Герои Сталинградской битвы - Светлана Анатольевна Аргасцева

прозвучали слова Елина о том, что важен не столько сам дом, сколько выгодная позиция для обороны, и что, даже если дом будет гореть, уходить отсюда все равно нельзя. Гарнизон занялся оборудованием запасных позиций. Бойцы решили связать подземными ходами находившееся перед домом цементированное бензохранилище и расположенный в 30 метрах за домом люк водопроводного тоннеля. Это была тяжелая работа, делать ее нужно было незаметно и собственными силами гарнизона. Возможности отдыхать почти не было: сменялся солдат с боевого поста и сразу шел рыть тоннель, а затем – снова на пост, в бой. Эти запасные позиции сослужили бойцам хорошую службу. Как только немцы открывали огонь по дому, на постах оставались лишь дежурные, а все остальные уходили в убежище, прекращался обстрел – и весь гарнизон снова был в доме, немедленно открывая огонь по наступавшим немцам.

Бойцы оборонялись, находясь под постоянным шквальным огнем, задыхаясь в дыму и пыли. Взрывными волнами с дома была сорвана крыша. Немцам удалось обвалить одну из торцевых стен, которая была расположена ближе к вражеским батареям. Бойцы шутили, что у них есть еще три стены и «дом теперь с небольшой вентиляцией». Сутки боя сменялись другими, а враг не мог продвинуться ни на метр. Дом продолжал стоять неприступной цитаделью.

День 7 ноября 1942 года – 25-летия Октябрьской революции, особо запомнился защитникам «Дома Павлова». В этот день в Сталинграде стояла непривычная тишина. Немцы, видимо, ждали в этот день каких-нибудь серьезных операций со стороны наших войск и сами решили в атаки не ходить, сосредоточившись на обороне. К вечеру в штаб гарнизона прибыли Елин, Жуков, Наумов. Они передали поздравления с праздником командира дивизии Родимцева, принесли газету «Правда» с докладом И. В. Сталина, поблагодарили за боевую службу, вручили знаки «Отличный пулеметчик» И. Воронову и «Отличный снайпер» Г. Хохолову с записью в красноармейских книжках. Был доставлен и праздничный обед. Собравшись за столом, бойцы грянули многократное «ура!». Это сильно перепугало немцев, они решили, что начинается атака, и открыли яростный огонь.

В минуты затишья защитники дома вслух мечтали о том, как закончат войну, вернутся в родные места, будут ездить друг к другу в гости – за дни обороны они стали близкими и дорогими друг другу людьми.

Дом служил ориентиром на картах Сталинграда и до конца битвы именовался «Домом Павлова», названием, закрепившимся за ним с первого дня захвата группой разведчиков 13-й гвардейской дивизии. Под ним он фигурировал в сводках, донесениях, заметках фронтовых газет. В ходе многодневной обороны сформировался гарнизон, членов которого принято считать защитниками «Дома Павлова». Он состоял из воинов десяти национальностей: русские – И. Ф. Афанасьев, А. П. Александров, М. С. Бондаренко, И. В. Воронов, Т. И. Гридин, Я. Ф. Павлов, И. Т. Свирин, А. Н. Чернышенко, М. В. Киселев, В. К. Сараев; украинцы – В. С. Глущенко, П. И. Довженко, А. И. Иващенко, А. А. Сабгайда, Н. Я. Черноголов, Г. И. Якименко; армянин – В. Авагимов; грузин – Н. Г. Мосияшвили; татарин – Ф. З. Рамазанов; казах – Т. Мурзаев; узбек – К. Тургунов; таджик – А. Турдыев; еврей – И. Я. Хаит, калмык – Г. Б. Хохолов.

Гарнизон в течение почти двух месяцев не давал врагу пробиться к Волге, и при этом защитникам удалось избежать больших потерь. 19 ноября войска Сталинградского фронта перешли в контрнаступление. Утром 25 ноября, после артиллерийской подготовки, бойцы гарнизона покинули дом и начали продвигаться вперед через площадь. Целью их вылазки было выбить немцев из дома, стоявшего неподалеку. Вперед, от Волги на запад, защитники дома пошли уже в рядах своей родной 7-й роты: после двухмесячного перерыва они снова воссоединились с ней. Во время этой атаки Павлов был ранен в ногу и переправлен в госпиталь на левый берег Волги.

Выписавшись из госпиталя, Яков Федотович пытался вернуться в родную гвардейскую дивизию, но не удалось – к этому времени сталинградцы ушли далеко на запад. Сначала он попал в запасной полк, а затем в 288-й истребительно-противотанковый артиллерийский полк 19-й отдельной истребительной противотанковой артиллерийской бригады Резерва Ставки ВГК. Спустя некоторое время Яков Павлов прочитал в газете про «Дом Павлова» и своих боевых товарищей. Когда он пришел к заместителю полка по политчасти с газетой, то замполит отнесся с недоверием к тому, что боец его полка и есть тот самый Павлов, который оборонял дом в Сталинграде. Он пожелал Павлову думать о будущих подвигах на фронте.

В 1944 году в Житомире Павлов вновь попал в госпиталь с сугубо мирной болезнью – малярией, что вызывало у него отчаянную досаду. И здесь, в госпитале, ему опять попались газетные статьи о «Доме Павлова». Имея неудачный опыт обращения к военному начальству, вернувшись в полк, он дал почитать статьи в газетах своему командиру взвода. Взводный, в свою очередь, посоветовал молчать, так как самозванство в военное время чревато последствиями. Дав такой совет, взводный тем не менее написал письмо-запрос генералу Родимцеву.

Тем временем Яков Павлов храбро сражался в рядах 288-го истребительно-противотанкового артиллерийского полка, который входил в состав 3-го Украинского фронта и вместе с ним двигался на запад. В январе 1944 года Павлов подбил немецкий танк и был награжден еще одной медалью «За отвагу» (приказ командира 288-го ИПТАП № 02/Н от 20 января 1944 года), получил премию в 500 рублей и отпуск на родину. Во время краткосрочного отпуска, находясь дома, Яков узнал от матери о том, что его разыскивает генерал Родимцев. После возвращения в полк Павлов передал письмо генерала, полученное матерью, командованию.

Яков Федотович продолжал доблестно воевать, о чем свидетельствует выписка из наградного листа от 17 мая 1945 года о представлении его к ордену Красной Звезды: «…Тов. Павлов в бою с немецко-фашистскими захватчиками с 21 по 23 апреля во время форсирования р. Одер и завоевания плацдарма на ее западном берегу проявил себя мужественным и стойким.

21.04.45 года, когда батарея отбивала яростно наседавшего противника, видя, что снаряды на исходе, старшина организовал поднос снарядов, чем обеспечил успех и благоприятный исход борьбы. В этот день батарея отбила 13 вражеских атак. 22–23.04.45 г. батарея сопровождала огнем и колесами наступавшую пехоту. Старшина организовал и руководил подносом снарядов, не отставая от пушек, которые двигались с боевыми порядками пехоты. 24.04 в ночной атаке немцев на наши позиции из личного оружия уничтожил до 15 гитлеровцев. За проявленную смелость и умелую организацию по бесперебойному снабжению батареи снарядами старшина Павлов достоин правительственной награды – ордена Красной Звезды».

Бой за город Штеттин стал последним для Якова Павлова: пришла Победа, война была окончена. Накануне демобилизации Павлова вызвал командир полка. Подходя к штабу, Яков увидел, что полк парадно построен. Встав на свое место, он услышал: «Полк, смирно! Защитник дома Павлова в Сталинграде гвардии старшина Павлов – к знамени!» После того как полк прошел церемониальным шагом у знамени, героя Сталинграда вместе с комсоставом пригласил к себе командир. Попрощавшись с Павловым, он передал ему пакет со словами: «Поедешь с ним к генералу Чуйкову, вручи пакет ему лично».

На следующий