Джихангир-Император. Прошедшее продолженное время - Александр Петров

Кастета взяла в оборот Катерина, Семена приласкала девочка из второй тройки. После объявления приказа старшей отряда они с удовольствием остались при своих пассиях. А я делал вид, что все нормально, и давал Клавдии умные советы, когда та лила бальзам на мое самолюбие, спрашивая мое мнение.

Вот и сейчас она легко и непринужденно показала, кто в группе старший, отправив меня на время совещания понаблюдать за объектом.

Наша цель находилась недалеко от бывших Святых ворот. По обрывкам фраз я понял, что амазонки собираются преодолеть участок между надвратной церковью и угловой башней. Сначала я подумал, что они сошли с ума.

Там их ждал крупнокалиберный пулемет, вытянув хобот ствола из бойниц башенки над воротами. Когда-то над ней была маковка купола, но потом время и люди убрали лишнее украшение.

Пулемет и пикет на галерее не были серьезным препятствием. Гораздо хуже было то, что караул крепости располагался в бывшей надвратной церкви. Когда погасло раздражение, стало понятно, что план «кошек» при всем своем безумии очень хорош.

Проникновение в непосредственной близости от расположения караула, с одной стороны, выглядело полным безрассудством, но с другой – позволяло быстро и тихо покончить с охраной, расположенной в помещениях над воротами. От нас такой наглости не ждали, а оттого фактор внезапности был на нашей стороне.

Соответственно для меня сразу наметились цели. Нужно было быстро свалить пулеметчиков, потом дозорных на галерее. А дальше дело за «дикими кошками». Немного смущала игла колокольни у монастыря, которой сам Бог велел быть наблюдательным пунктом и огневой точкой.

Но, зная специфику караульной службы, я готов был поклясться, что часовые на колокольне спят крепким сном.

Я нервно размышлял, как выманить на выстрел обоих номеров пулеметного расчета. Один регулярно показывался в бойницах башенки. Но вот второй, по всей видимости, спал где-то рядом, и я его не видел ни разу.

Убить дозорного наверху было плевым делом. Нетрудно свалить охранников на галерее. Но добраться до спящего под защитой стен нерадивого солдата было трудней всего. Амазонки закончили совещаться, и Клавдия стала объяснять мне задачу. Боевые тройки воительниц готовы будут атаковать через десять минут. Я должен был обеспечить им незаметный проход. Каким угодно способом…

«Дикие кошки» заканчивали подготовку. Девушки проверяли снаряжение – не брякают ли ножи и мечи в ножнах, автоматы на ремнях и боезапас в разгрузках. На плечах амазонок появились мотки веревки для преодоления стены. Балаклавы скрыли лица. Около глаз воительницы зачернили кожу жиром и сажей.

Перед боем я натянул поверх пятнистой «шкуры» полевой формы свой старый балахонистый комбинезон.

Амазонки не отреагировали, увидев меня в таком прикиде, но парни не смогли сдержать удивления. В Покрове я всячески пресекал слухи о своей принадлежности к отмороженным убийцам, лучшим наемным охранникам лесных караванов.

– Я всегда знал, командир, – заметил Семен. – Уж больно ты крут.

– Да ладно, – заметил я. – Мы в Покрове старый Теневой отряд переплюнули.

– Ну да, – согласился Семен. – Побегай днями по лесам от суздальских карателей!

– Будет нам от князя полное прощение, как он обещал, и мы всех ребят вытащим во Владимир, – пообещал я.

– Дай Бог, – согласился Семен и отправился к своей группе.

Ко мне подошла Клавдия и зачем-то провела рукой по моему лицу. Это не было лаской или фамильярностью. Ладонь девушки была жирной и черной. Я брезгливо отстранился, но тут же понял, что боевой камуфляж сейчас более чем уместен.

– Спасибо, – произнес я, буквально заставив себя сказать это простое слово благодарности.

Мне хотелось прибить девушку за то, что она переиграла меня. Наверняка амазонки договорились обо всем заранее.

– Сделай их всех. Удачи, – сказала Клавдия, с тревогой заглянув мне в глаза.

Я остался один на один со своей задачей и своей ответственностью. Позиция находилась в пятидесяти метрах от стены, на самой кромке леса. Высокие кусты прикрывали переломленный ствол большого дерева. В темноте я был совсем не виден, стрелять было удобно. Оставалось лишь решить, кого валить сначала, – пикет стражников на стене или пулеметный расчет на башне.

Если начать с самых доступных мишеней, убив людей в галерее, получится, что на надвратной башне непременно поднимут тревогу. Лучше наоборот. Но там есть большой сюрприз в виде второго пулеметчика.

Караульный пикет на галерее ползал взад и вперед. Некоторое покачивание стражников говорило о том, что они или сильно хотят спать, или пьяны. И то и другое было мне на руку.

Стражники двигались с довольно большим интервалом, появляясь через одно, а то и через два оконца друг от друга. Они о чем-то негромко разговаривали. Из-за расстояния я не мог разобрать слов. Судя по голосам, это были пожилые дядьки, отягощенные семьей и проблемами со здоровьем.

Стало легче определяться. За стеной и крышей старые пни вряд ли услышат стрельбу.

Я сосредоточил внимание на пулеметчике сверху. Низкие бойницы позволяли видеть его почти по пояс. Снять врага было легче легкого. Но второй… Вряд ли он спит так крепко, чтобы не проснуться, когда под звон доспехов напарник шлепнется мешком дерьма. А чтобы провалить дело, хватит одного его выстрела…

– Ты чего ждешь? – едва слышно спросила Клавдия, подобравшись сзади.

– Посмотри. В пулеметном гнезде всего один. Второй не показывается.

– Ну вот и отлично, пристрели его.

– Они всегда попарно сидят. Наводчик и заряжающий. Второй тревогу поднимет.

– А он ни разу не высунулся?

– Увидел бы, обоих снял бы в момент.

– Может… – с надеждой начала амазонка.

– Я не уверен, что его там нет, – оборвал я ее. И продолжил с некоторым ехидством: – Если прикажешь, начальник, срежу того, который виден, прямо сейчас.

Она попятилась от меня, как от зачумленного.

– Не возись долго, – бросила девушка. – Не снимешь часовых через пять минут, мы отойдем.

«Дикая кошка» бесшумно отползла к своим. Я понял, что Клавдия не хочет быть причастной к неудаче.

Суздалец маячил то на одной стороне площадки, то перебирался на другую сторону. Наблюдая движения его головы, я обратил внимание, что он не сосредоточивает надолго взгляда ни на каком предмете внутри периметра. Смутное подозрение шевельнулось внутри.

«Неужели он вправду один? – удивился я. И тут же глупость этого предположения показалась мне очевидной. – Как он сможет вести огонь без заряжающего?» И в тот же миг подумал, чтобы прижать одинокого стрелка в ленте патронов хватит.

С запоздалым раскаянием я подумал, что меньше нужно было рисоваться перед девчонками. Тогда бы они не признали во мне непобедимого снайпера, который в одиночку справится с целой армией.