Кот Шредингера - Дмитрий Dmitro Серебряков

Я толкнул грифона вниз. Земля рванулась навстречу, превращаясь в размытое зеленое пятно. Воздух бил в лицо, выдавливая слезы, но я не закрывал глаз. Я чувствовал, как птеронага следует за мной, сокращая дистанцию.

Мозг лихорадочно перебирал варианты. Магия против магии? Фарид — ученый, он может чертить печати, но он не боевик. А я… я вообще здесь в роли наездника-дилетанта. Если мы продолжим просто отбиваться, нас зажмут и расстреляют в упор.

И тут в памяти всплыло. Старая книга в потертом переплете, которую я читал еще в той, человеческой жизни. Черно-белые кадры кинохроники. Гул авиационных моторов. Маневры стальных птиц из прошлого. Хотя правильнее сказать, алюминиевых. Но главное не это. Главное это схожесть тех боев с нашей текущей ситуацией. Замени пулеметы второй мировой на магию, и вот тебе отчетливая параллель. А еще я сразу вспомнил одну непреложную истину, сказанную одним из асов тех времен.

«Никогда не ввязывайся в маневренный бой с тем, кто крутится быстрее тебя. Используй преимущество в скорости и массе. Один удар — один уход».

— «Фарид! Слушай меня!» — я передал мысль максимально жестко, вбивая её прямо в его сознание. — «Прекрати крутиться с ними! У нас грифоны меньше, тяжелее и быстрее. Мы будем использовать тактику ведущий-ведомый».

— «Что ты несешь?» — Фарид едва уклонился от очередного воздушного лезвия. Его птица тяжело дышала. — «Какая тактика? Нас сейчас сожрут!»

— «Работай в паре! Я — ведущий, ты — мой хвост. Твоя задача — не давать им сесть мне на шестерку. Не пытайся убивать всех подряд. Просто прикрывай меня щитами, когда я иду в атаку. Мы будем бить сверху и уходить на скорости. Они медленные, они не догонят нас в наборе высоты!»

Я рванул поводья — ментальные и физические — вверх. Грифон послушно задрал нос. Мы начали карабкаться в небо, используя инерцию пикирования. Птеронаги попытались последовать за нами, но их кожаные крылья не могли обеспечить такой тяги. Они начали «сваливаться», теряя скорость.

— «Теперь разворот!» — скомандовал я. — «Фарид, держись в тридцати метрах позади и чуть выше. Если видишь, что в меня целятся — ставь помеху или щит. Пошли!»

Я перевернул грифона через крыло. Мир снова перевернулся. Теперь мы были сверху. Восемь целей под нами. Они казались легкой добычей, если смотреть на них правильно. Как на цели в перекрестии прицела.

Мы падали на них, как два каменных топора. Я чувствовал, как грифон подо мной входит в азарт. Он сложил крылья, превращаясь в обтекаемую пулю. Скорость росла. Сто пятьдесят, двести… Ветер ревел так, что ментальный канал начал фонить от помех.

— «Цель — левый крайний!» — передал я.

Ближайшая птеронага заметила нас слишком поздно. Она попыталась выставить щит, но ее магический диск только начал формироваться, когда туша моего грифона, защищенная до предела магией, на полной скорости врезалась в нее. Удар был страшным. Я почувствовал, как хрустнули кости ящерицы, как ее крыло сложилось гармошкой под тяжелыми лапами моего зверя. Мы буквально прошили её насквозь, оставив за собой облако перьев и брызги крови.

— «Щит! Справа!» — крикнул Фарид.

Я почувствовал, как воздух за моей спиной вздрогнул. Фарид вовремя выбросил магическую сеть, которая перехватила ответный залп двух птеронаг. Удары вязли в фиолетовой паутине, давая нам время проскочить мимо.

Мы не стали разворачиваться для повторной атаки на том же уровне. Как учили в книгах: ударил — уходи наверх. Мы пронеслись сквозь их строй и снова начали свечой уходить в небо.

— «Это работает…» — мысль Фарида была наполнена тяжелым восторженным удивлением. — «Они теряют строй! Они пытаются нас преследовать поодиночке!»

— «Этого мы и ждали. Разделяй и властвуй. Фарид, сейчас они попробуют взять нас в клещи. Как только они разойдутся — мы атакуем того, кто окажется в центре. Держи связь. Не вздумай отрываться от меня. Твоя жизнь сейчас зависит от того, насколько точно ты повторяешь мои маневры».

Мы сделали еще одну петлю. Теперь я видел, что стая занервничала. Они начали беспорядочно палить воздушными печатями, но на такой дистанции и скорости их снаряды летели в молоко. Мы были для них слишком быстрыми тенями.

— «Заходим снова. На этот раз — тройка в центре», — я почувствовал, как адреналин вымыл из мозга остатки страха. Осталась только холодная тактическая ясность. — «Фарид, на выходе из атаки используй ту печать, что ты показывал в гнезде. Ту, которая бьет по площади».

— «Это опасно, Артур! Я могу задеть наших грифонов!»

— «Не заденешь, если ударишь через три секунды после моего прохода. Доверься мне!»

Мы пошли вниз. На этот раз птеронаги были готовы. Двое из них выстроились в защитную линию, создав совместный магический барьер — стену из зеленого пламени. Это выглядело внушительно, но у барьера была одна слабость — он был неподвижен.

— «Идем в лоб!» — передал я, чувствуя, как грифон подо мной дрожал от напряжения.

В последний момент, когда до стены оставалось метров десять, я резко дернул птицу вправо, уходя в крутой крен. Птеронаги качнулись следом, раскрывая центр строя. Именно этого я и ждал.

Я проскочил в образовавшуюся брешь, едва не зацепив крылом их вожака.

— «Сейчас!» — рявкнул я.

Фарид, шедший строго по моей траектории, не стал уклоняться. Он пролетел над самым центром вражеской стаи и активировал печать. Огромный диск багрового цвета развернулся под брюхом его грифона. Секунду спустя произошел выброс энергии. Это не был направленный удар. Это была магическая шрапнель.

Тысячи мелких, острых как бритва магических осколков ударили во все стороны. Птеронаги, оказавшиеся слишком близко друг к другу, не успели перестроиться. Я слышал их предсмертный клекот даже сквозь рев ветра. Трое рухнули сразу — их крылья превратились в лохмотья. Еще двое закрутились в беспорядочном падении, пытаясь удержаться в воздухе на обрубках конечностей.

— «Есть! Минус пять!» — Фарид издал звук, похожий на торжествующий вой.

— «Не расслабляйся! Трое еще в небе. И вожак среди них».

Оставшиеся ящерицы поняли, что игра идет не по их правилам. Вожак — самый крупный, с иссеченной шрамами серой кожей — издал пронзительный крик. Они начали расходиться в разные стороны, пытаясь выманить нас на индивидуальные дуэли.

— «Не ведись, Фарид. Держимся вместе. Пара — это сила. Одиночка в этом небе — труп».

Мы загнали вожака к самой кромке плотных грозовых облаков. Он огрызался печатями, создавая вокруг себя вихри, которые мешали нам приблизиться. Его оставшиеся охранники пытались зайти нам в хвост, но Фарид работал ювелирно. Он вовремя выставлял щиты, принимая удары на себя, пока