Малефисента. История темной феи - Серена Валентино

– Зачем ты явилась сюда на самом деле, Малефисента? – снова спросила Нянюшка.

– Я рассчитывала, что сестрички помогут мне с одним важным делом. Какие бы они ни были взбалмошные и легкомысленные, они единственные здесь, кому я могла доверять. А теперь я вынуждена просить о помощи того, кому доверяю меньше всего на свете, – ответила Малефисента.

– Тебе ведь наверняка известно, что сестрички беспробудно спят! Но ты все равно явилась, даже не зная, будет ли здесь хоть кто-то, чтобы встретить тебя! – возразила Нянюшка.

– Я почувствовала великую силу – твою и чью-то еще. Какой-то могущественной ведьмы, которую я сейчас не вижу рядом с тобой.

– Видимо, ты имеешь в виду Цирцею.

Малефисента помолчала, раздумывая.

– Ах, Цирцея. Я должна была сообразить, что здесь будет младшая сестра трех сестричек. Ну разумеется, теперь все ясно. Мне следовало использовать хоть малейший шанс, что вы двое сможете помочь мне. В одиночку я не сумею разбить дополнение к заклятию. Для того чтобы справиться с этим фейским волшебством, мне нужны три ведьмы. Теперь ты поняла? Даже если я избавлюсь от принца Филиппа, все равно остается возможность, что Аврору разбудит какой-нибудь другой юноша. А нам необходимо удержать ее в стране снов. Нельзя допустить, чтобы она проснулась. Никогда!

– Ты не добьешься от Цирцеи согласия помогать тебе, – заметила Нянюшка. – Она не похожа на своих старших сестер. Она не станет причинять вред ребенку только потому, что тебе так хочется. И я тоже не стану!

– Что же мне сделать, чтобы ты и Цирцея помогли мне развеять заклятие добрых фей? Может, упасть перед вами на колени или еще как-то смиренно уговаривать вас, чтобы вы признали мою правоту?

– За Цирцею я ответить не могу, Малефисента, – пожала плечами Нянюшка. – Ей известна лишь часть твоей истории. Но мы обе – и она, и я – должны знать все до конца, чтобы хотя бы задуматься, стоит ли оказывать тебе помощь.

– И с чего же мне начать? – спросила Малефисента.

Нянюшка достала из кармана зачарованное зеркальце, возблагодарив в душе сестричек за то, что они вручили ей его много лет назад, и приказала ему:

– Покажи мне Цирцею!

В серебристом стекле проступило строгое лицо Цирцеи:

– Что случилось, Нянюшка? Все в порядке?

– Цирцея, послушай. У нас здесь Малефисента, и она хочет поделиться с нами своей историей. Она полагает, что, если мы ее выслушаем, мы захотим помочь ей развеять чары добрых фей.

– Она может рассказывать свою историю, если хочет, но я не стану причинять зла этому ребенку! – категорично заявила Цирцея.

– Я не хочу сделать ей ничего плохого. Я хочу уберечь ее! – стояла на своем Малефисента.

– Тогда я тебя внимательно слушаю, Малефисента. Мне не терпится узнать, что ты можешь сказать нам, – согласилась Цирцея.

– Думаю, у Нянюшки это получится куда лучше, – сказала Малефисента, удивив Нянюшку – с момента своего внезапного появления из камина она впервые назвала ее по имени.

Нянюшка только вздохнула. Отгонять мучительные воспоминания о своей дочери у нее больше не было сил.

– Тьюлип, дорогая, не могла бы ты позвонить? Пусть Виолетта приготовит нам чаю. Это будет долгий разговор.

Утром в день сдачи экзамена Малефисента проснулась рано и обнаружила, что Диаваль домой так и не вернулся – не встречал ее, сидя на любимом насесте, как она надеялась. Старательно отгоняя роящиеся в голове мрачные мысли, она попыталась сосредоточиться на экзамене, но не тут-то было. Как бы Малефисента себя ни уговаривала, ее не оставляла уверенность, что с Диавалем приключилось что-то очень плохое.

Она подозвала Опал и попросила:

– Опал, моя пернатая подруга, полетай и посмотри, где запропал Диаваль. Я очень за него беспокоюсь.

Опал тихонько каркнула и вылетела в окошко. Малефисента долго следила за тем, как птица описывает круги в небе над Страной эльфов и фей. Уж если кто и способен отыскать Диаваля, решила Малефисента, то именно Опал. На какое-то мгновение перед ее глазами мелькнуло то, что видела из поднебесья Опал, направляясь к густой лесной чаще. И тогда Малефисента сообразила, что привязанность к ворону дает ей возможность видеть его глазами. Правда, ей нужно было еще попрактиковаться в умении смотреть глазами своих питомцев, чтобы видеть ясную картину, а не отдельные мелькающие образы. Зевая и потягиваясь, девушка огляделась по сторонам. Теперь, когда она знала, что Опал отправлена на поиски Диаваля, ей стало поспокойнее. К тому же она очень любила просыпаться в своем домике на дереве. Вид оттуда открывался поистине изумительный, и Малефисента не раз задумывалась, как, должно быть, это прекрасно – смотреть на мир с высоты полета. Что ж, быть может, однажды она это узнает.

– Малефисента! Спускайся, ягодка моя, пора завтракать! А то опоздаешь на экзамен! – прокричала с порога дома Нянюшка, заставив юную фею вздрогнуть от неожиданности.

– Ты давно уже стоишь здесь? – спросила Малефисента.

– Достаточно долго, чтобы понять, что Диаваль домой так и не вернулся, – печально улыбнувшись, ответила Нянюшка. – Но не волнуйся, моя сладкая. Ему ничто не угрожает. Я чувствую его в нашем мире – значит, он жив и здоров. Опал обязательно найдет его. Поверь моему слову.

Следом за Нянюшкой Малефисента отправилась в кухню. Нянюшка всю ночь провела на ногах, стряпая всякие вкусности, которые теперь были красиво разложены по веселеньким тарелкам в яркий цветочек.

– А что, к завтраку у нас тоже будут гости? – удивилась Малефисента.

Нянюшка глянула на нее, оторвавшись от чайника, в который как раз насыпала заварку:

– Что? Нет, конечно! Почему ты спрашиваешь?

– Но ты столько всего напекла! – Желтые глаза Малефисенты оживленно сияли, длинные черные волосы были всклокочены, как обычно после пробуждения, и Нянюшка, любуясь ею, подумала о том, как хороши ее рога. Около года назад они наконец перестали расти и сделались красивого темно-серого цвета, так хорошо подходившего к желтым глазам. А еще Нянюшка обратила внимание, что кожа у Малефисенты имеет сегодня чуть заметный лавандовый оттенок. Это означало, что девушка чем-то обрадована или взволнована. А может быть, и то и другое вместе. Нянюшка давно уже приметила, что кожа дочки меняет цвет в зависимости от ее настроения. Что ж, по крайней мере сегодня она не зеленая, как бывало, когда Малефисента сердилась или была чем-то сильно расстроена. Кстати, давненько уже Нянюшка не замечала у нее зеленого оттенка. Нянюшка постояла, не отводя глаз от красавицы Малефисенты, и не сразу сообразила, что та все еще ждет от нее ответа.

– Ох, ты же знаешь, когда я нервничаю, я всегда принимаюсь стряпать. Давай-ка поешь и собирайся уже на экзамен.

Сегодня Нянюшка явно волновалась гораздо сильнее Малефисенты. Об этом свидетельствовали не только горы пирожков, кексов и пирожных, но также мисочки с вареньем, топлеными сливками и лимонным кремом, которые она выставила на стол вместе с корзинками свежих ягод и фруктов.