Теорема судьбы - Наталия Анатольевна Доманчук

нишу ты можешь занять. Больше ничего толкового в нашей попсе не было. А в Виагру тебя не возьмут. Прости, но ты совсем не похожа на Веру Брежневу.

– Зато я хорошо пою. Ты же помнишь?

– Да вроде нормально ты поешь. Не бест оф зе бест, но ок.

– Ой, полиглотище, – показала мне язык Алка, – не забыл еще свои иностранные языки?

– Нет, отец узнал, что у меня талант к языкам, и распорядился отдать меня на итальянский. Так что к моему английскому и французскому, которые Даша знала в прошлой жизни, добавится итальянский.

– Ой, прям не знаю, кому в мужья достанется такое счастье, – Алка хихикнула, – давай тогда по мне решать. Кем мне стать?

– Вот завтра в школе увидим Галку и все вместе сядем и все решим.

– Договорились!

Праздничная линейка как была скучным мероприятием, так и осталась. Проводить меня в первый класс пришла вся семья: и папа, и мама, и дедушка, и бабушка. Обувая новые туфли, я пошутил, что не хватает только Мурки и Жучки, чем развеселил родственников. Теперь я не только гениальный мальчик, но еще и юморист.

Разговаривать о делах при родителях мы с девочками не решились, потом нас усалили за разные парты, и вместе мы собрались только на первой перемене.

– Даша, и как тебе ходится с яйцами? – вместо «привет, я очень соскучилась по тебе» спросила Галка.

– У меня еще и член имеется, – я решил продолжить черный юмор подруги.

– Большой? – не унималась Галка.

– Естественно!

– Может, хватит? – спросила Алла. – Нам по годам уже сороковник, в вы ведете себя как дети.

– Ладно, – я пошел на примирение, – давай, Галя, выдавай свои гениальные идеи.

– Это был сарказм?

– Нет, мы серьезно, – ответила за меня Алла, – есть у тебя идеи как нам вернуться в будущее?

– Конечно, есть! А чем, вы думали, я занималась все эти семь лет! – и закатила глаза.

Как же скучал по этому взгляду закатанных глаз!

– Красавица моя, – не сдержался я от комментария и подмигнул ей.

Как только Галка нас заговорщически собрала в кружок, чтобы поделиться гениальными идеями, прозвенел звонок.

Я еле высидел этот дурацкий урок, тем более что нам рассказывали, как прекрасна наша страна и как нам повезло жить в России, предсказывая самое светлое будущее.

«Мне бы со своим решить», – думал я и очень надеялся на Галю.

Гримасу судьбы многие принимают за улыбку удачи

Вторая перемена была длинной, и Галка выдала нам полный план действий, но сначала спросила:

– Скажите честно – какие желания вы загадывали, когда положили руку на этот огненный шар?

– Я попросила мужчину, которого полюблю, который полюбит меня, мы поженимся и у нас родятся трое детей.

Галка скривилась, но посмотрела на меня в ожидании.

– Даша ничего определенного не загадывала. Просто все это так быстро произошло, и она растерялась.

– Врешь! – заявила Галка.

– Да честное слово! – не сдавался я.

– Даня, от этого сейчас очень много зависит.

– Говорю тебе – ничего я не загадывал! – не сдавался я.

– Ладно, просто скажи честно – не просил ли ты вернуться в прошлое?

– Что мне там делать? Даша была довольна своей жизнью и в основном пошла к твоей медиаторше за компанию.

– Ладно. Я тоже не загадывала этого чертовое желание. Значит, это сделала Аделина, – и, увидев наши удивленные лица, добавила, – так зовут гадалку.

– Хорошо. А что тебе это дает? – спросил я.

– Пока не знаю, но нам надо ее срочно найти, потому что по моим расчетам у нас есть только один день, когда все цифры сойдутся, и это очень скоро. Если мы не сделаем это в этот день, то следующий раз будет двадцать второго февраля две тысячи второго года.

– Нет, это очень долго ждать! – заявил я. – Я не выдержу. Да и смысла это делать, когда нам исполнится тридцать три нет!

– Значит, срочно ищем Аделину, – подытожила Галка.

– А как мы ее найдем? – спросила Алка.

– Я знаю ее дату рождения, она старше нас ровно на пять лет и редкое имя…

Я перебил Галю:

– А если имя вымышленное?

Подруга пожала плечами:

– Тогда не знаю. У тебя есть другие идеи?

– Мне кажется, что надо идти к ней домой.

– Зачем? – не поняла Алка. – Ту квартиру на проспекте Мира она точно арендовала.

– Надо сначала убедиться, что она не там. Если это так, то будем искать по дате рождения, – предложил я.

– Хорошо, – согласилась со мной Галка, – когда едем?

– Давайте завтра с утра. Нас приведут в школу, мы сделаем вид, что зашли в класс, а сами не пойдем. Спрячемся в туалете, а когда прозвенит звонок – выйдем из школы и поедем на проспект Мира.

– Рисково, – заохала Алла.

– Твои предложения? – спросил я. – Из дома нам точно не вырваться. Я помню, что меня мама до пятого класса водила в школу и следила за каждым моим шагом.

– И со мной то же самое было. Да, надо удирать из школы. Ну даже если влетит нам, ничего страшного. Надо только придумать причину куда мы ушли, если нас спалят.

– Карусели? – предложил я.

– Точно! – воскликнула Алка. – Я месяц назад с мамой ходила в Парк Горького. Там «Чудо-Град».

– Надеюсь, тебе понравилось, – съязвил я.

– Я, к твоему сведению, обыкновенная девочка семи лет, а не вундеркинд, как некоторые.

– Ладно, хватит вам. Тогда если что говорим родокам, что в школе было скучно и мы решили поехать на карусели. Мол, Алла была месяц назад, ей понравилось, и она предложила, а мы согласились, – подвела итог Галя.

– Ну да, давайте на меня валите все, – скривилась Алка.

– Тебе не все равно, на кого валить? Если узнают – достанется всем, – успокоил я подругу.

– Ладно, решено! – согласились они.

Следующим утром мы мастерски выполнили свой коварный план. В школу мы зашли практически одновременно, помахали ручками мамам, девочки пошли в женский туалет, я в мужской, посидели там десять минут и, когда прозвенел звонок, вместе с рюкзаками вышли из школы.

– Хорошо, что охраны нет. У моего брата в начале нулевых она уже была и с ней бы мы вряд ли вышли, – сказала Галка по дороге в метро.

– У нас она тоже скоро появится, через года два, если мне не изменяет память, – пробубнил я, поправляя тяжелый рюкзак и ругая себя за то, что взял все учебники. Мне они на что? Я и так все знаю! Могу учиться в первом классе с закрытыми глазами.

На этой мысли я засмеялся. Тоже мне невидаль!

– Чего тебе так смешно? – спросила Алка.

– Представил себе, как