Антуан Карем. Повар королей - Иэн Келли

Александра, лорда Стюарта, поваров Мюллера и Рикетта, от его первой жены Анриетты Софи и Агаты – была полностью уничтожена руками Мари. И сохранившееся письмо намекает на то, почему она это сделала.

Париж, 10 декабря 1832 года.

Дорогой Джей!

С нашей последней встречи я не могу думать ни о чем, кроме вас и Мари, о нашем будущем и о своем слабеющем здоровье… Но… почему же вы так и не дали мне ответа на те мои размышления о нашей горестной и трогательной беседе? Мне кажется, мой добрый друг, вы могли бы написать мне письмо и сообщить о своем решении касательно предмета, столь близкого нашему сердцу.

Помните: для отца счастье ребенка – единственная надежда, которую он лелеет перед лицом жестокой болезни. И потому повторяю вновь и ныне… моя дорогая Мари обладает не только качествами воспитанной леди – у нее доброе, рассудительное и щедрое сердце. Она приучена к разумной бережливости, лишена легкомысленных пристрастий, ибо с тех пор, как она стала меня понимать, я учил ее самодостаточности – той самой, которую вынужден был постигать на собственном горьком опыте в череде ужасных событий моей нелегкой жизни…

Итак, дорогой Джей, теперь вы знаете: мое сердце и все мои надежды обращены к вашему будущему счастью и счастью моего дорогого дитя. Да не разрушит время мои упования! И если Господь позволит мне выздороветь – а врачи дают мне такую надежду, – мы сможем вместе наслаждаться днями мира и достатка и завершить мои труды, которые вознесут достоинство нашей профессии и нашего будущего. Наши две руки, Джей, если вы желаете того же, что и я, останутся навеки неразлучны.

У меня уже готовы к изданию четыре новых тома; рисунки завершены, я собираюсь отдать их в печать – и это новое издание удвоит наш доход. Если нам удастся довести дело до конца, мы вправе рассчитывать на доход в 12 тысяч франков в год. Вы хорошо знаете, дорогой Джей, что только вы сможете завершить эту работу, если Господь призовет меня из этого мира, – и тогда моя дорогая дочь и ее семья смогут пользоваться тем, над чем я трудился столь неустанно.

Знайте, дорогой Джей: я пишу от всего сердца. Я всегда верил, что вы, мой друг, сможете обрести счастье с Мари. Теперь вам предстоит сообщить мне итог ваших взвешенных размышлений об этом важнейшем деле – о будущем имени и достоинстве рода Каремов.

Передаю наилучшие пожелания вам и вашим близким.

Ваш преданный друг,

Антуан Карем из Парижа

Карем хотел видеть Джея в роли своего зятя и потенциального наследника. Но что-то удержало молодого помощника от заключения брака. Сомнения относительно чувств Джея к дочери его наставника, вопросы о наследстве Карема – незавершенном «Искусстве французской кухни», парижском особняке или приданом Мари – оставались нерешенными, пока жизнь постепенно покидала бренное тело великого шеф-повара.

Прочитав текст этого письма и приняв во внимание последующие поступки Мари, можно сделать мрачный, но неизбежный вывод: Антуан хотел устроить для дочери брак с человеком, который ее не любил, но который мог помочь сохранить его славу, богатство и закончить незавершенный труд всей его жизни. Его отцовская забота сводилась не столько к счастью единственной дочери, сколько к желанию оставить свое искусство и имя в памяти людей.

Мари и Джей в итоге не поженились. После смерти Антуана Мари осталась без жениха и отца и оказалась во власти тоски и гнева, думая о будущем первого и вспоминая второго. Она пустила по ветру все: имущество своего отца, его письма и накопленное состояние. Его слава и могила больше не представляли для нее интереса. Мари даже не дала Джею разрешение работать над заключительными томами «Искусства французской кухни». Об отце она написала лишь однажды, утверждая, что к деньгам «он проявлял несущественный интерес», больше заботясь о восхвалении своего искусства.

Джей, в свою очередь, оправдал надежды наставника, став одним из самых знаменитых шеф-поваров своего поколения. Он управлял рестораном в Руане, который после появления железной дороги стал самостоятельной достопримечательностью. О дальнейшей жизни Мари известно крайне мало. Она совершенно точно вышла замуж – но случилось это только через четыре года после смерти отца и разрыва с Джеем. Ее мужа звали Лансеруа, и он был родом из Этрепаньи. Он не был шеф-поваром. Есть предположение, что они вместе переехали в Шартр. Возможно, травма, которую Мари нанесла утрата отца, была столь же простой и сильной, сколь ужасной была ревность к той безудержной любви, которую ее отец щедро дарил своим книгам, кухням и молодому ученику Джею, но не ей самой.

Но не стоит отменять и возможности того, что она действительно была влюблена в помощника своего отца, а муки ее отвергнутой любви отозвались воспоминаниями об умершем родителе. Антуан был брошенным ребенком и большую часть детства своей дочери провел, карабкаясь по карьерной лестнице в тысячах километров от Парижа. Очевидно, что знаменитому «отцу великих шеф-поваров» не очень хорошо удавалась роль отца для собственного ребенка. Видимо, его неудачная попытка устроить ее счастье в соответствии с собственными желаниями стала последней ошибкой в отношениях, которые так и не сложились и в конце концов разрушились окончательно.

В 1839 году в небольшом доме на улице Гайон умерла и мать Мари – Агата. Согласно (позднему) надгробию Карема, Агата была похоронена вместе с ним, но в архивах кладбища есть противоречащие друг другу записи. Согласно этим данным, место на могиле было зарезервировано для Анриетты Софи, первой жены Карема, и Антуана Мишеля Гийе, свидетеля на ее предыдущей свадьбе с Антуаном и второго мужа, которого она также пережила. Анриетта дожила до 68 лет и умерла в своем доме на улице По-де-Фер.

Талейрану тоже посчастливилось дожить до глубокой старости. После службы послом при дворе Сент-Джеймса он был похоронен в Валансе в 1838 году. Будучи послом в Лондоне, он был настолько потрясен едой в своем лондонском клубе «Путешественники» на Пэлл-Мэлл, что поручил его шеф-повару Джону Портеру изучить книги Карема. Именно Портер в свое время перевел книги Антуана на английский и опубликовал их для широкой аудитории.

Освежающий куриный бульон

Куриный «чай» для больных

Положите выпотрошенную курицу в чистую кастрюлю для тушения и залейте ее четырьмя пинтами воды. Доведите до кипения и кипятите десять минут со щепоткой соли. Добавьте желтые листья салата. Варите еще десять минут на сильном огне. Добавьте горсть щавеля, кервеля и листьев