Запасной мир - Анатолий Дроздов

Музыки нет, оркестр отпущен. Он и не нужен. Дробь каблуков, удары подошв… После потери ног врач посоветовал мне танцевать джигу. «Только так ты почувствуешь протезы, как свои ноги!» – сказал он. Я старался. Натирал культи до крови, но плясал. Правда, там были бионические протезы, но и в этих стопа подвижна. Удар краем получается…

С ожесточением бью чечетку. Вот вам! За мою сломанную жизнь, предательство, унылое будущее… Получите! Дробь нарастает, поворот, движение боком, махи ногами… У сидящих за столом открыты рты. Подобной пляски они еще не видели. А это мысль… Поворот, второй – ап! Вскидываю руки.

За столом восторженно кричат.

– Вы научите нас так танцевать, Айвен? – вскакивает Эйби.

– Запутаетесь в юбке.

– Я могу ее укоротить! – хмыкает Эйби. – Вот так! – она приподымает подол, демонстрируя стройные ножки в белых чулках.

Стол взрывается восторженными криками. Довольная эффектом, Эйби, не опуская подола, пытается изобразить чечетку. Получается плохо. За столом хохочут, обо мне забыли. Отхожу в сторону, беру полотенце и вытираю потное лицо. Кто-то осторожно трогает мою руку. Оборачиваюсь – Ее Величество! Я не слышал, как Бетти подошла. Мирка прыгает мне на плечо и стрекочет. Она радуется, когда стая вместе.

– Тебе плохо? – тихо спрашивает Бетти.

Ну и глаз у нее! Все видит.

– Мне хорошо.

Она кивает, но по лицу видно – не поверила.

– Красивый танец, – говорит, отводя глаза. – Жаль, не увидят на балу.

– Посмотрим! – замечаю в ответ.

Бетти впивается в меня взглядом. Делаю непроницаемое лицо. Будет вам сюрприз…

* * *

День рождения – хлопотное дело, а если это монарх, то хлопотно вдвойне. Поздравить Ее Величество прибыли губернаторы провинций – здесь их называют «съёрдами», высшие чиновники, адмиралы флота, командиры полков… Каждого надо принять, уделить время, иначе обидятся. А зачем нам обиженные? Поэтому терпим. Изъявления верноподданнических чувств, комплименты, заверения в преданности… Меня тошнит, а Бетти улыбается, протягивает руку для поцелуя, ласково говорит с посетителями. Те тают. Кровь… Харри не везло с наследниками, но дочь ему удалась.

Гости несут подарки: украшения, посуду из драгоценных металлов, деньги. Взамен получают портреты королевы. Их изготавливает наша живописная мастерская. Я не говорил, что она у нас есть? Ну, так знайте! Элсли нашел художников, а я сделал им предложение, от которого у живописцев захватило дух. В моем мире в государственных учреждениях висят портреты монарха или президента – традиция. В Алитании этого не было. Непорядок! Надо, чтоб королева присутствовала! Пусть помнят и боятся. Фотографии в Запасном мире нет, портреты пишут художники. Представляете поле деятельности? Гарантированный заказ на десятилетия! Монархи стареют, полотна нужно обновлять…

На портреты установлены расценки – в зависимости от размера. Самый дорогой – ростовой, где Бетти стоит в шляпке и с Миркой в руках. Покупателям объясняют, что горностайка – королевский зверь, имеющий титул. Те впечатляются. Ростовой портрет стоит целое состояние – сто крон, но заказчики находятся. Укрась таким дом – и соседи обзавидуются. У человека есть золото на такую картину – богач! Портреты поменьше стоят дешевле. Всего их три типа. Есть гравюры на бумаге – это для самых бедных. Раскупают их, к слову, хорошо – Бетти популярна. Мы отменили дурацкие налоги и вернули в страну закон. В королевстве – мир и покой. Ну, пока… Мастерская трудится не покладая рук, число художников в ней растет. В их числе и Тибби. Я сдержал слово и отдал мальчика в обучение. Мастер хвалит Тибби, говорит, что у него талант. Еще жалуется, что парень хулиганит. Писать одно и то же ему скучно. Поэтому Мирка на портрете у него то зевает, то задирает хвост, а то и вовсе покидает руки Бетти и перемещается на ее плечо. Последний сюжет, к слову, пришелся по вкусу королеве. Она забрала портрет и повесила у себя в спальне. Любуется. На картине Бетти – красавица, про Мирку и речи нет – само обаяние. У Тибби – сестры, и он обожает девочек. Пишет их с удовольствием.

Доход от портретов идет в казну, художники работают по расценкам. Они их устраивают. А можно и подхалтурить, написать кому-нибудь картину – это не возбраняется. За «портретные» деньги закладываем корабли, перевооружаем полки. Гости, прибывшие поздравить Бетти, получают из ее рук маленькие портретики – незачем вводить казну в расходы. Зато маленький не купишь, не продаются, их вручает королева. Эксклюзив. Гостям в радость, и нам выгодно – все довольны.

Прибыл вождь горцев, он же родной дядя Ее Величества. Его зовут Амхер. В клане вождей все имена начинаются с «а» – традиция, понимаешь ли. У «хера» плутоватая рожа и цепкий взгляд. Распинается, как горячо любил мать Бетти, как сильно обожает ненаглядную племянницу. Ага, пока Бетти была в Иорвике, даже писем не слал. Явился денег просить, это к гадалке не ходи. И – точно, слышу:

– Твои преданные родичи, племянница, нуждаются в оружии и припасах. Нет нам жизни от гленцев – теснят с гор. Не попусти сгинуть родной крови! Десять тысяч крон – и мы их победим!

Бетти морщится. Деньги давать она не любит, я – тоже. В этом мы солидарны. Да и «хер» заломил. Однако помочь горцам нужно – они держат проход через границу. Другой дороги по суше в Глен нет, королевства разделяет горная цепь. Поэтому захватчики прибыли к Иорвику морем. Если Глен захватит проход – нам кирдык. У них армия в два раза больше, а добавь сбежавших из Алитании дворян…

Беру дядюшку под руку и отвожу в сторону.

– Какое нужно оружие?

– Ружья! – докладывает вождь. – Две тысячи!

– Зачем столько?

– По числу воинов.

– Дам пятьсот.

– Мало! – обижается дядюшка.

– Это необычные ружья…

Спросив позволения Бетти, везу вождя в арсенал. Там Росс демонстрирует гостю штуцер. Мало того, что он нарезной, так еще и капсюльный. Заряжается тонкими длинными пулями. При выстреле они сжимаются и заполняют нарезы. Наша последняя разработка, подсказанная имплантом. Заряжается быстро, стреляет метко. Дядюшка оценил. С обычными ружьями в горах плохо. Там постоянные ветра, и они сдувают с полок порох. Там дожди – он мокнет. В горах приходится стрелять вверх или вниз, с кремневым замком это трудно. Капсюль устраняет эти проблемы. Ну а меткость с дальностью – вне конкуренции.

Постреляв из штуцера, дядюшка кивает:

– Доброе ружье! Пусть будет пятьсот. А припасы?

– Порох, свинец и капсюли дам, – говорю я. – Остальное добудьте.

– Где? – щурится дядюшка.

– В Глене. Если они вас теснят, чего стесняться?

«Хер» улыбается. Дигганы запрещали набеги – боялись ответных действий. Не помогло: Глен все равно напал. Пусть огребет в ответ.

– Денег все же дай! – вздыхает дядюшка. – Я кланам задолжал. Хотя бы тысячу золотых.