Плацдарм. Изгнание из рая - Максим Кораблев

– Ну и что? Сигурд на тренировке лучников как-то сказал, будто турецкий султан однажды стрелял метров на восемьсот. Правда, он и сам не знает, как такое могло получиться.

Видимо, кто-то из дружинников, стоявших в дозорах и заметивших «эльфов», решил попробовать достать монстров навесным огнем. Едва заметная стрела прочертила воздух и исчезла где-то в заливе, не долетев до дальнего мыса. Потом еще одна. «Эльфам» стрелы, пущенные дружинниками, никакого вреда не причинили. Видимо, дружинники поняли всю бесполезность своей затеи и прекратили этот безнадежный обстрел.

Можно было, конечно, оседлать лошадей и попробовать доскакать до мыса, но вряд ли «эльфы» стали бы дожидаться атакующих. Если взять лодку, случилось бы то же самое – твари преспокойно исчезли бы в лесу. Так что оставалось лишь наблюдать за их кривляньями… и скрипеть зубами от злости и досады.

«Эльфы» отлично знали, на сколько метров бьют луки и арбалеты, а посему могли вести себя вызывающе и нагло, не боясь, словно говоря: а вот не так просто нас убить! А нам гораздо проще запереть вас в вашем поселении.

– А давайте попробуем закастовать лук и стрелы, вдруг получится их достать. – Для Подорожника это была рекордно длинная фраза за последнее время.

Элана с тревогой посмотрела на юношу, потом перевела взгляд на Ника.

– Не беспокойся, он знает, – сказала Инга. – Ник – свой, ему все можно рассказать, и о «братстве друидов» – в том числе.

– Ладно, – кивнула Элана. – Только как ты собираешься магичить? – спросила она Подорожника.

– Н-не знаю, – честно признался он.

– Да можно бы, – вздохнула Зимородок. – Вот только для этого, наверное, нужен еще и Алирен. У нас же все хорошо получалось, когда мы были вместе, а так – даже и не знаю, получится ли.

– А может, я попробую вместо Алирена, – предложил Ник. – А нет так нет, ну, потеряем одну стрелу, что ж тут поделать…

– Ну, попробуй, – согласилась с ним Элана. – Если и не поможет, то не повредит уж точно. Почему бы и нет?

– А какое должно быть заклятие? – спросила Инга. – Что-то я ничего такого не знаю и придумать не могу.

– Придумать? – Дурное и безразличное ко всему настроение Зимородка улетучилось в одно мгновение, она повернулась к остальным, глаза девушки задорно блеснули. – Вот именно, придумать! Тут же важно что? Настрой! И наша интуиция. Действуй, Подорожник. Ты предложил – ты и должен это сделать. А мы поможем.

Видимо, принцип «инициатива наказуема» безотказно действует не только на Земле, но и в иных мирах, и Плацдарм – не исключение. Так что Подорожнику, который меньше всего хотел быть в центре внимания, пришлось согласиться.

И странное дело, как только он произнес «да», все мерзостное настроение последних дней куда-то испарилось, будто и не было его. Сейчас он оставался собой, но не только, он стал частью их «братства», чувствуя и воспринимая все мысли и эмоции своих друзей.

Лук и колчан со стрелами были водружены на камень, чуть возвышавшийся над остальными. Все прикоснулись к луку, поддерживая руки над колчаном – стрелы решили из предосторожности не вынимать.

– Теперь читай, – шепнула Зимородок Подорожнику.

– Что?

– Ну, заклятие, конечно!

Легко сказать – читай! Подорожник в жизни не сочинил ни единой стихотворной строчки.

Он вздохнул, уже приготовившись сказать – «да не смогу я», но в этот самый момент как будто что-то толкнуло его, и юноша стал произносить слова, вдруг пришедшие ему в голову.

Заклятие получилось коротеньким, к тому же довольно нескладным и похожим на детскую считалочку.

Но после того, как последняя строчка была произнесена, как будто какой-то тяжелый булыжник, который он таскал на себе, упал у Подорожника с плеч – импровизированный обряд был закончен.

– А теперь – стреляй! – сказала Зимородок.

– Разве не ты? – Подорожник был удивлен. – Ты же стреляешь лучше всех нас…

– Я бы и могла, только ты же сам сказал: «…В путь стрелу отправлю я». Надо выполнить то, что ты произнес, – голос девушки стал наставительным. – Стреляй, а то они не вечно будут там тусоваться.

– Хорошо…

Подорожник медленно и осторожно взял лук и отравленную стрелу, натянул тетиву. Подленький внутренний голос тут же сообщил, что все равно ничего не получится, стрела просто-напросто упадет в воду, даже не долетев до цели, и даже опытные воины из дружины ничего здесь поделать не смогут.

И тут же внутренний голос сник. Подорожник выпрямился и, почти не рассчитывая полет стрелы, отпустил тетиву.

Сам полет стрелы Подорожник не рассмотрел, зато и он, и остальные «друиды», и дружинники, наблюдавшие за дальним мысом, прекрасно увидели другое: одна из тварей, которая секунду назад кривлялась на мысу, подражая движениям стрелка из лука, рухнула наземь как подкошенная. Остальные исчезли тотчас же, бросившись в лес. «Психическая атака» на Эльсинор сорвалась.

– Урра! – Подскочившая к Подорожнику Инга едва не сбила его с ног, а потом едва не задушила в объятиях. – Ты просто молодец!

Юноша даже сейчас еще не до конца поверил, что ему удалось убить одну из тварей. Как, ведь он же так мало умеет. Он смотрел на лук в своей руке, на радостные лица своих друзей – и улыбался. Впервые за все время после того, как перед ним предстала истинная история «вампиреныша» и «договора с монстрами», Подорожник был счастлив.

Впрочем, Ник был поражен не меньше. Конечно, он уже был знаком с магией, но одно дело – применить непонятный магический артефакт, неизвестно кем созданный, и совсем другое – взять и создать его. Что они сейчас, кажется, и проделали.

* * *

За несколько дней, проведенных в Эльсиноре, Ник пару раз видел Вану, но всего лишь мельком. Он даже здоровался с ней, но как-то натянуто, смущаясь, даже краснея и сам не зная отчего. Как будто между ними возник какой-то барьер еще во время путешествия, и этот барьер сейчас только надстраивался.

Но Ник, прекрасно умея понимать животных и разумных существ Плацдарма, не слишком-то хорошо разбирался в людях и их чувствах и эмоциях. Иначе наверняка почувствовал бы настойчивое внимание к своей скромной персоне… Увы, не со стороны Ваны.

В свое время Эвелина – единственная во всем Эльсиноре – обзавелась служанкой. Разумеется, Таню – так звали самую младшую из тех, кто оказался в земном поселении, – никто так не называл. Просто из-за трагического случая во время Высадки девочка оказалась одна, и долгое время было вообще непонятно, как и куда ее пристроить. Когда Эвелина поселила ее у себя, и Георгий, и Ингвар вздохнули с облегчением: пристроили!

Так оно и было – девочка и в самом деле оказалась пристроенной. И вовсе не тяготилась своим положением – скорее гордилась им. Ну, в самом деле, она – всего-то лишь бывшая школьница – может оказаться чем-то полезной Эвелине, которая представлялась Тане неким недостижимым идеалом мудрости, знаний и красоты.