Лавкрафт. Я – Провиденс. Книга 2 - С. Т. Джоши

тот его подправит и согласится опубликовать как соавторскую работу. Лавкрафт долго не откликался на письмо Прайса, а потом сообщил, что потребуется внести серьезные изменения, дабы история соотносилась с оригиналом. В благодушном ответе от десятого октября Прайс согласился почти со всеми указаниями Лавкрафта и думал, что на редактирование уйдет совсем немного времени (он-то свой рассказ набросал всего за два дня)77, однако Лавкрафт закончил переработку текста только в апреле 1933 года.

«Повелитель иллюзий»78 – кошмарное творение. Это нелепая история о том, как Рэндольф Картер, нашедший серебряный ключ, попадает в странную пещеру (расположенную в холмах позади его дома в Массачусетсе) и встречает там необычного человека, который представляется как «Умр ат-Тавил, твой проводник». Он уводит Картера в какое-то другое измерение, где тот встречает Древних. Эти существа объясняют Картеру, как устроена Вселенная: если круг получается из пересечения конуса с плоскостью, то и наш трехмерный мир – результат пересечения плоскости с фигурой из высшего измерения; подобным же образом время является иллюзией, всего лишь последствием «разрезания» бесконечности. Выясняется, что все когда-либо жившие Картеры принадлежат к единому архетипу, поэтому, если бы Картер смог управлять своей «плоскостью сечения» (то есть плоскостью, определяющей его положение во времени), он сумел бы оказаться любым из Картеров и попасть в любую эпоху, от античности до далекого будущего. В неожиданном (по крайней мере, по замыслу) финале мы видим, как Картер в облике старика появляется среди людей, собравшихся для разделения его наследства.

История вышла крайне слабой, и все же Лавкрафт попытался хоть как-то ее исправить. Анализируя творение Прайса, он указал в письме на моменты, требующие доработки: 1) стиль необходимо сделать более похожим на «Серебряный ключ» (в версии Прайса, конечно, полно типичных для него бурных метаний и словесных перебранок, но язык при этом ужасно безжизненный, высокопарный и напыщенный); 2) некоторые эпизоды нужно привести в соответствие с сюжетом «Серебряного ключа»; 3) переход из обычного мира в гиперпространство (если именно это он имел в виду) лучше сделать менее явным; 4) избавиться от поучительного тона в разговорах Древних с Картером. «Черт, это будет работа не из легких!»79 – справедливо заключил Лавкрафт. Из-за наплыва других задач он взялся за данный рассказ только спустя несколько месяцев. К марту 1933 года Лавкрафт осилил семь с половиной страниц80, потом отвлекся на другие редакторские проекты и закончил этот рассказ в начале апреля81.

Результат никак нельзя назвать удовлетворительным. Если «Серебряный ключ» был трогательным отражением самых сокровенных переживаний и убеждений Лавкрафта, то «Врата Серебряного ключа» – это фантастическо-приключенческая история с нелепыми и вымученными размышлениями на тему математики и философии. Лавкрафт сильно изменил сюжет, хотя по возможности сохранил большинство идей Прайса. Действие начинается в Новом Орлеане, где для решения вопроса о том, как распорядиться наследством Картера, собрались несколько человек: Этьен-Лоран де Мариньи (в нем воплотился образ самого Прайса), Уорд Филлипс (сразу понятно, кто подразумевается под этим героем), адвокат Эрнест Б. Эспинуолл и странный человек по имени Свами Чандрапутра. Свами выступает против совершения каких-либо действий, так как считает, что Картер еще жив. Далее он рассказывает невероятную историю о том, что случилось с Картером после его возвращения в детство (в «Серебряном ключе»).

Итак, Картер, пройдя через несколько «врат», оказался в каком-то месте «за пределами знакомого пространства и времени» – туда его привел «проводник» Умр ат-Тавил, Продолжатель жизни. В итоге с помощью проводника Картер попадает к тронам Древних и от них узнает, что у каждого существа во Вселенной есть «архетипы» и что все предки человека – грани одного и того же архетипа. Картер, как оказалось, является гранью так называемого «ВЕРХОВНОГО АРХЕТИПА». Затем каким-то таинственным образом Картер перемещается на планету Яддит в тело причудливого создания, мага Зкауба. Со временем он все-таки сумеет вернуться на Землю, однако будет вынужден использовать маскировку из-за необычного внешнего вида.

Когда несговорчивый адвокат Эспинуолл поднимает на смех историю Свами Чандрапутры, нас ждет финальное (и не такое уж неожиданное) разоблачение: Свами – это и есть Рэндольф Картер, заточенный в чудовищном теле Зкауба. Эспинуолл, стянувший с него маску, падает замертво. Картер сбегает через дверцу огромных часов.

«По моим подсчетам, [Лавкрафт] оставил без изменений не более пятидесяти слов из моего первоначального рассказа»82, – отмечал Прайс, в связи с чем многие считали, что финальный вариант «Врат Серебряного ключа» кардинально отличается от оригинального наброска, однако Лавкрафт, как мы узнали, изо всех сил старался придерживаться сюжета Прайса. Цитаты из «Некрономикона» в основном принадлежат Прайсу, а следующий отрывок, немного исправленный Лавкрафтом: «[Картера] поражала страшная заносчивость тех, кто без умолку болтал о жестоких Древних, будто Они могли очнуться от вечных снов и обрушить свой гнев на человечество» – так удивительно схож со взглядами формирующейся псевдомифологии самого Лавкрафта, что он остался в тексте практически без изменений.

Рукописный текст Лавкрафт отправил Прайсу, чтобы тот его напечатал, традиционно не забыв о нелестных (и в этом случае справедливых) замечаниях в собственный адрес: «Сотрудничать я не мастер, но старался по мере моих скромных сил»83. Прайса же переполнял энтузиазм, несмотря на некоторые спорные моменты: к примеру, ему не понравилось использование теософских терминов (Шалмали, Шамбала, Владыки Венеры и т. п.), которые он сам же и предоставил, поэтому Прайс попросил Лавкрафта изменить отдельные слова либо менял их сам. По всей вероятности, был подготовлен еще один экземпляр машинописного текста, поскольку в сохранившемся много ошибок и рукописных пометок на полях, сделанных как Прайсом, так и Лавкрафтом.

Девятнадцатого июня Прайс отправил рассказ в Weird Tales, добавив хвалебные слова в адрес Лавкрафта и сообщив о том, что его вклад в работу был минимальным: «В этом произведении так много от Лавкрафта и так мало от меня, что я не постесняюсь сказать… такого цельного и тщательно проработанного описания Вселенной и гиперпространства я еще не встречал»84. В письме к Лавкрафту от семнадцатого августа Фарнсуорт Райт дал вполне ожидаемый ответ:

«Я внимательно прочитал „Врата Серебряного ключа“, и меня просто поразил колоссальный размах истории. Это невероятно смелое и сложное произведение…

Однако я опасаюсь предлагать его на суд нашим читателям. Многие, конечно… придут восторг и прочитают рассказ с удовольствием, но найдется немало и тех – и таких, пожалуй, будет большинство, – кто его не осилит. Описания и обсуждения космических измерений испортят им всю радость от чтения…

…спешу заверить, что никогда прежде не отвергал рассказ с таким сожалением»85.

Думаю, слова утешения не очень-то помогли Лавкрафту, хотя он