Легенды Кавказа. Боги, герои, люди, сказания, предания, сказки - Ольга Абрамовна Хейфец

спросим совета у достойных людей, что будут находиться в нашем почетном плену. Мы будем обходиться с ними уважительно, и они поймут наши добрые намерения и помогут нам.

Так и сделали. Вскоре у кабардинцев были в руках самые уважаемые люди Железных ворот. Тогда они потребовали обмен, об этом же просили и задержанные старики, проникнувшись добрым и уважительным к себе отношением и отвагой воинов, пришедших на выручку своему князю и своим товарищам.

После недолгих переговоров пленники были освобождены. Проведшие много месяцев в тюрьме люди были счастливы оказаться на воле и благодарили своих освободителей. Решено было как можно быстрее отправляться в обратный путь на родину. Когда же они достигли уже знакомого им леса, то человек, закопавший золото, привел всех к большому приметному дереву и рассказал о том, как он зарыл здесь сокровища, собранные народом для выкупа. Оно было тут же извлечено, чему все были рады несказанно. А Хамыш объяснил свой поступок:

– Ведь наши люди отдали последнее, не оставив запаса даже на черный день. Пожертвовали своими сбережениями ради свободы близких. И как мы могли отдать наше богатство? Но дело даже не в этом. Горько мне было сознавать, что мы можем только выкупать наших пленников. Я знал, что это не так. И готов был расстаться с жизнью, чтобы все поняли – не золото, а отвага и оружие важнее для нас.

Песни о покинутом доме

Высоко в горах Кавказа в далекие времена жило обособлено от всех племя суровых воинов. Селение их окружали неприступные скалы, близость вершин, покрытых вечными льдами, тоже не способствовала мягкости их характера. Много лет назад их предки покинули равнину, спасаясь от диких орд, и оставили своим потомкам наказ – никогда не возвращаться обратно.

Воинственный народ занимался набегами, это давало возможность выжить. Из набегов приносили все необходимое: зерно, оружие, одежду, ягнят, которых пасли мальчишки около селения. Иногда, если повезет, приводили рабов и красивых девушек. Были эти люди бесстрашны и жестоки, и лица их, казалось, выбиты из камня, и души тоже.

Однажды вождь племени по имени Кум привел из набега прекрасную полонянку и ввел ее в свою саклю. Девушка была настолько не похожа на местных жителей хрупкостью стана и нежностью лица, что все удивились выбору вождя. Тем более они были удивлены, когда он оставил ее у себя и, казалось, так привязался к ней, что все свободное время проводил в сакле, а не на охоте и пирушках с друзьями.

Кум в переводе означает «песок». С перевала Кум-баши («баши» – голова, а в горах этим словом называют верховье) в Карачаево-Черкессии берут начало реки Кума и Подкумок.

Молодой воин глаз не отрывал со своей возлюбленной, готов был сделать для нее все, что только она пожелает. Ему казалось, что он способен на это, ведь первый раз в жизни чувство так захватило его. Девушка отвечала молодому человеку любовью, но не могла освоиться в окружающем ее совершенно чуждом мире. Ведь на ее родине солнце согревало, а не просто ярко светило. Луга там покрыты яркими цветами, люди улыбаются солнцу, цветам и друг другу. И поют на ее родине совершенно другие песни: о красоте мира, о любви, о славном прошлом народа. Поют с нежностью над детской колыбелью и весело во время работ.

А здесь среди суровых соседей она не могла стать своей, да и люди ее, чужачку, не хотели понимать и принимать. Только любовь спасала ее от угасания. Молодая жена пробовала рассказать о своих чувствах мужу, пробовала петь о своей любви, но и он не понимал ее песен и обрывал их.

Вскоре у них родился сын, получивший имя Подкумок. И теперь молодая женщина могла выражать свои чувства мальчику, она расцвела и еще больше похорошела. А отец просто обожал своего первенца и ждал, когда тот возьмет в руки оружие и станет воином, достойным своего рода. А уж отец научит его всему, что делает из мальчика мужчину. Храбрость, ловкость, нечувствительность к боли, неудобствам и голоду, чувство собственного достоинства и другие качества должен был являть юноша этого племени.

А до поры до времени воспитанием мальчика занималась мать. Отец же продолжал ходить в набеги, делить добычу и управлять своим народом. Мать поднимала ребенка рано утром, и они шли любоваться восходом солнца, как оно окрашивает розовым цветом снежные шапки гор. Они вместе следили за полетом орлов и движением облаков над вершинами. А весной радовались тому, что ледники тают и рождаются ручейки, которые, устремляясь по склону, превращаются в бурную реку. Да и мало ли что может увидеть зоркое и жаждущее красоты сердце. Мать пела мальчику о далеком прекрасном крае, о просторах родной земли, о любви, которая украшает жизнь людей.

Прошло время, и отец с негодованием понял, что его сына не интересуют мечи и копья, он не хочет брать в руки оружие, как другие мальчишки, которые давно уже устраивают между собой поединки, тренируясь для будущих схваток. Не мог вождь племени смириться с этим, он приходил в ярость и наставлял сына:

– Ты, мой сын и будущий вождь, не должен знать страха и выпускать из рук оружие. Твое копье пусть летит только в цель, а острый меч рассекает скалы. Не один недруг не должен от тебя уйти живым. Только тогда ты будешь достоин называться моим сыном, когда молва о твоих подвигах раньше тебя вернется домой, а ты приедешь вслед за ней с богатой добычей!

Но как мальчик ни старался, он не мог порадовать отца. Он часто уходил в горы в одиночестве и слагал там песни о красоте гор, о меняющихся красках неба на закате, о свободе, которой наделены птицы. И о том, что его манит далекий неизвестный мир, как хочется ему узнать, что там, за пределами родных скал. Только матери он мог петь свои песни, а она плакала, слушая его, и думала, что на далекой родине, которой ее лишил муж много лет назад, песни ее сына смогли бы оценить по достоинству, а здесь он всегда будет непонятым и одиноким.

Все закончилось, когда отец вернулся из очередного набега и призвал к себе сына. Нет! Этот юноша не сын ему, раз он не хочет подчиняться отцу и жить по законам его народа. Так пусть же покинет аул. И если когда-нибудь примет решение стать достойным человеком, пусть вернется. А если нет – пусть исчезнет навсегда. Напрасно, упав на колени, мать