевы - Лайнел и Эдвард. Разве не стоит лишь за это воздавать Небесам хвалу? Она воздавала, разумеется, воздавала. Но этого было совершенно недостаточно. Ведь собственное будущее Елизаветы казалось таким мрачным и лишенным надежды. Что могло ее ожидать?

От Джона Несфилда Елизавета знала, что после созыва парламента почти сотня человек пострадала от конфискации имущества, и пусть это было гораздо меньше числа пораженных Недом в правах после Таутона, грядущего прощения ситуация все равно не предвещала. Десять из осужденных, среди которых оказался друг ее сына, Томас Сент-Леджер, отправились на плаху. Тем не менее, Мортону, с его отдающей чертовщиной удачливостью, как-то удалось выскользнуть из расставленных Ричардом сетей и вновь дать о себе знать только во Франции. Последствий заговора опять ухитрилась избежать и леди Стенли. На этот раз участие в интригах сошло Маргарет Бофор не так безболезненно, - вернувшись под опеку супруга, она лишилась титулов и земель. Была бы я на месте Ричарда, хладнокровно подумала Елизавета, я бы подвела эту мраморную шею под топор.

Как странно выглядит нежелание некоторых мужчин проливать женскую кровь. Оно отличало также и Неда, как и Ричард, не посылавшего представительниц слабого пола на эшафот. Однако в терпении Ричарда присутствовала определенная логика. Он просто нуждался в поддержке Стенли. Так как последний уже доказал огнеупорность своей преданности, король решил, что стоит за это наградить. Стенли пожаловали ранг коннетабля и пожизненное пользование конфискованными владениями его жены.

С подобной же проблемой, - как поступать со Стенли? - столкнулся и Нед. Данный господин напоминал флюгер, поворачивающий туда, куда в настоящий момент дует ветер, в течение одного года он менял стороны не менее четырех раз. Стоило Неду обнаружить подобную стратегию, как супруг Елизаветы сделал верность себе в глазах Стенли стоящей пребывания только на одной стороне. Он назначил его членом Личного Совета и управляющим монаршим имуществом, что сработало, - Стенли более двенадцати лет верой и правдой служил Неду, прильнув к королю, словно приклеенный. Поэтому использование Ричардом той же тактики Елизавету не удивило. Если получилось у Неда, то может равно получиться и у его брата. Имея в виду подобное положение дел, можно резюмировать, - вряд ли случится что-то, способное подорвать пребывание Ричарда на престоле. Елизавета знала людей, реагирующих на слабость, будто волки на запах крови, - Стенли был из их числа. По крайней мере, так считал Нед, и где бы он еще не ошибался, но о людях покойный король судил достаточно прозорливо.

И что сейчас? Тюдор? Даже если он и обнаружит в себе твердость характера, чтобы совершить еще одну попытку, каковы его шансы разбить Ричарда на поле боя? А если обнаружит, если каким-то образом сумеет одержать победу? Пока оставался в живых Бекингем, они с Тюдором лишали друг друга силы. Но сейчас...прилюдно пообещав взять Бесс в жены, Тюдор лишил печально известную помолвку ее юридического статуса, и что может сейчас ожидать Елизавета для Эдварда? Для Дикона? Она это уже хорошо понимала. Обязавшись сделать ее дочь своей королевой, Тюдор вынес смертный приговор сыновьям Елизаветы, иного выбора у него не было.

Нет, куда не посмотри, взгляду везде представали лишь тупики и закрытые двери. Как поступить, кроме как прийти с Ричардом к соглашению? И что осталось у Елизаветы для торговли? Ее дочери продолжали быть его родственницами, но какое значение для короля в действительности имели кровные узы?

Елизавете ни в коем случае нельзя отчаиваться. Ричард желает, чтобы они покинули убежище. Их пребывание здесь создает ему затруднения, если не сказать больше. В его интересах также выпустить вместе с девушками и мать. Об этом следует помнить и как-то обернуть себе на пользу.

Сесилия и Бесс у камина безучастно играли в шахматы. Оконные стекла покрыла изморось,