Наследник - Людмила Семенова

пошла прочь. Но вскоре вернулась с его высохшей обувью и почти грубо пихнула ее в грудь парню.

— Забирай, — потребовала она и вдруг добавила еле слышно: — Завтра я снова приеду в ту кондитерскую, но ненадолго. Можешь прийти в пять часов, но если опоздаешь — ждать не буду.

Сказала — и исчезла, хоть и не была духом, оставив после себя лишь следы на снегу и нежный запах. Ян глянул на затихшие часы и подсчитал, что стрелки замерли в тот момент, когда он свернул с шоссе. Но оставаться здесь становилось опасно, поэтому он натянул носки, еще хранившие тепло ее рук и очага, обулся и поспешил к станции, надеясь, что электрички еще ходят.

Глава 6

Снежана вошла в дом, оставила валенки у двери и сунула ноги в домотканые теплые мокасины. Воду, успевшую натечь с обуви Яна, она тщательно вытерла. Затем проследовала в просторную, со вкусом обставленную гостиную, а из нее — на маленькую кухню с множеством шкафов, полок и ящичков. Здесь все также отличалось чистотой и нарядностью в современном стиле.

Когда чайник закипел, Снежана заварила смесь из сухих трав в большой кружке и понесла ее на второй этаж. В одной из спален лежала пожилая женщина с длинными седыми волосами, выбившимися из-под платка. А из широкого ворота рубахи выглядывала тощая желтая шея, которую обвивал шнурок с амулетом — еще более старым, нежели его хозяйка.

— Ты где пропадала? — спросила старуха, принимая кружку. — Я проснулась полчаса назад, а в доме никого! Так и сердце может не выдержать…

— Пожалуйста, простите, — бесцветно ответила Снежана, с детства привыкшая обращаться к бабушке на «вы» и по имени-отчеству.

— Да чего там, — махнула рукой та, — я же не зверь, чтобы на прогулку тебя не отпустить! Только чую, что от тебя мужчиной пахнет, — уж не обольстил ли кто? Ты же понимаешь, что сейчас это совсем некстати!

Снежана еле заметно усмехнулась и сказала:

— Я просто встретила в лесу заблудившегося парня: ему, должно быть, духи отвели глаза. Он был одет в убогий пуховик и протекшие ботинки, я пожалела его и показала дорогу к станции. А что, нельзя?

— Ты меня-то святочными байками не корми! — заметила старуха. — Заблудившиеся и жалкие в этом лесу обычно не выживают. Ну да ладно, ты только помни мои слова! Я бы, может, и не запрещала тебе чуток повеселиться, но порченую могут не принять…

— И что тогда? — осторожно спросила Снежана.

— Сделка не состоится, — пожала плечами бабка.

Но тут внизу послышались шаги и голоса. Снежана поспешно спустилась, по привычке поклонилась родителям и забрала из их рук пакеты. Отец, высокий и тучный мужчина в теплой кожаной куртке, лишь кивнул ей, зато мать суетливо улыбнулась и ткнулась безвольными мокрыми губами в щеку дочери. Сестра и брат зашли последними и оба небрежно поприветствовали Снежану, она ответила тем же.

— Смотри, что мы привезли тебе! — воскликнула мать, вынимая из пакета длинное белое платье с вышивкой. — Это от мастериц Заонежья, они лучше всех делают магические узоры. А мы заговорим их на то, чтобы тебе не было страшно…

— Ксения! — одернул ее муж, и та сразу притихла. Девушка бесстрастно рассмотрела платье, приметив завистливый взгляд сестры Зои. Той природа не дала ни стройной фигуры, ни нежной кожи, ни пышных волос, и даже то, что родители ценили Зою как помощника, мало ее утешало. А брат Мирослав мазнул по Снежане липким взглядом своих бирюзовых глаз, сгубивших немало девичьих душ.

— А еще мы купили те сережки, о которых ты давно мечтала, — добавила мать и протянула Снежане коробочку. — Возьми и не хмурься, дочка, цени, что проводишь это время с семьей! Мы ведь должны помогать друг другу, правда?

— Правда, мама: я тебе это уже говорила, — нахмурилась Снежана.

— Ну вот и славненько, дочка! — заулыбалась мать и снова клюнула ее поцелуем, на сей раз в лоб.

— А где твоя благодарность, Снежана? — произнес отец, сжав плечо Ксении. Та лишь пролепетала:

— Игорь, не трогай ее сейчас…

Но глава семьи лишь тяжело посмотрел на Снежану и спросил:

— Отвар для моей матери отнесла?

— Да, — отозвалась девушка и пошла накрывать на стол к ужину. Ксения тем временем, будто забыв о дочери, суетилась вокруг Мирослава, а Зоя сразу уселась за стол и угрюмо всех разглядывала.

— Мама, а можно мне потом взять это платье и сережки? — вдруг спросила она.

— Зоя! — тихо воскликнула Ксения. — Мы же договорились…

— Да ладно, ма! — хмыкнул Мирослав, — Чего там, все же свои, родные! Ты, Зойка, зря размечталась: все равно тебе в это платье никогда не влезть! А если расширишь, то все равно по-дурацки будешь выглядеть. Вот Снежанка другое дело!

Он прищурился, глядя на младшую сестру, и добавил:

— А старик хоть тебя трахнет напоследок? Или это тоже за него жрецы делают?

Снежана брезгливо отвернулась, зато Зоя сердито отозвалась:

— Ты можешь хоть один вечер не молоть языком? У них все это не так происходит, как мы привыкли считать! Понимал бы ты что-нибудь…

— Я-то понимаю, Зойка, что мужика тебе надо, а то вскоре совсем от злости пожелтеешь, — ухмыльнулся Мирослав.

Не проронив больше ни слова, Снежана вышла из-за стола. Ксения попыталась ее догнать, но муж грубо взял ее за локоть и приказал:

— Чай сделай!

Заискивающе улыбнувшись, жена пошла исполнять его волю, а к Снежане заглянула только когда муж и сын наелись и покинули столовую. Младшая дочь лежала, свернувшись под пледом, и даже не повернула головы в сторону Ксении.

— Снежана… — тихо промолвила мать, — не обижайся на них, мы все очень тебе благодарны. Ты спасла своего брата… ты спасаешь семью! Поверь, это тебе зачтется, старик не будет слишком суров с тобой.

— Это обнадеживает, — сказала Снежана сквозь зубы и отодвинулась подальше. Перед глазами возникло лицо отчаянного парнишки, а душу обволокли смутные и теплые мысли. Понемногу девушка задремала и даже не услышала, как Ксения прекратила причитания и вышла из комнаты.

Глава 7

В гостинице Ян оказался около шести вечера и сразу пошел к домовому, чтобы рассказать о приключениях на заливе. Сам он был разочарован,