Зов лисы - Валерий Сергеевич Горшков

позволить им заблудиться в глухих местах. А ответы на вопросы Агаты могли и подождать. Ведь она задавала вопросы, касающиеся уже давно мёртвых. Ребят же всё ещё можно было спасти.

Вот только как именно сообщить поисковикам, где следовало искать подростков, она не понимала. Не могла же она подойти к ним и сказать: «Они вот здесь, ну или вот тут, где-то в области этого сегмента карты, потому что я так думаю». Никто бы не поверил ей просто так. Была бы у неё хотя бы одна конкретная точка — быть может, а так саму бы скорее признали сумасшедшей.

Обувшись в кроссовки и набросив отцовскую ветровлагозащитную куртку, Агата вышла на улицу. Она прошла вдоль берега Тунельмы, огибая штаб поисковиков с возведённой над посёлком вышкой мобильной связи и полевой кухней, из которой так приятно потянуло наваристой гречкой с тушёнкой, что аж живот свело урчанием. Однако добраться до границы леса она не успела.

— Эй, девушка! — крикнули ей в спину. — Отстала? Какая «лиса»18?

— Это вы мне? — спросила она.

Обернувшись, Агата увидела мужчину лет пятидесяти в яркой оранжевой ветровке, обтягивающей объёмный живот. Он стоял возле большой каркасной палатки, над входом в которую на ветру хлопал флаг с логотипом поискового отряда «ЛизаАлерт».

— Какая я вам лиса? — возмутилась Агата, не понимавшая профессионального сленга поисковиков.

Незнакомец рассмеялся. Прозвучало неискренне.

— Так вы не наша, — протянул он. — И куда так спешите?

— Мне нужно в лес.

— На поиски, что ли, собрались? — продолжал допрашивать мужчина. — Нет, так не пойдёт, не хватало ещё на вас ресурс тратить.

— Не нужно на меня ничего тратить, я по своим делам.

— Тем более! — стоял он на своём. — Вас искать ведь придётся, причём довольно непросто в таком виде: камуфляж нацепили, ботинки…

— Это кроссовки…

— Тем более!

— Да не заблужусь я, у меня с собой карта есть, — сказала Агата, показав её.

— А фонарь? А вода? Зажигалка? Телефон полностью заряжен?

На каждый из его вопросов внутренне она отвечала «нет», но виду не подавала. Ей не хотелось это признавать, но мужчина был прав: подготовилась она к походу в лес на закате дня никак. Надолго бы её не хватило.

— Ну что, согласны?

Она кивнула.

— Теперь если серьёзно, парней искать пошла? — спросил мужчина.

Агата снова подтвердила его слова кивком.

— Ну, раз такое рвение, удерживать не могу, тем более добровольцы нам всегда нужны, — смягчился незнакомец. — Но сначала пойдёмте вас переоденем и проинструктируем. Как я понимаю, это будет ваш первый поиск?

— В таком формате — да, — ответила Агата.

Обернувшись на темнеющую непроходимой громадой тайгу, она всё же последовала за мужчиной в удивительно тихий штаб поискового отряда. В нём, окружённые запахами кофе с костром, одновременно уживались суета и спокойствие.

Поисковиков условно можно было разделить на «чистых» и «грязных». Первые возвращались из леса уставшие и перепачканные, валились на пенки отдыхать, спешили к полевой кухне. Кто-то даже обливался водой из бутылки. Вторые терпеливо ждали команды к выходу, перепроверяя рации и навигаторы.

— Я — Грант, СНМ19, — представился мужчина.

— Как? — нахмурилась Агата, решив, что ослышалась.

— Грант, — повторил он. — Вообще Григорий Анатольевич, но в отряде я просто Грант. Сегодня — старший на месте, СНМ, помогаю Корду20 с организацией поисков.

— Агата. — Она протянула ему руку. — А как зовут Корда?

Выглядевшая жёсткой рука мужчины в реальности оказалась мягкой и тёплой, будто только испечённая булочка.

— Корда звать Немо, — улыбнулся Грант. — Это координатор.

— А, понятно, — хмыкнула Агата.

В штабе под навесом над огромным столом склонилась хрупкая женщина в свитере. Перед ней лежала карта, на которой она что-то вымеряла. Рядом на складном стуле сидел хмурый мужчина с ноутбуком.

— Немо карту курит21, а вон и Лютик, наш картограф, — сказал Грант, указав на них. — Нам сюда.

Он поманил к фургону. В открытой боковой двери на подножке сидела девушка — ровесница Агаты с пышными волнистыми рыжими волосами, которые не удавалось как следует увязать, из-за чего причёска выглядела неряшливо. Торчавшее аккуратное ухо было увешано пирсингом и цепочками.

— Бадьян, экипируй добровольца, — попросил у неё Грант. — Передаю тебя нашему коменданту22… Пойдёшь с одиннадцатой лисой.

С этими словами СНМ буквально исчез, юркнув куда-то между палатками. Бадьян протянула ей руку и по-мужски крепко пожала. На запястье коменданта Агата заметила витиеватые татуировки.

Комендант медленно оглядела Агату с головы до ног.

— Это надень сверху, — сказала она, сунув светоотражающий жилет. — И переобуйся.

Порывшись в фургоне, Бадьян достала резиновые сапоги.

— Кроссовки вам чем плохи-то? — спросила Агата.

— Прекрасные! — воскликнула Бадьян. — Но для сельской местности, а не для леса. Держи, размер вроде твой.

Сапоги оказались в самый раз. Кроссовки пришлось оставить в фургоне.

— На будущее бери обувь, фиксирующую голеностоп, это поможет избежать травм, — посоветовала Бадьян. — В идеале — трекинговые ботинки.

— Спасибо, — поблагодарила Агата.

— На ещё вот, без этого нельзя.

Бадьян протянула ей вязанную красную шапку, рабочие перчатки и пластиковые защитные очки.

— А зачем очки? — удивилась Агата.

— Чтобы ветки глазами не трогать, как стемнеет, — хмыкнула Бадьян.

Одевшись как положено, Агата вышла к ожидавшим выдвижения на поиски. Их она насчитала около двадцати человек. Кто-то выглядел как она: чужеродно, немного неуклюже в непривычной одежде. Другие смотрелись почти по-военному профессионально — с рюкзаками и разгрузками, каким-то оборудованием. Большая часть внимательно слушала Гранта, который заканчивал рассказ.

— …Потому он и не хотел домой приходить, всерьёз всё воспринял, — проговорил Грант. — Но это что, вот недавно в Ростове случай был, бегунок23 из психоневрологического интерната слинял, парень с аутизмом. Видели его на заправке через пару часов, а потом голяк, как в воду канул. Народу почти как сейчас собралось — резонанс24! А найти не можем. Так что оказалось? Автостопом добрался до парома — и в Крым! А там почти до самого Севастополя на попутках — поехал маяк смотреть, о котором его покойный отец рассказывал. Семь дней прошло! И ничего, жив-здоров. Так что и наши бегунки сдюжат — с палатками пошли, походники все.

— Заливает, — хмыкнул кто-то