Дотянуться до легенды#2 - lanpirot

сторону, перекатившись через здоровое плечо, и нырнул в густые заросли крапивы и бурьяна.

Третий выстрел прошил воздух там, где ещё секунду назад он стоял. Я вжался в землю, стараясь стать незаметным. Теперь я точно знал — стрелял Профессор — я увидел его темную фигуру на фоне неба. Но вмешиваться в их противостояние я не спешил — пусть пауки, загнанные в банку, выяснят отношения между собой, а я потом добью выжившего.

Гауптманн оказался быстрым, даже раненый, он действовал очень стремительно. Едва скрывшись в зеленке, он успел выпустить пару пуль в сторону противника. Силуэт Профессора исчез — он тоже не сидел на месте — менял позицию, чтобы не дать Веберу даже шанса.

— Максим Константинович! — спокойно и деловито крикнул Профессор. — Не стоит сопротивляться. Вы тяжело ранены, я видел. Зря вы Айболита убили, какой бы сволочью он не был — я считал его другом. Оставил бы его в живых, может быть… Хотя нет, но я обещаю вам быструю смерть. Мучить не буду, в отличие от некоторых…

Я продолжал наблюдать, крепче сжимая «ТТ». Профессор-то, оказывается, тоже не лыком шит! Пока мы с Айболитом шарили по базе в поисках сокровищ Барона, он, значит, тоже не дремал. Услышал разговор, понял, что Айболит нашёл золотишко, и тут же вписался. Жаль, что сразу хлопнуть Вебера у него не вышло. Надеюсь, что сейчас он его добьет. А после я уже займусь самим Профессором…

Потом всё затихло. В этой тишине прошло, наверное, минуты две-три. Я лежал неподвижно, выжидая, чем всё это закончится. Чёртова крапива жгла руки, но я не обращал внимания на эти мелкие неудобства.

И вдруг — резкий хлопок. Выстрел! Но на этот раз — из «Вальтера». Похоже, Вебер стрелял. Я приподнял голову, пытаясь разглядеть, что происходит. Но бурьян был слишком густым, и я не увидел ничего достойного внимания. Затем еще один выстрел — на этот раз из «ТТ» Профессора.

Я понял, что началась вялотекущая перестрелка, затягивающаяся по времени. Но при таком раскладе выигрывал Профессор, который не был ранен и не истекал кровью.

— Вы стреляете слишком много и часто, мой юный друг! — откуда-то из кустов крикнул гауптманн, причем в его голосе я не различил ноток страха. Наоборот, он был абсолютно спокоен. — У вас патроны закончатся быстрее, чем моя кровь. Может быть, забудем это недоразумение и поговорим? Вы же умный человек, Профессор! Куда умнее, чем ваш маргинальный приятель.

— У меня достаточно патронов, герр Магистр — пара запасных обойм! Вы меня хорошо обучили! — парировал Профессор. — А вот запасной крови у вас нет! Может, хватит ломать эту комедию? Обещаю, я вас быстро прикончу! Даже не буду вспоминать все те прекрасные моменты в спецшколе…

— Это мы еще посмотрим! — ответил Вебер, и кусты в его стороне затрещали, когда он сквозь них ломанулся.

— Бах! Бах! Бах! Бах! — В белый свет, как в копеечку выпалил Профессор, ориентируясь на звук.

Попал он или не попал, я не знал, но магазин в «ТТ» точно опустел. И тут я его увидел: худосочный диверсант выскочил из зарослей буквально в десяти метрах от меня. Он держал пистолет наготове, внимательно оглядываясь по сторонам. Лицо его было напряженным, глаза бегали.

Я мог бы снять его прямо сейчас. Но не стал. Пусть Профессор либо убьет Вебера, либо хорошенько его загоняет — мне же будет легче. Диверсант пробежал еще несколько метров и остановился.

И вдруг — откуда-то со стороны дороги донеслась резкая команда:

— Стоять! Милиция! Стрелять буду!

А затем — бах-бах-бах! — захлопали выстрелы, прокатившиеся эхом по макушкам деревьев заросшего сада. Я вжался в землю ещё сильнее, буквально вдавливая себя в сырую почву. Что за чёрт⁈ Откуда здесь милиция? И тут до меня дошло — звуки перестрелки между Вебером и Профессором, видимо, привлекли внимание какого-то милицейского патруля, проходившего неподалёку.

А может быть, кто-то из соседей, перепугавшись стрельбы, поднял тревогу. Вариантов было много. Крики и стрельба и не думали стихать.

— Рома, справа прикрой!

— Я видел, как он в кусты метнулся!

— Держи эту гадину! Не дайте ему уйти!

Патруль, похоже, засёк Вебера и теперь «охотился» за ним. А гауптманн, даже будучи серьёзно ранен, оказался слишком опасной «дичью» для обычных ментов. Профессор же при первых криках с дороги резко пригнулся, буквально нырнув в высокую траву. Его худая фигура почти слилась с жухлой растительностью.

Диверсант замер на мгновение, прислушиваясь, а затем — на четвереньках пополз к мёртвому Айболиту. Я понял его замысел мгновенно — интеллигент хренов решил забрать бесхозное золотишко и свалить, пока Вебера гоняет милицейский патруль.

Профессор дополз до тела Айболита. Уголовник лежал на боку, лицом вниз, и его тяжёлое тело придавило вещмешок с драгоценностями. Диверсант резко дёрнул свободной рукой (в другой он всё еще сжимал пистолет) мешок из-под мёртвого Доктора. Золото глухо звякнуло и освободилось от гнёта.

Профессор закинул мешок за спину и метнулся в заросли. Как так вышло, что он выбрал именно то направление, где я лежал, затаившись в бурьяне, не знаю. Видимо, так распорядилась судьба, решив столкнуть нас лбами. Я увидел сквозь траву, как его фигура стремительно приближается, как он раздвигает стебли руками, как его глаза лихорадочно бегают по сторонам.

И тут он на меня выскочил, а затем резко остановился. Надо отдать ему должное, он быстро сообразил, что произошло на самом деле — ведь я не вмешался, хотя мог помочь Профессору завалить Вебера.

— Так ты всё это время здесь просидел? Крыса! — прошипел он, и в его голосе было столько яда, что действительно хватило бы потравить всех крыс в округе. Совершенно не задумываясь, на одних рефлексах, диверсант резко вскинул перед собой пистолет, беря меня на мушку. Я проделал тоже самое со своим «ТТ» — вскинул и прицелился. Курки мы спустили практически одновременно…

Глава 7

Мы одновременно спустили курки, но у Профессора вместо выстрела раздался лишь сухой щелчок — заменить обойму он так и не удосужился. А вот мой пистолет плюнул огнём — короткая ослепительная вспышка, оглушительный хлопок, и отдача, ударившая в ладонь.

Пуля попала прямёхонько в лоб Профессору, как я и хотел. Худосочный диверсант дёрнулся всем телом, его глаза широко раскрылись, а затем он медленно рухнул на землю, так и не выпустив вещмешок с золотом из руки. Еще один готов!

Я лежал