Сокровища Двенадцати - Синди Лин

Юнджа и его питомцы прибыли в ущелье на своих странных приспособлениях, которые были тут же продемонстрированы всем собравшимся.

– Если нам, владеющим Дарами, удастся помочь тем, у кого их нет, – сказал старик, поглаживая странную безлошадную повозку, на которой прибыл на пир, – тогда никаким чужакам мидагцев уже не одолеть!

После сражения они отдали своих безголовых лошадей жителям Крыла Крачки, и те, прибыв домой, сообщили, что добрались на удивление быстро. И на крыльях из бамбука и камыша летали теперь всё дальше и дальше. Вот и Джи прилетела на них в Мраморное Ущелье в сопровождении своих верных чаек.

Теперь все собрались за длинным столом в Расписном Гроте.

– Никакой поддельной еды, – довольно заявил Имуги. – Всё без обмана.

Тут была жареная утка с хрустящей корочкой, огромный жареный кабан на вертеле, рис, сваренный на пару в листьях лотоса, копчёная рыба из свежего улова и множество диких овощей и грибов. Еда была простая, но удивительно сытная и вкусная, и Усаги подумала, что эти блюда ничуть не уступают лакомствам от Кудесника.

Покончив с угощением, Ину, Нэзу и Сару принесли музыкальные инструменты. Под шутки и улюлюканье Наследнику Собаки пришлось заверить всех, что на этот раз флейта у него самая обычная. К исполнителям присоединились некоторые из Рудокопов, и музыка и песни полились снова.

Когда Гору и Рана встали и пошли танцевать, Усаги обнаружила, что Умы и Торы нигде не видно.

Выскользнув из Пещеры, она нашла их совсем неподалёку. Обе сидели на уступе над извивающейся лентой Павлиньей Реки, и рядом с Торой примостился неразлучный Кумо. Дымчатый леопард радостно повёл ушами, когда Усаги подошла и села между сестрой и подругой.

– А сладкого не попробовали? – спросила она. – Я хотела оставить вам горного мёда в сотах – Рудокопы говорят, что от него бывают прекрасные сны и видения. Но, кажется, Гору проглотил весь остаток.

– Вот и хорошо. Моя мечта сейчас здесь, – ответила Ума. – Мы снова втроём, не голодные и в безопасности. И это так прекрасно, что никакого мёда не надо.

Тора улыбнулась и потёрла широкий бархатный нос Кумо.

– В последние дни у меня много видений, и все они полны счастливых встреч. – Она бросила взгляд через плечо – туда, где под сводами Разрисованного Грота раздавались пение и смех.

Усаги вздохнула и обняла одной рукой подругу, другой – сестру. Ума подняла на неё глаза.

– Что бы сказали, увидев нас сейчас, мама и папа?

Усаги посмотрела через ущелье на заходящее за горизонт солнце и золотую полоску на тёмно-синем полотне неба. Серебряное Море, огромный звёздный рой, пролитое небесное молоко. Она нашла глазами пару подмигнувших ей зеленоватых звёзд и подумала о Тигрице.

– Думаю, они все за нас бы порадовались.

Музыка и голоса, доносившиеся из пещеры, сливались с рёвом низвергающихся потоков Павлиньей Реки. Это было похоже на дикую и прекрасную песню, находящую отклик в любящем сердце Усаги. Она бросила взгляд на Уму и Тору, и все трое, не сговариваясь, улыбнулись. Вместе они могут ещё так много…

А сверху на них во все глаза смотрели знакомые и незнакомые звёзды.