Малефисента. История темной феи - Серена Валентино

«Что это? Что здесь происходит?» – мысленно спросила Фланци. Нянюшка еще никогда не видела ведьмину кошку такой испуганной.

– Мы сами не знаем! Мы думали, это сестрички проснулись, и поэтому ты так голосишь, – ответила Нянюшка, лихорадочно вертя головой по сторонам и пытаясь понять, что это за новая напасть. Свет, проникающий сквозь стеклянный купол, померк, а потом воцарилась полная темнота. – Стоп! – Нянюшка воздела руки к небу – и вокруг засиял яркий серебристый свет, в котором они сумели наконец разглядеть, отчего так дрожала земля: веранду со всех сторон окружили могучие деревья – такие высокие, каких в этих краях уже давно не видели и даже не надеялись увидеть. Эти деревья правили королевством еще в те дни, когда на тронах не восседали ни короли, ни королевы.

Нянюшка сразу догадалась, кто они такие.

Тьюлип, задрав голову, потрясенно смотрела на величественные кроны. Эти древние существа не раз являлись ей в мечтах, когда она читала в книгах их историю, но ей и в голову не приходило, что однажды она увидит их собственными глазами.

– Они не причинят нам вреда. Они никогда ни на кого не нападают! – закричала Тьюлип, боясь, что Нянюшка, обороняясь, может ударить по великанам своей магией.

Нянюшка и ответить не успела, как раздался торопливый стук в ворота замка. Нянюшка и Фланци сразу насторожились, а Тьюлип со всех ног бросилась выяснить, кто там пришел. Едва Хадсон открыл дверь, как в замок вбежал принц Попинджей, явно очень довольный собой:

– Тьюлип! Здесь Повелители Леса! Они пришли!

– Да, любовь моя, я знаю, – рассмеялась Тьюлип. – А ты-то что здесь делаешь? – Она заботливо очистила его бархатный камзол от приставших к нему листочков и веточек и поправила ленты на пышных рукавах.

– Как только я увидел, что они направляются к замку, я не мог не последовать за ними, любимая! Но они заверили меня, что не причинят никому зла. Их предводитель Оберон хочет лишь поговорить с тобой, – объяснил Попинджей.

Тьюлип растерянно заморгала, не зная, что и подумать:

– Со мной? Но зачем?

– Не знаю, сердце мое. Лучше тебе самой спросить их об этом.

– Тогда, наверное, мне нужно выйти и встретить их, – решила Тьюлип.

– Только послушай меня, милая, – вмешалась Нянюшка. – Я знаю, что Оберон не внушает тебе страха, но прошу тебя: будь осторожна. Ни на что не соглашайся и главное – не давай обещаний, исполнить которые не в твоих силах. И что бы ты ни делала, не забудь предупредить их, что сюда направляется Малефисента и что если ей придется защищаться, она без колебаний использует огонь.

Тьюлип кивнула, сосредоточенно внимая каждому Нянюшкиному слову:

– Конечно.

– Следи за своими словами, милая, и выбирай их как можно тщательнее. Ты ведь читала, что Повелители Леса в своих речах всегда крайне прямолинейны. Их слова никогда нельзя истолковать превратно, и тебе следует вести беседу с ними на том же языке. Поэтому всегда говори прямо, без обиняков. Помни: сейчас каждое твое слово будет иметь огромное значение, а любое недопонимание между вами может обернуться большой бедой. Ну же, ступай! Поговори с королем фей и эльфов!

Стоя в тени Оберона, принцесса Тьюлип только сейчас в полной мере осознала, насколько огромны Повелители Леса. У нее всегда было очень живое воображение, но даже в самых смелых своих грезах она не могла представить себе ничего столь же поразительного, как исполинское величие Оберона. Он возвышался даже над Маяком Богов, а Тьюлип рядом с ним казалась и вовсе карлицей – такой ничтожной она не чувствовала себя никогда в жизни. И все же она почему-то совсем не боялась.

Она стояла молча, ожидая, пока Оберон заговорит первым. Конечно, сейчас он пришел к ней, и она здесь хозяйка – но ведь он был первым правителем этой страны, задолго до появления здесь людей. Поэтому принцесса хотела выказать ему почтение, которого он заслуживал. К счастью, ожидание сильно не затянулось. С высоты зазвучал глубокий раскатистый голос, от которого затрепетали ветки и посыпались на землю листья. Тьюлип сразу решила, что именно такой голос и должен быть у древнего, глубоко почитаемого и могущественного создания.

– Принцесса Тьюлип, для меня большая честь познакомиться с тобой. Ты не станешь возражать, если я подниму тебя своими ветвями повыше, чтобы мы могли беседовать лицом к лицу?

– Ничуть не стану, и даже буду очень рада, – тут же ответила Тьюлип. Совершенно искренне – она и в самом деле не ощущала ни малейшего страха. Когда ветви Оберона бережно подхватили ее и вознесли к небу, у нее не возникло далее слабой опаски, что он может сокрушить ее, такую маленькую и хрупкую, своей могучей хваткой. Он опустил ее, целую и невредимую, на балкон Маяка Богов, и их глаза оказались почти на одной высоте.

– Так вот ты какая. У тебя лик настоящей королевы, и твоя красота превосходит все, о чем я мог помыслить.

Тьюлип улыбнулась Повелителю Леса, рассматривая его. Черты его слагались из трещин коры на необъятном стволе, и Тьюлип сразу подумала, что более приятного и благодушного лица она еще не видела.

– Благодарю за добрые слова, моя дорогая принцесса, – сказал Оберон, прочтя ее мысли. – Мы явились сюда для того, чтобы защитить тебя от темной феи, Малефисенты. Много лет назад она обратила Страну эльфов и фей в руины. Но мы не смогли отомстить ей, погрузившись в сон, и оставили это другим лесным созданиям. Но теперь, пробудившись и восстав, мы не позволим ей явиться на нашу землю – на твою землю, принцесса, – и уничтожить тех, кто дорог твоему сердцу.

Тьюлип по-прежнему не понимала, почему Оберон так благоволит к ней. На ее взгляд, она не сделала ничего такого, чем могла бы заслужить подобную честь.

– Мы дремали во мраке долго, очень долго. Нам казалось, будто минуло целое тысячелетие, пока твоя жажда знаний не пробудила нас, – ответил Оберон. – Твои истории, твое воображение, твои мысли о нас стряхнули с меня и моих собратьев тяжкую дремоту и снова вернули нас к жизни. Мы сгинули во тьме и забвении в этих землях после Великой Войны, когда Циклопы-Великаны одолели и изгнали нас. Но твое стремление узнать о нас побольше разожгло в нас почти угасшую искру жизни, и этим ты заслужила нашу вечную признательность. Без тебя мы так и сгинули бы во тьме веков. За время моего долгого сна я стал свидетелем множества событий, дитя мое. В этом мире есть немало плохого, и мы намерены это исправить. Настала пора мне вновь занять свое место среди фей и эльфов и снова выступить их благодетелем. А чтобы заслужить такое положение, я должен уничтожить темную фею, известную под именем Малефисента, за все ее преступления в отношении Страны эльфов и фей.

– Позволь мне спросить тебя: почему вы намерены наказать Малефисенту сейчас, хотя Страну эльфов и фей она сожгла много-много лет назад? – отважилась спросить Тьюлип.

Оберон некоторое время обдумывал ее слова: