Собрание сочинений. Том 4. Война с Турцией и разрыв с западными державами в 1853 и 1854 годах. Бомбардирование Севастополя - Егор Петрович Ковалевский

через Дунай, прислали к генерал-лейтенанту Ушакову письменное прошение, умоляя освободить и спасти их от зверских поступков турок, которые вымещали на них свое поражение и, оставляя край, предавали огню их имущество и жилища.

Генерал Ушаков немедленно отправил в Бабадаг сотню казаков, которые 15-го марта заняли город. В нем нашли 35 бочонков пороха, 3 ящика с патронами и 300 четвертей ячменя. Комендантом города назначен был подполковник Арцышевский. На следующий день отряд его, усиленный новыми войсками, оставив в Тульче для охранения складов фуража и провианта 1 батальон пехоты и сотню казаков, перешел в Исакчу; гусарский принца Фридриха Гессен-Кассельского полк выдвинут был на дорогу, ведущую в Бабадаг.

После славного перехода через Дунай и первых подвигов на турецкой земле, войска наши не остановились. Отряд генерал-адъютанта Лидерса, оставив в Мачине 2 батальона пехоты, 8 орудий и сотню казаков, двинулся 17-го числа двумя колоннами к Гирсову. Левая колонна, под начальством генерал-лейтенанта Гротенгельма, состоявшая из 9¼ батальонов, 8 эскадронов, 32 орудий и 5 сотен пошла из Мачина и с. Гречи по направлению к Бабадагу и оттуда к месту, на котором некогда стояло селение Гайдар; правая колонна, под начальством генерал-лейтенанта Самарина – из 13½ батальонов, 4 эскадронов, 4 орудий и сотни казаков – направилась через с. Туркай, Печенеги-Молдавские, Ортакиой, Караджеляр и Дояны.

На пути следования, войска наши нигде почти не встречали неприятеля, который с поспешностью продолжал отступление к Карасу; 20-го марта обе колонны сосредоточились в Гирсове.

Мы уже сказали, что отряд полковника Зурова прогнал неприятеля из Гирсова. При появлении наших передовых отрядов, турки оставляли болгарские деревни, и вскоре вся Бабадагская область была очищена. К концу марта они очистили Карасу, где соединились было в значительных силах, а в след за тем Черноводы и отступили по направлению к Базарджику, Шумле и Варне с такой поспешностью, что не успели уничтожить оставленный за собой каменный мост у Карасу.

Жители христиане встречали нас повсюду, как желанных гостей, и безбоязненно приступали к полевым работам, которые совсем было оставили, в уверенности, что плоды трудов их достанутся не им, а туркам.

В конце марта войска, состоявшие под начальством генерал-адъютанта Лидерса, расположились в следующем порядке: 9 батальонов, 6 эскадронов и 24 орудия у с. Гропа-Чапан; 8 батальонов, 24 орудия, сотня казаков и 3 роты саперов у Гирсова; 13 батальонов, 8 эскадронов, 32 орудия и 8 сотен казаков, составлявших авангард, под командой генерал-лейтенанта Гротенгельма, расположились при с. Тополи, по дороге в Черноводы. Казачьи посты были выдвинуты для наблюдения дорог между Дунаем и Черным морем; наши разъезды доходили до Черновод и Карасу. Мосты были устроены: один у Гирсова, несколько ниже того места, где была переправа в 1828 году, и у Исакчи. Находившиеся тут турецкие укрепления обращены в предмостное прикрытие и вооружены батарейными орудиями, как для защиты моста, так и для того, чтобы воспрепятствовать плаванию неприятельских судов. Придвинули также нашу Дунайскую флотилию к разделению рукавов Сулинского и Георгиевского, чтобы неприятельские суда, прорвавшись в Сулине, не могли спуститься в Георгиевское гирло. Мера эта особенно озабочивала командующего войсками, потому что на Сулинском рейде стали часто показываться английские и французские военные корабли и производили продолжительные исследования и промеры.

Небольшие партии казаков, посылаемые иногда по просьбе местных жителей, которых грабили оставшиеся назади и рассыпавшиеся в крае отдельные толпы беглецов, иногда для открытия неприятеля, имели частые стычки с турками.

30-го марта партия казаков, высланная из Сары-Юрта и Кюстенджи, следуя берегом моря, встретила у самого города пеший пикет, выставленный от двух пароходов, английского и французского, стоявших на рейде, близ берега. Пикет, выстрелив, отступил к лодкам, у которых находилось до 60 человек; казаки стремительно бросились на них, но неприятель поспешно отплыл к пароходам, которые открыли огонь по Кюстенджи и в двух местах зажгли его.

Пароходы эти стояли на рейде с 23-го числа и забирали оставленные турками запасы и материалы для отправления их в Варну. Трудности похода в стране пустынной и безводной, трудности, о которых мы подробнее будем говорить, когда коснемся важного предмета продовольствия армии за Дунаем, – отчасти объясняют, почему наши войска не предупредили французские и английские пароходы для овладения запасами Кюстенджи, оставленными турками и жителями. Только казаки, по временам, являлись здесь и, под выстрелами неприятельских пароходов, грузили на подводы и увозили ячмень.

Турки, кажется, в это время еще не составили плана своего отступления и действовали в каком-то колебании и нерешимости. Таким образом 2-го апреля кавалерия их опять устремилась по пути к Черноводам, которые еще недавно оставила без выстрела. Находившийся в Черноводах командир Донского № 22 полка подполковник Валуев, оставив одну сотню для защиты черноводского моста, послал две другие сотни навстречу неприятелю, значительно превосходившему его отряд числительностью. Одна из этих сотен шла дорогой, прямо навстречу неприятеля, а другая скрытно, стороной. Неприятель находился в 18 верстах от Черновод и, после незначительной перестрелки с первой сотней, бросился на нее в шашки. В это время вторая сотня, которой он не заметил, быстро появилась и, сделав залп ружей, ударила в пики во фланг неприятеля. Турки не выдержали удара и в величайшем беспорядке бежали, оставив на месте несколько тел и в руках казаков 17 пленных. Потеря наша в этом деле была ничтожна и состояла в одном убитом и 3 раненых казаках.

После дела 2-го апреля турецкие войска, находившиеся в Махмуд-Койсу, отступили к Базарджику; вскоре затем, как эти, так и другие отряды, разметанные быстрым движением русских войск, направились к Варне и Шумле, которые сильно укрепляли.

По показаниям болгар и пленных, Омер-паша собрал в лагере под Шумлой от 40,000 до 45,000 человек[50]; в Варне было всего до 3,000 человек, но говорили, что туда ожидают англо-французов; в Базарджик прибыло 2,000 регулярных войск.

Авангард наш, под начальством генерал-лейтенанта Гротенгельма, расположил свои усиленные посты в Черноводах, Докузове, Карасу и Карамурате. В Кюстенджи посылали время от времени отдельные партии, которые видели несколько французских и английских пароходов, постоянно стоявших на рейде, и иногда завязывали перестрелку с высаживавшимися с пароходов матросами и солдатами.

Переход главных сил через Дунай и занятие Бабадагской области имели неизбежное влияние на военные действия на других пунктах.

Турки, без всякого с нашей стороны наступательного действия против Систова и Никополя, оставили занимаемые ими острова Богурескулуй, Белону и Рение и перешли на правый берег Дуная. Таким образом, князь Горчаков имел возможность уменьшить отряд генерал-майора Попова; отделив от него Колыванский егерский и пехотный генерал-фельдмаршала графа Дибича-Забалканского полки, он направил первый в Фратешти, в отряд генерал-лейтенанта Сойманова,