СВО XVII века. Историческое исследование - Илья Рыльщиков

под Ригою. Да я ж холоп ваш был в полку окольничего и воеводы князя Ивана Ивановича Лобанова-Ростовского под Быховым и город Быхов взяли. Да я ж холоп ваш был в полку боярина и воеводы у князя Юрья Алексеевича Долгорукова как был бой с Сопегою и Чернецким на Басе реке и с ыными гетманы. Да я ж холоп ваш был в полку боярина и воеводы князя Якова Куденековича Черкасского. А после того был в полку боярина и воеводы князь Юрья Алексеевича Долгорукова под Копорью и в Дубраве. Да я ж холоп ваш был в полку окольничего и воеводы князь Петра Алексеевича Долгоруково под Глуховым. А после того был в полку у боярина и воеводы князь Григорья Семёновича Куракина в Севску как побили тотар. Да я ж холоп ваш был в полку боярина и воеводы князь Василья Голицына в Путивле как делали город Путивль» (РГАДА, ф. 210, оп. 12, д. 810). Из документа следует, что прапрадед писателя Александра Радищева Константин Иванович Радищев погиб в войне с Речью Посполитой в 1654 году, то есть в самом начале кампании в успешной для России битве за Смоленск, родной брат прапрадеда был убит во время войны со шведами в 1656 году. Исполняя свой воинский долг, родной брат прадеда писателя Афанасий Радищев ходил в походы против шведов и поляков с литовцами, с крымскими татарами и с «ызменники черкасы» в 1656, 1659, 1660, 1664 годах. Причём в 1664 году воин по фамилии Радищев, а по имени Афанасий, побывал сразу в трёх походах. Он бился с татарами на южных рубежах государства и в 1668 году. В 1660-е годы пути служилых людей из городов Белгородской черты и дворянского полка, в котором служил Афанасий Константинович Радищев, могли пересечься. В этом случае Афанасий Константинович вполне мог познакомиться с добренцами Востриковыми, Микулиными, Быковыми, Колобовниковым, Кочетовым и так далее. Общались бы они, разумеется, на равных, случись такая встеча. Откуда было спеси взяться: именно в ту пору по-настоящему славные дворянские роды становились таковыми только после того, как на алтарь победы были положены жизнь отцов и братьев основателей дворянских фамилий. Рассвет рода Радищевых пришёлся как раз на вторую половину XVII века и связан был с ратными подвигами павшего в бою Константина Радищева и его сына Афанасия.

Перейду к однофамильцам предков славных сынов России, прежде чем снова вернуться к предкам. На самом деле однофамильцы-дворяне в огромной и маленькой одновременно России XVII века неминуемо все друг другу были родственниками. В одном из дел (РГАДА, ф. 210, оп. 13 д. 644) находим упоминание капитана Бориса Гаврилова сына Ушакова, который служил в полку Василия Челюскина в 1668–1669 годах. Полком Челюскина был пополнен полк боярина, воеводы и князя Григория Семёновича Куракина. Борис Ушаков повоевал под Королёвцем недалеко от Сум. Нужно сказать, что Борис Гаврилович был не только однофамильцем выдающегося адмирала, не проигравшего ни одного сражения, и, возможно, иконописца, создавшего несколько знаменитых икон с образом «Спаса Нерукотворного». Среди предков А. С. Пушкина была линия Ушаковых. Напомню, что один из губаревских Иловлинских породнился с дворянами Ушаковыми. Полковник Василий Челюскин/Челюсткин из Мещовска, в чьём полку служил Борис Ушаков, безусловно, является близким родственником предков первопроходца, полярного мореплавателя Семёна Ивановича Челюскина и Александра Сергеевича Пушкина, с Иваном Алексеевичем Буниным.

В другом сообщении в том же деле читаем, что рейтары полка всё того же Василия Челюскина попали под командование Г. Г. Ромодановского: «В нынешнем государь во РОЗ (1668–69) году мы холопи твои были на твоей великого государя службе в Севску твоего государева боярина и воеводы князя Григорья Семёновича Куракина с товарыщи. И на татарских боях в походех мы холопи твои были и бились за тебя великий государь не щадя голов своих. Да мы ж холопи твои были в походех под Воронежом и под Кролевцом и под Коропом и под Луховым. И по твоему великого государя указу в Путивле отданы мы были холопи твои в полк твоему государеву боярину и воеводе князю Григорью Григорьевичю Ромодановскому с товарыщем. И по твоему великого государя указу ис Путивля посыланы мы холопи твои были под Нежин и под Чернигов для выручки твоих великого государя ратных людей из осады. А как государь ис под Чернигова пошли и бой был у нас холопей твоих с татары и с черкасы. А ушли государь все отводом. (…) И как боярин князь Григорий Григорьевич Ромодановской с товарыщи шел с полком от Чернигова к Путивлю и в то время напали крымской салтан с татарами и воры изменники черкасы внезапу на полк боярина князя Григория Григорьевича Ромодановского с товарыщи».

А что это было, спросите вы? Отвечу. Походы от Воронежа до Лухова пропущу, потому что они не связаны с основной темой моего высказывания. А вот слияние полков Куракина и Ромодановского под общее командование последнего означает, что дворяне во время военной кампании объединились в очередной раз со служилыми людьми из городов Белгородской черты. Доброе Городище тоже было среди них, значит, и добренцы были в объединённой армии. Зачем понадобилось объединённым полкам идти на Чернигов? Знакомый нам по предыдущей главе гетман Иван Брюховецкий «отложился», переметнулся, в общем, изменил русскому царю. Воеводой в Чернигове в то время был Андрей Васильевич Толстой, предок гения – Льва Николаевича Толстого и двух Алексеев Толстых – русских писателей-классиков, а также отец вельможи времён Петра Великого, Петра Андреевича Толстого. Проигнорировавший ультиматумы о капитуляции воевода Андрей Толстой вместе с гарнизоном и в компании со своими сыновьями оказался в блокаде. Вот к ним-то, к осаждённому черниговскому гарнизону, дворянские полки и белгородцы из различных городов, в том числе и добренцы (Востриковы, Кочетовы, Труновы, Микулины, Быковы), спешили на выручку.

В сентябре 1669 года Г. Г. Ромодановский и Г. С. Куракин со своими полками подошли к Чернигову и разбили врага. За преданность царю и отвагу Андрей Васильевич Толстой, выдержавший несколько месяцев блокады и осады, получил всяческие поощрения. С этого момента его карьера пошла в гору. Не было бы этого осадного сидения, Пётр Андреевич Толстой, скорее всего, не стал бы сиятельным графом и сподвижником Петра I, а род Толстых не дал бы России и миру одного выдающегося и ещё двух великих писателей. Или Лев Николаевич и без этого бы нашёл свой путь? Всё может быть, только вот происхождение по материнской линии от князей Волконских было бы невозможно: князья из рода Рюриковичей с уездными дворянами не то