По рукам? - Ася Федотова

Решил не писать ей и не звонить. Приехать в зал и действовать по факту. Если Плюшкиной не будет, можно просто позаниматься самому, спустить пар.

Но Лерочка оказалась в зале. Разминалась. Одна. Самостоятельно. И даже не обращала внимания на тех, кто пыхтел за ее спиной на велотренажерах.

— Привет, — поздоровался я, оценивая новый прикид Лерочки.

Черная футболка, того же цвета спортивные лосины и неизменная гулька на затылке. Только вот очков на носу не было. В линзах что ли?

— Это тебе, — я протянул осла.

Плюшкина закончила с наклонами и повернулась ко мне, стоящему за ее спиной.

— Это что? — удивленно выкинула брови.

— Это я, — пожал плечами, — осел. Лер, прости за вчерашнее. Я не хотел обидеть тебя. Ступил. Перегнул палку.

Лерочка сдула со лба выбившуюся из пучка кудряшку.

— Ладно. Принято, — потом посмотрела на меня так внимательно, будто выискивала что-то.

А я завис на ее глазах. То ли серых, то ли зеленых, то ли в коричневую крапинку. Казалось, они могут менять цвет.

— Тебя не было на лекциях, — и забегала взглядом по моему лицу. Я не понимал, как она смогла сделать это: вытащить на поверхность, расковырять. Мы же не знали друг друга от слова совсем. Но она смогла. — Денис, — вкрадчиво и даже встревоженно обратилась ко мне, — у тебя что то случилось?

И на меня так накатило. Заструилось, потекло по оголившимся нервам. Отчаянно рвалось наружу желание вывалить на нее все, что накопилось внутри. У меня по всем фронтам провал. Ничего не получалось, не выгорало. В семье, в учебе — везде проблемы. "Как же я зае..." — чесалось на языке одновременно с нежиданным порывом склонить голову к плечу Плюшкиной, закрыть глаза и выдохнуть.

Глава 6

The XX — Angels

ЛЕРА

Я ехала в спортзал вслепую. Керимов не появился на учебе, не позвонил и не написал. Я тоже не стала. Еще чего! Он вообще-то меня очень сильно обидел, задел за живое. Так что и первый шаг с него.

Приедет ли Денис, я не знала, но все равно решила не пропускать тренировку. В конце концов, можно повторить предыдущие упражнения или же просто покрутить педали.

Короче, добралась уже вся взмыленная, заведенная и надумавшая там себе всего разного. Переоделась в раздевалке, сменила очки на линзы и собравшись морально побрела в сторону спортзала.

Решила приступить к разминке, как и учил Керимов. И вот спустя минут десять появился Денис собственной персоной. Первым делом возникло желание вообще его проигнорировать, вторым — нагрубить, но потом, стоило повернуться и посмотреть на него, как все мысли разбились в щепки.

Керимов протянул мне совершенно нелепого осла и извинился. Абсолютно искренне попросил прощения за свои идиотские действия.

И все же что-то помимо этого меня насторожило. Что-то более громоздкое, давящее плескалось в его зеленых, как болотные топи, глазах. Денис выглядел так, будто вымотался в край. Но разве у этого красавчика, баловня судьбы могли быть заботы? Везде ему почет и уважение, нужды не знал, крутая тачка, как выяснилось, своя квартира. Верные друзья. Родители живы и здоровы. Отец построил бизнес таких масштабов, что о завтрашнем дне можно было и не париться. От противоположного пола отбоя не было. Керимов даже по университетским коридорам передвигался с такой миной, словно не обращал внимания на возню вокруг своей персоны и снисходительно улыбался с высоты своего полета.

Но мне почудилось, что на самом дне его души, как будто, вместо зыбкого мелкого песочка, простирались камни, острые глыбы. И это так было не похоже на Дениса, которого я видела и знала в стенах универа.

— Тебя не было на лекциях — мне хотелось понять, что с ним сегодня было не так. Сама не знала, зачем это нужно. Какая вообще разница, что там у него? Вообще никакой, но все же...

— Денис, у тебя что то случилось?

Всего лишь на одно мгновение показалось, что Керимов только и ждал хоть от кого-нибудь подобного вопроса. Показалось, что он был готов вытащить из себя все, что накопилось. Но лишь на одно мгновение. Потому что уже в следующую секунду Денис нацепил привычную маску беззаботного парня, хитро сощурился и растянул губы в улыбке.

— Все норм, Юшкина. Пойдем к тренажерам. И, кстати, тебе круто без очков.

Первым делом гипертензия. Одно из самых адских упражнений, которые я выполняла. И дело даже не в том, что напрягалось все тело и уже на втором подходе, казалось, сил больше нет. Тут скорее больше чисто психологическая сторона процесса. Лицо краснело, футболка при наклонах сползала вперед к груди, задница сжималась при подъемах. Я только и думала о своем животе, вывалившемся из-под резинки лосин. Со стороны — зрелище так себе. А ведь рядом стоял Керимов и все это действо наблюдал. Такой вот из себя идеальный. В белой безрукавке, которая (пришлось признать, чего уж там) очень удачно подчеркивала бицепсы на руках, и черных свободных шортах по колено. Стыдно было до слепой ярости на него. Кровь просто бурлила.

После третьего подхода, во время отдыха я полыхнула по равнодушному лицу парня всей степенью своего недовольства.

— Керимов, неужели нельзя повтыкать в телефон, пока я корячусь на этом гребанном тренажере? Или, не знаю, по сторонам посмотреть. Вон какие фифы ходят. На них попялься.

Тот моментально оскалился.

— Слушай, Юшкина, я просто смотрю, правильно ли ты все делаешь. Потому что если косячишь — эффекта не будет. И не сочиняй там себе лишнего.

— Корону поправь, — буркнула я в ответ и с остервенением полезла на тренажер.

Следующие пару упражнений я выполняла молча. Керимов казался рассеянным, злым и отрешенным. Первый раз я видела его таким.

А потом мы пошли в пустой зал для групповых занятий.

— Разве так можно? — удивилась я, оглядываясь по сторонам.

— Договорился, — с неприкрытым раздражением ответил Денис.

Керимов постелил коврик, взял у стойки пару гантель.

— Сначала упражнения для рук, потом планка на минуту. Как обычно, четыре подхода.

Показал наглядно, что мне нужно сделать, и я едва не выматерилась в голос.

Занятия с гантелями сначала показались легкими, а потом мышцы стали сильно напрягаться. Но планка добила окончательно.

— Я не могу, — пискнула во время планки.

— Можешь, — непоколебимо выдал Керимов, устроившись задницей на матах возле стены. — Ты же не слабачка. Держись, Юшкина. Пятнадцать секунд осталось.

— Не могу! — я рухнула на коврик всем своим немалым весом. Растеклась, как слайм и захныкала, пряча лицо в изгиб локтя.