Неизвестный Пири - Дмитрий Игоревич Шпаро

М-р Доусон: А у вас есть также дневник или журнал вашего отряда?

Кэп. Пири: Да, есть.

М-р Робертс: Не знаете ли вы: Бартлетт поставил свою подпись (показывает) после того, как провел наблюдения, после того, как записал цифры?

Кэп. Пири: Да, сэр; я думаю, да.

М-р Робертс: Это, похоже, совершенно другой карандаш.

Кэп. Пири: Да, сэр. Это было подписано в тот момент, и, конечно, после того, как были проведены наблюдения.

М-р Робертс: Кажется довольно странным, что у него был такой набор карандашей – три карандаша. Эти записи были сделаны одновременно, в один и тот же день?

Кэп. Пири: Да, сэр.

Автору книги хотелось бы дать комментарий. Конечно, мой арктический опыт совсем иной, чем у Пири. Я не зимовал в Арктике, не зимовал год за годом, не перенес адских мук, выпавших на долю американского исследователя. Тем не менее стаж арктической работы у меня большой – 28 лет: с 1970-го по 1998-й. Я организовывал экспедиции, участвовал и руководил. А потом еще 20 лет занимался полярными походами сына – Матвея Шпаро. Сколько было моих собственных экспедиций? Не меньше двадцати трех. Я хорошо представляю себе быт полярного путешественника и усвоил основной принцип работы: все вокруг тебя должно быть как можно проще. Как можно меньше психических сил следует тратить на повседневные обыденные действия.

Вижу перед собой картину: у теодолита Владимир Рахманов и Юрий Хмелевский, мои незабвенные друзья, штурманы экспедиции к Северному полюсу в 1979 году. Володя «ловит» солнце и диктует цифры, Юра записывает. В его руках толстая тетрадь в мягкой обложке, легко помещающаяся в накладной карман его объемной пуховой куртки. Карандаш хитро привязан к тетради – практически неотделим. Есть ли у Хмелевского запасной карандаш? Конечно, и не один, но не тут, не в руках, не в кармане; где-то там – в дебрях рюкзака. Но в кармане у Юры есть удобный перочинный нож, чтобы подтачивать карандаш. Все записи Хмелевского выглядят почти каллиграфическими, хотя он делает их стоя и на морозе. Да, еще есть ластик, Юра всегда готов стереть и записать заново.

Холодно? Иногда очень. Но они – стоики, и они выбирают позы и последовательность действий так, чтобы терять поменьше тепла. На руках Юры перчатки с обрезанными пальцами, Володя в огромных рукавицах. Руки Хмелевского крепки до невозможности, и он – полная невозмутимость.

Понятно, что Бартлетт писал свое послание Пири не стоя, а сидя, и не на морозе, а в иглу, и тем не менее он не мог менять карандаши. Три карандаша – это абсурд.

Бартлетт – опытный арктический исследователь, капитан «Рузвельта», многие дни был во главе передового отряда. В делах полярного быта он должен быть рационален, и поэтому в лагере 1 апреля 1909 года у него в руках не могло быть трех карандашей. Исключено! Записка писалась позже. Она, вероятно, улучшалась, переделывалась, редактировалась. Возможно, была написана под диктовку. Красивое и аккуратное «Факсимиле сертификата Бартлетта от 1 апреля 1909 года» стало иллюстрацией в книге Пири, страницы 360–361. А рядом, на странице 359, размещено «Факсимиле наблюдений Бартлетта от 1 апреля 1909 года». Эти два документа вместе с критикой Хельгесена мы даем в главе 26. И… пофантазируем. Безумно интересно, сохранились ли те листы, которые 7 января 1911 года держал в руках Робертс? Где они? Каким великолепным музейным экспонатом они могли бы служить!

Записи Пири

Председатель комитета верил Пири, приободрял его и тем не менее раз за разом задавал несносные вопросы.

М-р Батлер: У нас есть ваше слово и эти наблюдения в подтверждение того, что вы были на Северном полюсе. Это простой способ разобраться – ваше слово и ваши доказательства. Для меня, как члена комитета, достаточно вашего слова, но что касается доказательств, я совершенно не разбираюсь в этом…

Я абсолютно удовлетворен вашими показаниями, но было ли необходимо находиться точно на полюсе, чтобы сделать те наблюдения, которые вы сделали?

Кэп. Пири: Это вопрос, который уже обсуждался. Я могу ответить, что до сих пор наблюдения никогда не проводились где-либо, кроме как в соответствующем месте.

М-р Батлер: Вы должны были быть в соответствующем месте, чтобы провести определенные наблюдения, и если вы там были, то вы там были. Но могли бы вы составить эти данные, не находясь на полюсе, и, если бы вы их составили, не побывав на полюсе, существует ли способ выявить это?