Пётр из Дусбурга. Хроника земли Прусской. Текст, перевод, комментарий - Петр из Дусбурга

рода нобилей, то ему даются земли в свободное владение и в таком количестве, что он может жить подобающе положению своему; если он не знатен, то он и сам служит братьям по доселе соблюдаемому обычаю земли Прусской; разве что с достойными награды или порицания поступают по-иному. Например, незнатные, которые в вероотступничестве или при других обстоятельствах преданно примыкали к вере братьев, разве славные их заслуги не требуют того, чтобы незнатность их превратилась в благородную знатность, а рабство – в заслуженную свободу? Непременно, Господи. И соответственно этому разумей и обратное. Вот почему в земле Прусской много новообращенных, предки которых происходили из знатного рода, они же из-за зла, причиненного вере и христианам, были признаны незнатными; другим же, чьи родители были незнатными, за верное служение, оказанное вере и братьям, дарована была свобода597.

221. Окончена Прусская война. Начинается Литовская война

В год от Рождества Христова 1283-й, в то время, когда от начала войны с народом пруссов протекло уже пятьдесят три года и все народы в упомянутой земле были побеждены и уничтожены, так что не уцелело ни одного, который бы смиренно не склонил выю свою пред священной Римской Церковью, братья вышеупомянутого дома Тевтонского начали войну с тем народом, могучим и жестоковыйным598 и закаленным в сражениях, который был ближайшим к земле Прусской и жил за рекой Мемель в земле Литовской, и вот как599.

222. О взятии замка Литвы, называемого Бисена

Зимой брат Конрад фон Тирберг, вышеупомянутый магистр земли Прусской, и многие братья с большим войском перешли по льду Мемель и, войдя в землю Литовскую, мощно штурмовали упомянутый замок Бисену600 с утра до полудня, и такими грозными были они в упомянутом штурме, что, убив и смертельно ранив многих из замка, они наконец мощно вторглись в него и, одних взяв в плен, других убив, превратили его в пепел601. Оставшаяся часть войска вошла в волость упомянутого замка, а после, учинив большой пожар, воротилась с огромной добычей. В этом штурме многие христиане были тяжело ранены, а четыре брата и один слуга с конями и оружием утонули в Мемеле, поскольку лед был тонок.

223. О разрушении замка Гарты

В год от Рождества Христова 1284-й этот магистр, еще не насытившись войной с язычниками, собрал сильное войско и с проводником Скумандом летом выступил на замок Гарту и, переправляясь через Мемель, расставил в надлежащих местах лучников, а когда к стенам были приставлены лестницы, завязалась столь великая битва, что робкие не осмелились бы смотреть на такое. Осажденные оказывали мощное сопротивление атакующим, и с обеих сторон было много раненых. Наконец, по воле Божьей, братья вторглись мощным натиском и, всех убив или взяв в плен, сожгли замок. После этого тысяча восемьсот человек вошли в волость упомянутого замка, опустошая все вокруг огнем и мечом, и, взяв в плен и убив многих людей, они ушли с огромной добычей. В этой волости был убит один барт, который бежал из Погезании, а во время последнего вероотступничества взял в плен комтуров Христбурга и Эльбинга с их дружинами. И вот на него, уже убитого, набросилась, зловеще терзая, собака его и, разорвав ему левый бок, вырвала из тела сердце его, известное столькими предательствами и коварством, и пожрала в присутствии многих христиан.

224. О смерти Скуманда

Вот чудесное превращение и изменение десницы Всевышнего602: тот Скуманд, который прежде всеми силами преследовал Божью церковь, ныне стал ревнителем веры, славным вождем народа христианского. Когда настал его смертный час, брат-священник из Балги Конрад603 спросил его, чем он заслужил такую благодать от Господа в вере Христа, и он ответил: «До обращения моего я никогда не сделал ничего доброго, разве кроме того, что, когда язычники похитили в Польше образ Пресвятой Девы Марии с Сыном ее и разрубили пополам, я поднял его с земли, обтер одеждой моей и поставил в надлежащее место». Сказав это, он счастливо почил в Бозе.

225. О возвращении бартов и гибели многих литвинов

До штурма братьями вышеупомянутого замка Гарты несколько бартов, бежавших наконец из Погезании, собрав войско вместе с литвинами, выступили на Польшу; оттуда они увели большую добычу, людей и скот, не говоря о прочем содеянном ими зле. Но два барта, а именно Нумо604 и Дерско605, после содеянного в волости Гарты разорения последовали за войском, и по их просьбе все барты и жены их снискали милость братьев, и была возвращена им свобода, что, впрочем, пришлось не по душе фогту Самбии брату Дитриху606 и многим другим узнавшим об этом братьям, ибо они опасались навлечь на себя неприятности, как после и вышло. А упомянутые Нумо и Дерско, войдя в милость к братьям, встретились с вышеупомянутым войском литвинов и, поведав соотечественникам своим о том, что случилось с замком и волостью Гарты и как была возвращена им милость братьев, убили литвинов, а добычу забрали с собой в Погезанию и жили там как прежде.

226. Об измене, послужившей убиению ста христиан

В год от Рождества Христова 1285-й один скалов по имени Гирдило607, который некогда, до своего крещения, пользовался большим уважением среди своего народа, похвалялся, что мог бы успешно воевать с литвинами, будь у него сотня вооруженных людей. Получив их от братьев, он выступил с ними на замок Отекайм608, заранее подговорив людей из упомянутого замка, и они, собравшись вместе, неожиданно напали на них и всех перебили; спаслись немногие.

227. О четвертом вероотступничестве и о мести за него

В год от Рождества Христова 1286-й609 самбийский фогт брат Дитрих мог бы сказать с Иовом: Чего я боялся, то и пришло ко мне610, ибо барты, недавно вернувшие милость братьев, и погезаны и прочие пруссы, желая по обычной для них привычке к пороку снова восстать против братьев, заключили союз с некоторыми пруссами611, чье отвратительное деяние вполне заслужило того, чтобы предать огласке их имена; но я не делаю этого из почтения к положению их. И вот они договорились на тех условиях, чтобы пригласить князя руйянов612 с сильным войском и, вытеснив братьев из земли Прусской, поставить его королем и господином своим. Это мерзкое дело было раскрыто при строительстве замка Рагнит, и каждый из Барты и Погезании, имевший отношение к этому мерзкому заговору, получил заслуженную кару