Запах неотправленных писем. Пробуждение - Ляля Прах

* * *

Когда она пришла в себя, не сразу вспомнила, что произошло накануне. Голова страшно болела, во рту все пересохло, один глаз не открывался. Память начинала понемногу возвращаться… Она с трудом провела языком по зубам. Нижние все были на месте, а вот верхний ряд, похоже, изрядно пострадал. Она хотела позвать хоть кого-нибудь, но голос ее не слушался. И тут рядом с собой она увидела Мэйсона, который, похоже, заснул прямо на больничном стуле. Его голова упала на подбородок, светлые кудри закрывали лоб. Даже спящий он был красив, как ангел.

«Чего не скажешь обо мне», – подумала Анна, с ужасом осознавая, в каком виде он мог ее лицезреть. Она прокрутила воспоминания назад, удостоверилась, что была по крайней мере в красивом нижнем белье. Это ее немного успокоило. Было бы весьма обидно предстать полностью растерзанной, в луже собственной крови, да еще и в страшных панталонах с начесом. Будто в этой жизни ей уже не на что рассчитывать и можно спокойно носить панталоны, леопардовые бриджи, блузку цвета фуксии, такую же помаду на губах, а заодно и на зубах, по вечерам складывать челюсть в стакан и каждый день приближаться к вечности.

Что ж, чувство юмора осталось при ней, значит, жить будет.

Как там Кристофер? Она очень переживала. Поскорее бы он забыл то, что произошло, девушка молилась, чтобы это не оставило на нем неизгладимый след. В этот момент Мэйсон зашевелился и открыл глаза. Увидев, что Анна пришла в себя, он немедленно вскочил со стула и подошел к ней.

– Иден, Иден, девочка моя, ты здесь, ты со мной. Как ты? Нет-нет, не отвечай. Сейчас. Позволь, я дам тебе немного воды. – Он слегка приподнял ее и дал ей попить заранее подготовленную воду. – Как ты нас всех напугала!

Мэйсон аккуратно вернул ее голову обратно на подушку.

– С Кристофером все в порядке, не переживай, он сейчас с Марком в доме Хэл, с ним все нормально. – Своими ответами он предвосхищал возможные вопросы Анны. Мужчина немного помолчал, а потом добавил: – Второму малышу тоже ничего не угрожает.

Он перевел взгляд на ее живот.

– Ты уж прости, но я теперь знаю о тебе, кажется, все, что нужно и не нужно. Даже группу крови. Они же допускают сюда только родных. Пришлось немного соврать, что я твой муж. Сперва мне не хотели верить, но купюра правильного цвета убедила их быстрее моих слов.

Анна хотела поблагодарить его. Но звуки все никак не желали проявляться, поэтому получилось лишь беззвучное шевеление губами.

– Ни о чем не беспокойся, врач предупреждал, что такое может быть. Ушиб мягких тканей носа, сотрясение мозга, большая кровопотеря. Не хватает пары зубов, но, Иден, это все поправимо в наше время, даже не расстраивайся, починят тебя так, что будешь как новенькая. Только потерпи, обещаю, с тобой больше никогда такого не повторится, я всегда буду рядом и буду оберегать тебя, ты только поправляйся.

Мэйсону было что еще рассказать, и одна из новостей оказалась невероятной, фантастической. Однако он решил пока не тревожить Анну, ей требовался покой. Она и сама все узнает, когда выйдет отсюда.

Слеза скатилась по щеке Анны. В который раз. Но сейчас это были слезы не отчаяния, не печали, это были исцеляющие слезы радости оттого, что она, как и все люди, оставалась абсолютно одна в этом мире, но теперь уж точно не была одинока.

Впрочем, это уже совсем другая история.

Примечания

1

Hell – ад (англ.); также сокращение имени Helen.

Вернуться

2

Eden – рай (англ.); также английское имя.

Вернуться