Метро 2033. Бездна - Роберт Шмидт

Лицо паренька выглядело ужасно.

Мучители выбили ему несколько зубов, сломали нос, а может, и челюсть. Всякий раз, когда он пытался сглотнуть, — кривился. Синяки на его лице налились и потемнели. Менее опухший глаз то и дело закрывался, словно Немой засыпал сидя. Хорошо еще, что Месси согласился перевязать самые глубокие его порезы, на руках и торсе.

— Увы, нет, — ответил Тесла, возвращаясь к холодильнику. — Однако я знаю хорошего доктора. Может, он и не самый молодой, но, как говорится, старая школа — лучшая.

— Могли бы вы… — начал Учитель.

— Я уже это сделал, — прервал его ученый.

— Не понял.

— Я его вызвал.

— Когда?

— Едва лишь получил известие, — улыбнулся он, заметив удивление на лице Помнящего, — У нас тут прекрасная система связи с границей. Гелиографы, дымные сигналы, костры и прочие чудеса. Некоторые — секретные, а потому давайте без этого. Мы ведь не желаем, чтобы Господин Ян укоротил нас на голову.

— А коротковолновые рации у вас есть? — спросил внезапно Учитель, снова вспомнив странные звуки, которые он слышал в Слепой Ветке.

— Нет. Последние сели несколько лет назад. Я бы много отдал за действующий передатчик, — вздохнул Тесла. — Увы, за двадцать лет, да еще с тем, что происходит на поверхности, нет и шанса разыскать необходимые запчасти. А жаль… — добавил он с явной печалью.

— Отчего же?

Тесла глянул на напольные часы, классический механизм с гирьками.

— Через четверть часа я вам покажу, но сперва давайте поедим и поговорим. У меня интерес к миру — посильнее вашего интереса к этому месту.

— А как там с доктором? — вернулся Учитель к предыдущей теме. — Мой сын страдает.

— Доктор придет, как только сможет. Но прошу вас не питать слишком больших надежд. Лекарства уже лет двадцать как с вышедшим сроком годности, а потому принимать их — страшно. Большая часть трав в последнее время получила новые свойства или превратилась в кровожадных тварей. — Тесла улыбнулся, но, скорее, меланхолично, — Новая медицина — просто куча мусора, а не наука.

— Ну, лучше так, чем никак… — вмешалась Искра, внимательно следя за действиями ученого.

Хозяин, тем временем, спокойно готовил еду. Вода как раз начала кипеть на старой, но прекрасно выглядящей чугунной печечке.

— Может, и так, Аня, — пробормотал задумчиво Тесла. — Может, и так.

— Почему он меня так называет? — шепнула девушка, склоняясь к Учителю.

— Его спрашивай, не меня.

Она скривилась, словно таким ответом он ее оскорбил. А что было ему говорить? Двадцать лет жизни в руинах могли любого довести до безумия. Даже того, кто купался в роскоши, которую обеспечивал этот бункер. Учитель вдруг почувствовал беспокойство. Он никогда не слышал об этом месте, а ведь Вроцлав должен гудеть от слухов о безумном ученом и его прекрасной резиденции. Купцы с большой охотой делились подобным знанием, а о том, о чем они не знали наверняка, говорили еще охотней. И все же ни один из них даже не заикнулся об этом бункере и его жильце.

— И долго вы здесь обитаете? — спросил он, пытаясь скрыть настороженность.

Тесла распрямил плечи. Помахал деревянной ложкой, которой мешал кипящее варево, словно бы это помогало ему считать.

— Пять лет и четыре месяца, — ответил не слишком уверенно. — Время так бежит…

— А что вы делали раньше?

— Вижу, поручик, допрашивать нынче будут меня, — засмеялся нервно Тесла.

Помнящий замер.

— Дед был капитаном у Скорпионов, ты, заплесневевший шариков окатыш, — фыркнула Искра. — Ему вырезали это на глупой морде, чтобы не позабыл, если под старость нападет на него деноминация.

— Прощу прощения, господин капитан. Давно не имел дело с этими вашими татуировками, а потому слишком многое, похоже, забыл.

Учитель натянуто улыбнулся. Его беспокойство только выросло.

— Все нормально. Поручиком я тоже был — только перед войной.

— Значит, я ошибся совсем немного, — пробормотал все еще смущенный Тесла.

«Похоже, он не любит, когда его ловят на ошибках». Как раз это Учитель был способен понять.

— Чувствуешь? — спросила шепотом девушка, сглатывая слюну.

Он кивнул. Запах варящегося мяса дразнил и его тоже.

— Ну, еще немного, и еда будет готова, — заявил ученый, словно бы услышав их.

Он оставил котелок в покое и пошел к массивному буфету, чтобы вынуть из него тарелки. Красивые, фаянсовые, к тому же еще и целые. «Экий он богач», — с завистью подумал Учитель. В последний раз он ел с чего-то подобного сразу после Атаки, в одном из каналов Шарикового… стоп, тогда еще Собачьего поля. Закусочную в главном канале держали две сестры-близняшки, разнояйцевые, поскольку ничуть друг на друга не похожие. Хорошо кормили, умели наколдовать что-нибудь вкусненькое даже из малоаппетитных остатков. Увы, обе были серьезно больны. Одна вспухла как-то ночью, словно кто закачал в нее бочку воды. Умерла раньше, чем успели доставить к ней врача. Вторая исчезла через несколько дней, — люди говорили, вышла на поверхность и повесилась в одном из ближайших домов.

Там, в предместьях, ударная волна не наделала таких больших разрушений, как здесь, в центре, но это нисколько не улучшало жизнь уцелевших. Те, кто выбрал возвращение в собственные дома, вскоре начали умирать как мухи от всепроникающих радиоактивных осадков. Немногочисленные счастливцы, спрятавшиеся в каналах, жили дольше, намного дольше, но проиграли битву сперва с мутантами, а потом и с самими собой. Это оттуда, из анклавов на Шариковом поле, расползлась зараза лектерства.

Рядом с тарелками появились приборы: тяжелые, серебряные, с витыми рукоятками. Помнящему некогда было присматриваться к ним внимательней, поскольку хозяин уже ставил на стол котелок с чудесно пахнущим гуляшом.

Каждому он налил пару половников, дав Немому почти одну только юшку. Принес также стеклянную трубку, из тех, которые использовали в лабораториях.

— Вы наверняка это ему лучше объясните, — сказал, подав ее Учителю, а когда тот попытался накормить сына, добавил: — Я бы вам советовал подождать. Пусть еда поостынет. Холодной она, может, окажется менее вкусной, однако в его состоянии наверняка проще будет ее глотать.

— Понимаю.

Помнящий пояснил сыну, ждущему с открытым ртом, что ему придется еще немного подождать. «Горячо, — показал жестами. — Обжигает. Сильно».

— Кто с ним такое сделал? — спросил Тесла, когда Учитель вернулся на место.

Искра глянула на них исподлобья. Фыркнув, отправила в рот очередную ложку гуляша.

— Мы попали в руки Полос, — ответил Помнящий, потянувшись за ложкой.

— Звери, а не люди… — ученый покачал головой.