Контрреволюция. Как строилась вертикаль власти в современной России и как это влияет на экономику - Сергей Алексашенко

Право сильного

В Советском Союзе права собственности на производственные активы не существовало в принципе. Согласно советской Конституции в стране были три формы собственности:

● личная собственность граждан;

● колхозно-кооперативная, которая охватывала часть сельскохозяйственных предприятий, часть мелкой промышленности и торговли и небольшую часть городского жилья;

● общенародная собственность, к которой относилось все остальное и которая юридически не была закреплена ни за кем, даже за государством.

В самом конце существования СССР ситуация начала меняться, и постепенно стали оформляться права собственности на различные предприятия. Хотя российские законы зачастую предоставляли широкие права трудовым коллективам в выборе форм приватизации и собственниками многих предприятий становились их работники, государство в начале 1990-х гг. не хотело приватизировать нефтяные компании, оставляя их в своей собственности. Основные нефтяные месторождения находились в Западной Сибири, и созданные на их основе нефтяные компании были приватизированы в середине 1990-х гг. Вместе с тем нефтяные месторождения, которые начали разрабатывать раньше других, находились в Волго-Уральском регионе, в основном в двух национальных республиках – Татарии и Башкирии. На основе этих месторождений были созданы две государственные нефтяные компании, «Татнефть» и «Башнефть», которые были преобразованы в акционерные общества соответственно в январе 1994 г. и в январе 1995 г. При этом собственником 40 % акций «Татнефти» стало правительство Татарии (41 % акций достался трудовому коллективу). В «Башнефти» доля правительства Башкирии составила около 63,5 %, а трудовому коллективу досталось около четверти акций. Федеральный центр согласился с переходом прав собственности на эти две нефтяные компании в пользу региональных властей – это стало одной из составных частей широкого комплекса договоренностей с этими республиками, на которые пошел Борис Ельцин в начале 1990-х для остановки процесса дезинтеграции Советского Союза.

В конце 2003 г. в Башкирии должны были состояться очередные выборы президента республики. Действующий президент Муртаза Рахимов, находившийся в этом кресле уже 13 лет, весной захотел получить от президента Владимира Путина поддержку, чтобы не допустить к выборам сильных конкурентов, однако эта затея не удалась. Вскоре все акции «Башнефти» и некоторые другие активы, принадлежавшие правительству Башкирии, после ряда сделок оказались в собственности компании, которой владел сын президента Рахимова (он же до этого времени руководил деятельностью «Башнефти»). Вполне вероятно, президент Рахимов выбрал такую форму защиты, которая в корпоративном мире называется «отравленная пилюля»[485], поскольку она гарантировала ему сохранение влияния в республике в случае поражения на выборах. Но может быть, это было сделано его сыном без ведома отца, занятого политической борьбой[486].

Получив результаты проверки, проведенной Счетной палатой, Генеральная прокуратура возбудила уголовные дела по факту незаконной приватизации[487], однако через год они были закрыты. Через два года, в 2005 г., блокирующий пакет акций «Башнефти» купила АФК «Система»[488], основным акционером которой являлся Владимир Евтушенков. Еще через четыре года «Система» выкупила у фонда «Урал» все остальные акции «Башнефти». О потенциальных рисках, связанных с этими акциями, было хорошо известно; знал об этих рисках и Владимир Евтушенков, поэтому, несомненно, он получил негласное одобрение Кремля на их покупку[489].

«Система» заметно улучшила результаты деятельности «Башнефти»: добыча нефти стала устойчиво расти, нефтеперерабатывающие предприятия были модернизированы, и их мощности полностью загружены, компания получала большую прибыль и платила хорошие дивиденды. Однако успешные компании в России часто привлекают внимание, особенно если это касается такого важного и доходного сектора, как нефтяная промышленность. Это случилось и с «Башнефтью».

В 2005 г., когда «Система» покупала первый пакет акций «Башнефти»[490], президентом России был Владимир Путин, а в 2009-м, когда был куплен контрольный пакет, – Дмитрий Медведев. Многие эксперты относили Владимира Евтушенкова к кругу тех бизнесменов, которые всячески поддерживали президентские инициативы Медведева и выступали сторонниками его переизбрания на выборах 2012 г. Вполне вероятно, что Евтушенков, согласовав с Медведевым сделку по получению контроля над «Башнефтью», не получил такого согласия от Владимира Путина. А раз согласия не было, значит…

В мае 2012 г. Владимир Путин вернулся в Кремль, а один из его ближайших соратников, бывший рядом с ним со времен санкт-петербургской мэрии, Игорь Сечин, неожиданно для многих ушел из государственных структур и стал руководителем нефтяной компании «Роснефть», контрольный пакет которой принадлежит государству. Следует напомнить, что именно Сечин выступал основным идеологом и двигателем процесса по разгрому и национализации ЮКОСа и никогда не скрывал своего намерения консолидировать в руках государства значительную часть нефтяной промышленности. Уже в октябре 2012 г. «Роснефть» объявила о покупке тогда четвертой по величине российской нефтяной компании «ТНК-ВР», после чего на ее долю стало приходиться почти 40 % нефти, добываемой в стране. «Роснефть» стала второй компанией в мире по объемам добычи, уступая только Saudi Aramco.