Фрайди. Бездна - Роберт Хайнлайн

7. Большая часть покушений провалилась. В этом и было главное отличие первой волны от второй. В первый раз большинство убийц достали своих жертв, и большинству же убийц удалось скрыться. Теперь все получилось наоборот: большинство «мишеней» осталось в живых, а большинство террористов погибло. Очень немногих взяли живьем, и лишь единицам удалось бежать.

Этот последний пункт наконец-то избавил меня от довольно мучительного подсознательного раздражителя, здорово действующего мне на нервы последние десять дней. Что я имею в виду? За всеми этими убийствами стоял не Босс.

Почему я его подозревала? Потому что это казалось маловероятным, что доказывало возможность его участия. Почему я теперь так уверена в обратном? Потому что вторая волна оказалась полным провалом для тех, кто стоял за ней. Далее: обычные исполнители, даже рядовые «бойцы», обходятся недешево, так что наниматели ими особенно не разбрасываются. Тренированный убийца стоит по меньшей мере в десять раз дороже рядового «бойца», и он (или она – что бывает чаще) никогда не даст себя ликвидировать! Бог ты мой, это же бред! Это профессионалы, они убивают и уходят, не приводя за собой хвостов.

Тот, кто ставил это шоу, обанкротился за одну ночь.

Непрофессионально!

Значит, это был не Босс.

Но я так и не могла вычислить, кто же мог все-таки стоять за всей этой тупой клоунадой, потому что просто не видела, кто сорвал банк. Мое раннее предположение, что за все заплатила какая-то международная корпорация, кажется, было ошибочным: я не могла себе представить, чтобы хоть один из гигантов («Межпланетные перевозки», например) стал пользоваться услугами дилетантов и нанял желторотых птенцов вместо специалистов.

Однако еще труднее представить, что за этим стоит какое-то территориальное государство, пытающееся таким бредовым способом добиться мирового господства.

Что же касается разных групп фанатиков, вроде «Ангелов Господних» или «Стимуляторов», то для них это – слишком большой масштаб… И все же что-то фанатическое, что-то ненормальное за всем этим крылось… Что-то иррациональное, бессмысленное и потому мне непонятное… Впрочем, нигде ведь не написано, что я должна всегда все понимать и быть способной во всем разобраться, – трюизм, который я часто нахожу чертовски раздражающим.

На следующее утро после второго удара весь Нижний Виксберг пришел в страшное возбуждение. Стоило мне зайти в салун и кивнуть бармену, как ко мне приблизился какой-то посыльный и заговорщицки шепнул:

– Хорошие новости! «Рейдеры Рэйчел» нанимают всех… Рэйчел велела сказать это вам лично.

– Слушай, щенок, – вежливо ответила я. – Рэйчел не знает меня, а я не знаю никакую Рэйчел.

– Слово скаута!

– Ты никогда не был скаутом и вряд ли сможешь грамотно написать это слово.

– Слушай, командир, – не отставал он, – я ничего не ел с самого утра. Давай просто пройдись со мной туда, тебя ведь никто не заставляет ничего подписывать. Это прямо напротив, нам только улицу перейти.

Он и впрямь был тощий, но это могло означать лишь, что он вступил в тот переходный возраст, когда юнцы резко тянутся вверх: Нижний город – не то место, где голодают. Секунду я колебалась, и тут нашел нужным вмешаться бармен.

– Кончай, Коротышка! – процедил он сквозь зубы. – Оставь моих клиентов в покое. Не отвяжешься – перешибу хребет.

– Все в порядке, Фред, – кивнула я ему, – я зайду к тебе попозже. – Я кинула на стойку бумажку и, не дожидаясь сдачи, повернулась к юнцу. – Пошли, Коротышка.

Рекрутская контора Рэйчел оказалась намного дальше, чем «только улицу перейти», и по дороге туда еще двое посыльных вербовщика пытались отбить меня у Коротышки. Но их призывы не возымели никакого эффекта, поскольку у меня была лишь одна-единственная цель: дать тощему юнцу ухватить свой жалкий кусок.

Сержант по найму напомнила мне лосиху, которая вела бизнес в туалете дворца в Сан-Хосе. Она окинула меня равнодушным взглядом и буркнула:

– Походных шлюх сейчас не нанимаем, сладкогрудка. Но если поболтаешься тут немножко, может, я и угощу тебя парой рюмок.

– Заплати своему парню, – сказала я.

– За что ему платить? Эй, Леонард, я же предупреждала – никаких шлюх. Выкатывайся отсюда и займись делом.

Я перегнулась через стойку и схватила ее за левое запястье. В ее правой руке очень ловко появился нож. Тогда мне пришлось переменить позу: я забрала у нее нож, воткнула его в стойку прямо перед ее носом и одновременно сжала ее левую лапку посильнее.

– Можешь заплатить ему одной рукой? – осведомилась я. – Или мне нужно сломать тебе пальчик?

– Тише, тише, – ответила она, не оказывая никакого сопротивления. – Держи, Лео. – Она открыла ящик, вытащила две техасские бумажки и протянула ему. Он моментально схватил добычу и исчез.

– И это все, что ты им платишь? – спросила я, ослабив давление на ее палец. – При такой-то конкуренции, когда их на улицах пруд-пруди?

– Он получает свои настоящие комиссионные, когда вы подписываете контракт, – ответила она. – Потому что мне тоже не платят, пока я не доставлю вас живьем. А теперь, если ты не против, отпусти мою руку, она мне понадобится, чтобы оформить твои бумаги.

Я отпустила, и неожиданно у нее в руке опять сверкнул нож и двинулся ко мне. На этот раз, прежде чем вернуть ей нож, я сломала лезвие пополам.

– Не делай этого больше, – попросила я. – Пожалуйста. И тебе стоит купить перо получше. Это не «Золинген».

– Я вычту цену лезвия из твоего аванса, родная, – невозмутимо ответила она. – С той секунды, как ты вошла сюда, на тебя глядит ствол. Мне нажать на курок или мы прекратим эти игры?

Я не поверила ей, но ее предложение меня устраивало.

– Хорошо, больше никаких игр, сержант. Какие будут перспективы? Твой гонец обещал мне небо в алмазах.

– Кофе с пирожными и обычные расценки гильдии. Премия от гильдии. Контракт на девяносто дней с правом компании продлить его еще на столько же. Деревянный костюм оплачиваете пополам: половину – ты, половину – компания.

– Гонцы носятся по всему городу и предлагают оплату по расценкам гильдии плюс пятьдесят. – Это я «пальнула» втемную.

– Если так, – она пожала плечами, – мы это устроим. Каким оружием владеешь? Мы не берем новобранцев. В этот раз – не берем.

– Я дам тебе пару уроков с любым, каким ты думаешь, что владеешь. Где будут действия? Кто на прицеле?

– Мм, ты круто берешь. Хочешь записаться инструктором? Этого мне не надо.

– Где работа? Вверх по реке?

– Ты еще ничего не подписала, а хочешь секретную информацию.

– За которую я готова заплатить. – Я вытащила пятьдесят техасских «одиноких звезд» десятками и положила перед ее носом. – Куда мы отправляемся, сержант? Я куплю тебе хороший нож вместо той картонки, которую мне пришлось поломать.