Суннитско-шиитские противоречия в контексте геополитики региона Ближнего Востока (1979–2016) - Александр Андреевич Кузнецов

Прагматичное руководство Исламской Республики Иран, несмотря на негативное отношение к Саддаму Хусейну как к агрессору, развязавшему войну между государствами, предприняло шаги к нормализации отношений с Ираком. В октябре 1992 г., несмотря на иранскую критику вторжения в Кувейт, дипломатические отношения между двумя государствами были восстановлены. В 2000 г. иракское правительство впервые после 20-летнего перерыва разрешило иранским паломникам посещение Неджефа и Кербелы. В апреле 2002 г. в Ираке побывала представительная иранская делегация во главе с вице-президентом ИРИ Амиром Замани. В ходе переговоров были подписаны соглашения об обмене последними военнопленными и экономическом сотрудничестве. Было даже налажено негласное сотрудничество между спецслужбами двух стран. Шаги, предпринятые руководством ИРИ для сближения с Ираком, объяснялись тем, что Тегеран старался не допустить замены Саддама Хусейна проамериканским марионеточным режимом в Ираке. В то же время экономическое и военное ослабление этого государства делало его неопасным для Тегерана.

Ухудшению ситуации в Ираке способствовали «калечащие» американские санкции. В 1990-е гг. они вызвали существенное снижение ВВП Ирака и жизненного уровня населения этой страны. Уровень безработицы в Ираке достиг 60 % трудоспособного населения[363]. Все это способствовало деморализации иракцев и снижению военного потенциала государства. Дополнительной угрозой национальной безопасности Ирака являлось расширение партизанской войны в Иракском Курдистане. В марте 1992 г. после введения Советом Безопасности ООН бесполетной зоны в северных районах Ирака вооруженные формирования курдских националистических партий ДПК (Демократическая партия Курдистана) и ПСК (Патриотический Союз Курдистана) фактически взяли три провинции Иракского Курдистана под свой контроль.

Таким образом, в 1990-е гг. Ирак трансформировался из регионального центра силы в «государство-изгой». Основной целью иракской политической элиты было уже не лидерство в арабском мире, а защита иракского национального суверенитета. Санкции ООН блокировали экономическое развитие страны. В то же время Иран успешно осуществил программу послевоенного восстановления экономики. Значительной проблемой для Ирака становился конфессиональный раскол по линии шииты – сунниты. Ликвидировать его в условиях диктатуры Саддама Хусейна было невозможно. Одновременно Иран, используя демократические институты, такие как парламент, Наблюдательный Совет, Совет по целесообразности принимаемых решений, относительно свободную прессу, пришел к ситуации, при которой споры и конфликты решались в правовом поле. Если в начале 1980-х гг. Ирак обладал сопоставимым с Ираном и Саудовской Аравией военным и политическим потенциалом, то к моменту американской агрессии 2003 г. его ресурсы были существенно истощены, а роль маргинализирована. В результате из независимого центра силы эта страна превратилась в объект влияния США, Ирана и Саудовской Аравии и арену соперничества между ними.

§ 2. Геополитика сирийского конфликта как отражение суннитско-шиитских противоречий

Суннитско-шиитские противоречия на Ближнем Востоке наиболее ярко отразились в конфликте за Сирию, который вели в 2011–2015 гг. Иран, с одной стороны, и суннитские государства – с другой, прежде всего арабские монархии Персидского залива (Саудовская Аравия и Катар) и Турция.

Необходимо отметить, что современная Сирия, созданная по итогам англо-французского соглашения Сайкс – Пико 1916 г., во многом является искусственным образованием. Новое государство было составлено из разнородных регионов, тяготеющих в экономическом и культурном плане к разным ареалам Ближнего Востока. В период Османской империи (XVI – начало XX вв.) и Французского мандата (1920–1946) территория нынешней Сирии представляла собой конгломерат геоэкономических регионов со слабой привязкой к единому центру – Дамаску. Северо-восточная часть Сирии, включающая в себя регионы аль-Хасеке, аль-Камишлы, Ракки и продолжающаяся до Евфрата, имела сильные связи с Ираком. С 2015 г. эта территория является ареной боевых действий между ИГ и курдскими вооруженными формированиями. Северная экономическая столица Сирии Алеппо была тесно связана в торговом отношении с Анатолией. Переход Сирии под французский контроль нарушил эти связи, но режим Кемаля Ататюрка, сосредоточенный на модернизации страны и образовании национального государства, не уделял в то время большого внимания Ближнему Востоку. Согласно мандату, французами было создано в Сирии четыре автономных образования: алавитское в прибрежной зоне, друзское в Джебель-Друз и два суннитских с центрами в Дамаске и Алеппо. Друзы Сирии больше тяготели к своим единоверцам в Ливане и Иордании. В то же время суннитское население южной Сирии (регион Хауран) укрепляло связи с родственными арабскими племенами на Аравийском полуострове[364]. Таким образом, создание подмандатной Сирии иллюстрирует правоту Карла Каутского, отметившего, что «границы, намеченные колониализмом, создали национальные государства в юридическом смысле, но не смогли создать нации»[365].

Политическая ситуация в Сирии после провозглашения независимости в 1946 г. характеризовалась крайней нестабильностью. Хрупкая демократия, существовавшая в этой стране, подвергалась угрозе со стороны активных элементов в армии. Однако в связи с тем, что политически активные офицеры не имели поддержки со стороны народных масс, попытки установить диктатуру также были обречены на провал. Еще одним фактором нестабильности в стране было англо-американское противостояние за влияние на Дамаск. В 19401950-е гг. в Сирии чередовались правительства, зависимые либо от Великобритании, либо от Соединенных Штатов[366]. 25 июня 1949 г. на волне недовольства от поражения в арабо-израильской войне 1948 г. в Сирии произошел военный переворот. К власти пришла хунта во главе с проамериканским полковником Хусни аз-Заимом, взявшим курс на альянс с Египтом и Саудовской Аравией. 14 августа 1949 г. правительство Х. Заима было свергнуто полковником Сами Хенауи, представлявшим проанглийскую ориентацию в военной элите страны и начавшим переговоры об объединении с Ираком. В свою очередь, недолговечное правление С. Хенауи закончилось 19 декабря 1949 г. новым переворотом, который возглавил союзник Соединенных Штатов генерал Адиб Шишакли. В 1950 г. он сделал попытку передать власть гражданскому правительству, но межпартийные противоречия парализовали политическую жизнь Сирии. Это заставило А. Шишакли перейти в 1951 г. к режиму личной диктатуры. Им была предпринята неудачная попытка политической и экономической модернизации Сирии. В 1954 г., столкнувшись с общенародным восстанием, он не захотел разжигать в стране гражданскую войну и удалился в эмиграцию в Бразилию[367].

В 1958–1961 гг. при поддержке части сирийских политических элит, находившихся под влиянием идеологии арабского национализма, произошло объединение страны с Египтом в рамках Объединенной Арабской Республики (ОАР). Однако унитарный характер государства и ущемление политических и экономических прав сирийцев сделали период существования этого государства недолгим. В 1963 и в 1966 г. в стране происходят военные перевороты, приведшие к власти сначала гражданскую, а затем военную фракцию партии Баас (Партия арабского социалистического возрождения).

В результате этих военных переворотов политическое доминирование в стране перешло к военной фракции партии Баас. В то же время большинство сирийского офицерского корпуса в 1960-е гг. стали составлять представители религиозных меньшинств, прежде всего алавиты и друзы. Этот процесс исчерпывающим образом проанализирован в книге голландского востоковеда, бывшего посла Нидерландов в Ираке и в Сирии Николаоса Ван Дамма