Контрреволюция. Как строилась вертикаль власти в современной России и как это влияет на экономику - Сергей Алексашенко

Тем временем допросы Чичваркина и Артемьева продолжались; от арестованных сотрудников «Евросети» добивались показаний против Чичваркина, который вскоре из свидетеля стал обвиняемым; в ходе одного из допросов в середине декабря его информировали о предстоящем аресте. В конце декабря 2008 г. Чичваркин скрылся от наружного наблюдения и улетел в Лондон, куда через несколько дней вслед за ним улетел его партнер Артур Артемьев[466]. 28 января 2009 г. по иску прокуратуры Басманный суд Москвы принял решение о заочном аресте Чичваркина[467]. Российские следователи попытались преследовать бизнесмена в Англии: в марте 2009 г. он был объявлен в международный розыск по линии Интерпола, в сентябре того же года в Верховном суде Лондона началось рассмотрение дела о его экстрадиции, которое продлилось полтора года.

Борис Левин и другие сотрудники «Евросети» находились под арестом до декабря 2010 г., когда суд присяжных неожиданно для милиционеров признал их невиновными и освободил из заключения. В январе 2011 г. во время рассмотрения в Верховном суде России заявления Генеральной прокуратуры об обжаловании решения суда присяжных представитель прокуратуры снял возражения своего ведомства, и Верховный суд утвердил решение присяжных. Через два дня следователи закрыли уголовное дело против Чичваркина[468], ордер на его арест, выпущенный Интерполом, был аннулирован. В марте 2011 г. рассмотрение дела об экстрадиции в лондонском суде было прекращено[469]. «Я бы с удовольствием вернулся в Россию, потому что это моя родина, но я боюсь новых преследований, и у меня есть все основания полагать, что они будут, поскольку меня назначили виновным», – заявил Чичваркин[470], который до настоящего времени опасается возвращаться в Россию.

Руководитель Управления «К» генерал Борис Мирошников находился на своем посту до конца января 2011 г., когда президент Медведев отправил его в отставку в связи с достижением пенсионного возраста[471].

Варягам здесь не место

Возникновение и развитие мобильной связи в России – наглядный пример развития экономики под влиянием рыночных стимулов. Первые абоненты сотовой связи появились в России еще в 1991 г., но до начала 2000-х эта услуга была доступна крайне ограниченному числу россиян. К концу 2000 г. на 100 жителей России приходилось всего 2,2 сим-карты. Первые телефонные аппараты были весьма громоздкими, а тарифы недоступными для простых жителей страны. Одна минута разговора внутри страны в 2000 г. стоила $0,2–0,3, притом что средняя зарплата россиян в этом году составляла 2281 руб./месяц ($83/месяц).

В то время многие считали, что этот бизнес не имеет будущего в России и что нет смысла вкладываться в его развитие. По крайней мере именно такой точки зрения придерживались государственные региональные компании связи, которые использовали доставшуюся в наследство от Советского Союза монопольную систему фиксированной связи. Она была устаревшей, работала на старом оборудовании, требовала больших инвестиций в поддержание и развитие, и, кроме всего прочего, тарифы в этом секторе регулировались государством, что сдерживало рост. Российский частный бизнес, напротив, не горел желанием идти в этот сектор; впрочем, и государство не хотело, за редким исключением (Москва и Санкт-Петербург), приватизировать его, оставляя контрольные пакеты акций региональных операторов связи в своих руках. В такой ситуации частный бизнес шел в новые сегменты деятельности (оптические линии связи, мобильная связь, интернет), туда, где были свободные цены, где нужно было рисковать, но где можно было зарабатывать прибыль и где, самое главное, были очевидные перспективы роста.

К началу 2000-х в России существовало два федеральных оператора (МТС и «Вымпелком») и множество региональных и межрегиональных. В 2002 г. появился третий крупный игрок, «Мегафон», выросший путем консолидации региональных компаний. Быстрый рост экономики после кризиса 1998 г. трансформировался в быстрый рост доходов россиян: средняя зарплата в 2001–2005 гг. росла на 25–30 % в год. Начавшееся в середине 2002 г. повышение нефтяных цен привело к быстрому росту притока валюты в страну и резкому укреплению рубля: к концу 2005 г. его курс вернулся на уровень начала 2000-х и продолжил укрепление, став к середине 2008 г. на четверть дороже, чем был в конце 2003 г. В результате средняя зарплата россиян в 2003 г. приблизилась к $300, а к середине 2008 г. выросла еще вдвое. Снизившиеся за это время в несколько раз тарифы на мобильную связь стали доступными для рядовых граждан, число абонентов сотовых операторов стремительно росло: к концу 2005 г. на 100 россиян приходилось 86 сим-карт, а уже в следующем году этот показатель превысил 100[472].

Такой рост абонентской базы и уровня жизни населения привел к взрывному росту бизнеса мобильных операторов, капитализация которых стремительно росла. Попытки контролируемого государством «Связьинвеста», который владел контрольными пакетами акций региональных компаний фиксированной связи, выйти в этот сегмент не приводили к успехам. Хотя ему и региональным компаниям предоставлялись лицензии на работу во всех регионах, их неповоротливость и неспособность к конкуренции не позволяли привлечь к себе потребителей, а ограниченность лицензий и территорий деятельности границами административных регионов[473] и одновременное развитие нескольких стандартов связи не позволяли обеспечивать потребителей качественными услугами по всей территории страны.

В 2001 г. на российский рынок пришла шведская телекоммуникационная компания Tele2, которая, выкупив бизнес у американо-шведской компании Millicom International Cellular (MIC), начала быстро расти. Опорой бизнеса Tele2 стал Санкт-Петербург, где у компании была лицензия. Постепенно присоединялись другие регионы, главным образом расположенные в европейской части России. В отличие от компаний «большой тройки», где главными акционерами были российские бизнесмены, Tele2 была 100 %-ной дочкой шведского инвестиционного холдинга. Однако именно это стало для компании непреодолимым препятствием: российское государство всячески сдерживало развитие Tele2, хотя ее тарифы были самыми низкими в отрасли; в тех регионах, где компания работала, она опережала мощных федеральных конкурентов по числу абонентов, хотя последние начали свою работу гораздо раньше[474].