Герои Сталинградской битвы - Светлана Анатольевна Аргасцева

Зайцев поделился своими наблюдениями и мыслями с командиром батальона Котовым, который решил, не откладывая, проверить его стрелковый навык. В 300 метрах от наших позиций находились немецкие блиндажи. Котов приказал Зайцеву подготовиться и открыть огонь по врагу. Первый же выстрел – немец упал, затем второй, третий… Меткую стрельбу Зайцева поддержал огонь батальона. Комбат понял, что из этого стрелка будет толк.

К этому времени в батальоне остался только один снайпер – Колентьев, к нему на стажировку и отправили Зайцева. До этого Василий Григорьевич стрелял только из берданки да трехлинейной винтовки Мосина, которая хоть и была хорошим оружием, но не снайперским. Нужно было учиться, тренироваться стрелять из винтовки с оптическим прицелом, по-настоящему овладевать снайперским искусством. Закон снайпера: «Увидел – уничтожил». Оптика облегчала прицеливание, позволяла стрелять с высокой точностью на большом расстоянии, давала значительную светосилу, позволяющую стрелять при закате солнца, на рассвете, в лунную ночь, туман, снегопад, но она же давала увеличение, к которому также нужно было привыкать. Колентьев обучал Зайцева особым снайперским навыкам: «До сих пор ты стрелял по любому фашисту. А снайпер – стрелок особый, его основная задача – уничтожить в бою наиболее важные цели: вражеских командиров, снайперов, наблюдателей, орудийные и пулеметные расчеты, экипажи остановившихся танков и низко летящие самолеты. Он должен отыскивать трудную цель, которую обычный стрелок не сразит. А иначе тогда зачем снайпер нужен? Да, надо уметь хорошо маскироваться, наблюдать, выслеживать врага. Ты ведь охотник, должен понимать это. Иногда сутками охотишься, бой кипит, над головой летят снаряды, а ты лежишь, ждешь, пока появится твоя цель. Трудное, опасное это дело. Тут, брат, не только храбрость, меткость огня, но и хитрость нужна».

Но в снайперском деле важным обстоятельством является не только мастерство стрелка, но и состояние оружия. Зайцев отмечал, что его винтовка била метко, безотказно не только благодаря его натренированности, но и потому, что он за ней «любовно ухаживал». Василий Григорьевич говорил: «В оружии сила воина. Оружие надо беречь самым тщательным образом. У нас на фронте был один солдат, который, хотя и метко стрелял, но за винтовкой приглядывал плохо, вовремя не чистил ее. Винтовка перестала подчиняться стрелку, и он за это горько поплатился».

В Сталинграде Зайцев принял решение вступить в коммунистическую партию. Партийное собрание проходило в окопе недалеко от передовой. При получении партийного билета Василий Григорьевич произнес фразу, впоследствии ставшую крылатой, и каждый воин 62-й армии, сражаясь на Сталинградской земле, повторял ее как клятву: «Отступать некуда, за Волгой для нас земли нет».

На этом же собрании ему поручают открыть снайперскую школу, «выпускники» которой впоследствии стали называться «зайчатами». Известный снайпер 284-й стрелковой дивизии Виктор Иванович Медведев, учеников которого называли «медвежатами», подшучивал над своим другом и боевым товарищем, мол, фамилия у него не снайперская, «трусливая». Но Зайцев на слова товарища не обижался и отвечал, что воюют не по фамилии, а по умению и злости, а злость на фашистов у него была огромная. Своим ученикам Василий Григорьевич повторял: «Мой совет вам не жалеть ни времени, ни сил для того, чтобы ваше оружие всегда находилось в образцовом состоянии. Метким стрелком может стать каждый солдат, были бы желание и настойчивость. Помните замечательные слова великого полководца Александра Васильевича Суворова: “Тяжело в учении – легко в бою”».

Снайперский счет Василия Зайцева быстро рос. Особенностью снайперского мастерства Зайцева были смелый, можно даже сказать вызывающий, непредсказуемый для противника выбор огневой позиции – на открытом пространстве, и, конечно, выдержка – невероятная, позволяющая производить меткий выстрел именно тогда, когда враг не ожидал. Этой же особенностью отличались и его ученики, которым он передавал свой боевой опыт.

Слава о Зайцеве и о «зайчатах» стала распространяться среди бойцов 62-й армии. В октябре 1942 года Зайцеву передали приказ явиться к командующему армией генерал-лейтенанту В. И. Чуйкову. Василий Григорьевич не знал, что за разговор ждет его, разволновался, стал спрашивать своих командиров, пытаясь представить – какой он командующий? Один из офицеров сказал ему, что Василий его встречал, только, видимо, не знал, что это Чуйков, и добавил: «Командующий у нас боевой, часто бывает в окопах, блиндажах, обходит боевые точки. Он появляется то в форме простого солдата, то в ватнике и ушанке». Действительно, о храбрости Чуйкова солдаты часто говорили, слагали о нем легенды.

Встреча состоялась в штабе 62-й армии, располагавшемся практически на передовой. В своих воспоминаниях Василий Зайцев так описывает свою встречу с командармом, начавшуюся, как полагается, с его доклада Чуйкову: «“Товарищ командующий, главстаршина Зайцев по вашему приказанию прибыл”. Командующий приветливо улыбнулся: “Здравствуйте, здравствуйте, товарищ Зайцев!” Он крепко пожал мне руку. Была такая атмосфера простоты и непосредственности, что волнение, охватившее меня вначале, прошло, и я говорил с командующим, как с другом. Да, это была та дружба, то братство всех сталинградцев – генералов и бойцов, – которые родились в огне боев и были скреплены кровью.

– Давно воюете? – спросил Чуйков.

Я смутился:

– 32 дня, товарищ генерал.

– А фашистов уничтожили сколько?

– 40. Это снайперской винтовкой, а что гранатами, автоматом, этих не считаем…»

Чуйков прикрепил на грудь Зайцеву медаль «За отвагу». В наградном листе Василия Зайцева значится: «На Сталинградском фронте товарищ Зайцев В. Г. показал себя преданным, смелым, любящим свое дело командиром. Все приказания командиров и начальников выполняет на отлично. Он является одним из организаторов по обучению снайперов в батальоне. День и ночь сидит в засаде и охотится на фашистов. За время с 22.9 по 19.10.42 г. в боях за город Сталинград, товарищ Зайцев убил 40 фашистов снайперской винтовкой. Он проявил лютую ненависть к врагам нашей родины. Предан делу партии Ленина – Сталина».

В условиях уличных боев снайперское движение в Красной армии развивалось с большим успехом, противник нес огромные потери. Это заставило немецкое командование направить в Сталинград лучших снайперов Германии, многие из которых были участниками XI Олимпийских игр в Берлине в 1936 году, включая начальника снайперской школы майора Эрвина Кёнига, прибывшего в Сталинград из Берлина. О их прибытии на Сталинградский фронт стало известно командиру 284-й стрелковой дивизии, разведчики которой взяли в плен «языка». Командир дивизии понимал, что необходимо срочно принять ответные меры. В сражение с гитлеровскими «асами» стрельбы должны были вступить наши опытнейшие снайперы, среди которых был и Василий Зайцев. С этого момента охота на противника была открыта.

В своих заметках В. Г. Зайцев отмечал: «Я знал “почерк” фашистских снайперов, по характеру огня и маскировки без особого труда отличал более опытных стрелков от новичков, трусов от упрямых и решительных врагов. А вот характер руководителя школы вражеских снайперов оставался для