Без пяти полночь… - Лазарь

В отпуске, — пожал плечами, — имеет право. То, что она ничего не натворит, уверен, потому нет причин для беспокойства.

— Да я и не волнуюсь, — усмехнулся мужчина, — это ваша обязанность, но я должен был спросить.

— О чём речь? — тут же влезла внимательно слушавшая блондинка.

— Тебя не касается, — ответил ей, — и можешь даже не пытаться говорить про работу, она тут точно ни при чём.

— Да я и не собиралась.

Врёт она. Ещё как собиралась и дальше будет совать свой нос во все щели по причине неуёмного любопытства. Чувствую, проблем она мне ещё доставит.

— Вы хотели о деле поговорить, — напомнил я куратору.

— Да-да, конечно, — словно опомнился он, но я видел, как Кирил Петрович отслеживал наш разговор, реакцию друг на друга. Уверен, ни одна деталь от него не укрылась. — Едем мы в город-спутник столицы, каких десятки вокруг. Ничем особенным не знаменит и нам, до сегодняшнего дня, был неинтересен. Разве что там проживало несколько бесов, — быстрый взгляд на меня в зеркало заднего вида, — но они проблем до недавнего времени не доставляли.

— А сейчас доставляют?

— Местные правоохранители сами не знают, они ли причина происшествия, но факт массового убийства присутствует.

— Массового? — переспросила Кира.

— Погибших, по предварительным данным, почти тридцать человек. Несколько этажей обычной многоэтажки выкосило.

— Вот жесть, — выдохнула девушка.

Астафьев хмыкнул.

— А как вы хотели? Бюро расследует дела, связанные только со сверхами, и такие жертвы на моей памяти ещё не самые большие. А что, Карина, вас это шокирует? Могу высадить вас по первому требованию. Никто и слова не скажет в упрёк, гарантирую.

А ведь ему не нравилось нахождение здесь дочки главы, да это и понятно. Контроль не та организация, где надо просто бумажки перебирать. Тут головы лишиться можно очень быстро, потому и нехватка кадров у них постоянная, что гибнут часто.

Если по-хорошему, то Кирил Петрович попал с этой девкой очень крепко, и думаю, случись с ней, что, вряд ли он надолго переживёт Воронцову.

У меня потеплело внутри от этого. Не один я мучиться с ней буду, пусть другие тоже хлебнут полной ложкой этого счастья, а если мало будет, то можно добавить. От всей моей доброты и щедрости.

— Я знала, куда шла и отказываться от своего решения не собираюсь, — ан нет, разбились мои надежды, упрямая оказалась.

— Похвально, похвально, — без особого энтузиазма покивал головой Астафьев.

Остаток дороги я молчал и просто смотрел в окно на пролетающий там пейзаж, Воронцова же пытала нашего куратора вопросами, что-то уточняла и пыталась выдвинуть разные версии произошедшего. Кирил Петрович кивал, отвечал и хвалил за рвение, но ни с чем прямо не соглашался. Кира это видела, но продолжала улыбаться и болтать, похоже, мстя за сомнения в её решимости. Короче, мне уже самому хотелось выйти, можно даже на ходу.

— Приехали, господа стажёры.

Это мы и так поняли по оцепленной территории вокруг нескольких домов, машинам скорой помощи и полиции, которая никого не пускала.

Астафьев нас ждать не стал, но мы не отставали. Вылезли из машины и пристроились за ним хвостом, даже Кира замолчала и выглядела серьёзней некуда.

— Проход закрыть, проводятся следственные действия, — буркнул нам усталый полицейский с пышными усами, — назад идите, садитесь в машину и уезжайте. Тут всё надолго.

— С радостью бы последовал вашему совету, уважаемый, но не могу, — ответил ему Кирил Петрович, после чего достал удостоверение и показал патрульному, — Б. К. Р. Прибыли по вызову. Кто старший?

Полицейский даже повеселел немного, когда узнал, кто перед ним.

— Наконец-то, а то без вас ничего делать не можем. Пойдёмте, провожу до старшего.

Старшим оказался полковник полиции. Мужик невысокого роста, бледным лицом и постоянно потеющей лысиной, которую он беспрестанно протирал большим клетчатым платком. Мне стало даже немного любопытно, как такой вообще оказался на этой должности. По-моему, он совершенно не понимал, что надо делать, или просто жутко боялся.

— Полковник Рязанцев, заместитель начальника полиции города, — представился он, после чего пожал протянутую руку Астафьева.

— А сам начальник где? — спросил наш куратор.

— В отпуске, уже неделю, как уехал на курорт. Я ему, конечно, сообщил, — он снова промокнул лоб, — но сами понимаете, быстро он вернуться не сможет, потому я здесь за него.

— Ладно, это не так важно, — отмахнулся от этой информации Кирил Петрович, — вводите в курс дела.

— А, да, да, — закивал и.о. начальника и неожиданно пронзительно крикнул: — Семёнов! Просвети по ситуации, а пока… Мне надо, вот… — и быстро ретировался, а если проще, то сбежал.

Семёнов же оказался более храбрым. Вообще, не потел, заикаться даже и не думал. У меня создалось впечатление, что он просто устал и ему было всё равно, кому и что говорить.

— Нечего особенно рассказывать, — пожал плечами полицейский, — первый вызов поступил в обед. Говорилось, что в квартире местного алкаша драка, крики, ну и так далее. К нему регулярно вызывают, и парни сюда стабильно раз в неделю ездят. Вот и в этот раз ближайший патруль направили по месту вызова, но не успели они доехать, как уже посыпались звонки об убийстве, о том, что сверх дом крушит. — Полицейский достал пачку сигарет, вынул одну и прикурил, после чего сделал глубокую затяжку, только после этого он продолжил: — Короче, патруль, который сюда отправили, доехал раньше того, как их успели предупредить. От них мало что осталось. Если собрать, в один пакет поместится.

— Кто ещё? — жёстко спросил Астафьев.

— Не знаю, — пожал плечами Семёнов, — считать надо, но пара этажей точно под ноль. Вы это, — он взглянул на Кирила Петровича, — когда туда пойдёте, то барышню вашу здесь оставьте. Не стоит ей это видеть.

— Я сама решу, стоит или нет, — холодно ответила Воронцова.

— Как знаете, — снова пожал плечами полицейский, — там сейчас людей нет, мы всех эвакуировали. Того, кто натворил всё это, тоже нет. Когда основные патрули подскочили сюда, то всё уже было кончено, а преступник, — он на этом слове невесело усмехнулся, — скрылся.

— Ясно, спасибо, — кивнул контролёр, а нам махнул рукой: — Пошли. — Попытки отговорить Киру он не сделал.

Неладное я