Сокровища Двенадцати - Синди Лин

– Я, пожалуй, сделаю новых охранников, – сказал Гору. – Иначе сразу поднимется тревога.

Сару кивнула.

– Давай. – Они замедлили шаг и дождались, чтобы Гору снова присоединился к ним. Потом вместе выскользнули из дворца и в сгустившихся сумерках быстро отыскали Ину и Нэзу.

– Как дела? – спросил Наследник Собаки.

– Чуть не попались, – ответила Сару. – У них был пароль, которого мы не знали. Пришлось снова пустить в ход порошок.

Нэзу щипнул себя за «усы».

– Духи. Остальные-то Сокровища будут потруднее. Пока Синий Дракон не заснёт, к ним и подступиться нельзя.

– Надо пробраться во Внутренний Двор, – сказала Сару. – Пока рановато, но он отправится в свои покои сразу после ужина.

Ещё три Сокровища. Строем они проследовали дальше через дворцовые дворы, обмениваясь приветствиями с Ловчими и Стражниками.

– Этого ещё не хватало, – пробормотала вдруг Тора, опуская шлем на лоб.

– Что там? – шёпотом спросила Усаги. И споткнулась, услышав в отдалении знакомый голос. – Теперь я их слышу. – Она еле сдержалась, чтобы не окликнуть или не побежать навстречу этому голосу.

Несколько человек из воспитанников Академии Дракона шли им навстречу, и среди них (совершенно точно) была её сестра.

– Скорей! – выдохнула Тора. – Они не должны нас увидеть.

Они резко развернулись и, зайдя за угол ближайшего здания, стали ждать, когда ученики пройдут мимо. Рана, Тора и Гору нахлобучили шлемы, чтобы не быть узнанными.

Усаги потянулась за своим амулетом, но он был спрятан под панцирем доспеха. Ученики подошли совсем близко. Она слышала, как они смеются и перешучиваются, слышала голос сестры – и стояла не дыша. Ума разговаривала с Яго, мальчиком с Даром Петуха из их родного Златоклыка. Если бы не тот первый его феерический полёт, они с Умой и Торой не оказались бы здесь.

– Не обращай на них внимания, – сказал Яго. – Они всегда тебе завидовали. Только и ищут, чем бы подколоть.

Ума вздохнула.

– Спасибо, Яго, только не надо идти со мной. Они тебе этого не простят.

– Чихал я на них, – сказал Яго. – Ты ведь за меня всегда заступаешься…

– Правильно, заступаюсь. Беги вперёд. А я немного подожду.

Усаги нахмурила лоб. Она понимала, что должна оставаться в укрытии. Но с Умой что-то было не так. Она осторожно выглянула: сестра стояла одна у другого конца здания, а Яго уже шагал впереди с другими воспитанниками. Почти такой она видела её в Дальнозорком Зеркале – в строгой синей форме, длинные волосы собраны в высокий хвост на затылке. Только выше стала, и взгляд какой-то печальный.

Как же ей хотелось кинуться к ней, обнять, поговорить по душам. Похоже, она перестала быть лучшей ученицей Синего Дракона. Почему? Как ей там теперь живётся? Усаги выглянула ещё побольше.

– Что ты делаешь? – прошипела Рана. – Спрячься, Усаги!

– Это Ума, – бросила она через плечо. – Она здесь, рядом.

– Успокойся, Кролик. Я понимаю, тебе трудно, но, если ты не возьмёшь себя в руки, весь наш план может пойти прахом, – сказал Нэзу.

– С планом ничего не сделается, если я две секунды посмотрю на сестру, – отмахнулась от него Усаги. Доспех на ней затрещал, и Ума обернулась на звук.

Усаги быстро спряталась.

– Ох… она могла меня заметить. Пошли.

Все стали уходить, но Усаги услышала приближающийся бег Умы и, шепнув Ране и остальным, чтобы убегали, вышла из-за угла и столкнулась нос к носу с сестрой.

Ума остановилась потрясённая.

– У… Усаги?

Теперь прятаться было бесполезно. Усаги вскинула подбородок и посмотрела сестре прямо в глаза.

– Привет, Лошадка. Ты здорово выросла! Как поживаешь – всё ли в порядке?

– Что ты здесь делаешь? И почему одета, как Ловчие? – Ума смотрела на неё большими глазами, и в них, как в калейдоскопе, промелькнули удивление, гнев, беспокойство, страх.

Усаги ответила не сразу.

– Я… я должна была тебя увидеть. Сто лет прошло. – Шаги друзей удалялись. Всё будет по плану. Ещё немного – и они достигнут Внутреннего Двора. – Ты ведь не думаешь оставаться тут вечно, Ума? Давай уйдём вместе. Тебе станет намного лучше, обещаю.

– Лучше? – Ума нахмурилась. – Так я тебе и поверила. Ты ведь всё время мне врала.

– Я никогда этого не хотела. Но могу тебя понять. Я знаю, каково это, когда тот, кому ты доверяешь, обманывает. И всё же попробую сделать так, чтобы ты мне поверила.

– Ты по-прежнему с этими мятежниками? – Ума оглянулась, но вокруг никого не было.

Усаги слышала, как шаги её друзей стихли в отдалении, и почувствовала облегчение.

– Они настоящие Наследники Двенадцати, Ума, и я теперь тоже. Помнишь мамины истории, которые я пересказывала тебе и Торе? Когда-то Мидага была совсем другой. И она может снова стать такой, как прежде.

Ума покачала головой.

– Маму я почти не помню. А эти рассказы… да, их было интересно слушать. Но сейчас власть принадлежит Лорду Друку. – Она вздохнула. – И лучше делать то, что он говорит. У нас нет другого выбора.

– У всех есть выбор, – сказала Усаги. – Можно плыть по течению, потому что так легче, а можно бороться с несправедливостью. То, что он сделал и делает, губительно для всех. И ты в душе это понимаешь.

Ума опять обернулась, закусила губу и ничего не сказала.

– Я тут кое-что слышала, Ума… я не хочу, чтобы над тобой издевались, – осторожно произнесла Усаги.

Ума скрестила руки на груди.

– Всё в порядке. Они просто… меня проверяют.

– Я же вижу, что тебе плохо, – Усаги умоляюще посмотрела на сестру. – И будет ещё хуже, если останешься.

– Побег не поможет. – Ума закрыла глаза, словно попыталась что-то представить. – С каждым днём Лорд Друк становится всё могущественней – сбежать от него невозможно. Всех неверных ждёт суровая кара. А быть с ним – значит обладать силой. У Мидаги только один путь. – Она говорила быстро, как будто повторяла вызубренный урок. Потом открыла глаза и посмотрела на Усаги. – И трудно мне не со всеми. Помнишь Яго? Или старые друзья уже забыты?

– Конечно, помню! Как ты могла такое подумать.

Ума пожала плечами.

– Тогда ты должна понимать, что я не могу его тут оставить – я ему нужна.

Усаги положила руки ей на плечи и постаралась говорить ровным голосом.

– Я не могу тебя заставить, просто хочу тебе добра. Я думаю о тебе каждый день.

Ума не ответила. Усаги не выдержала и обняла сестру.